Всего за 149 руб. Купить полную версию
Жаркое мы еще на ужин доели, возразил успокоившийся Мишка. Острота момента медленно уходила, и мальчик уже начал сомневаться, а было ли что-то, или ему просто почудилось? Ну, действительно, откуда в квартире взялась кошка с человеческой тенью? Как она попала в дом? Через окно? Но деревья далеко, ей не допрыгнуть. Какая-то неведомая магическая сила? Он старательно припомнил все подробности и понял ничего толком ему на ум не приходит, а обстоятельства произошедшего стирались из памяти как дурной сон. Чай с непривычным привкусом трав действовал расслабляюще. Нужно будет спросить у мамы, что это. Она часто добавляла в заварку разное.
А вдруг это мыши? помолчав, сказала Янка и тряхнула озорными рыжими кудряшками. Я слышала, как у нас за холодильником кто-то постоянно скребется! Точно, это мышь! Большая, толстая и страшная.
Степан Потапыч поперхнулся пряником.
Да ну, откуда здесь мыши, покачал головой папа. Им тут нечего было есть.
Например, от соседей, предположила мама. Папа молча пожал плечами.
Мишка допил чай и широко зевнул. И странная черная кошка, и силуэт старухи уже казались ему простым кошмаром. Зря только всех разбудил. Стыдно теперь.
Иди спать, сынок. Мама принялась убирать со стола посуду. Если хочешь, папа с тобой побудет.
Нет, я сам. Мальчик еще больше устыдился своего порыва. Мне, наверное, все привиделось.
Мама вздохнула и сполоснула чашку. Папа поставил на плиту свежий чайник, Янка тоже зевнула и ушла к себе. Было так рано, что скорее еще слишком поздно начало четвертого утра.
Новый дом Мишке нравился. Было в нем что-то непередаваемо уютное, как в бабушкином пуховом одеяле. Когда они только переехали, папа опасался, что квартира, столько времени простоявшая без хозяина, потребует большого ремонта. Но нет. На удивление все было исправно, и даже пыли собралось совсем немного. Сестра тогда еще предположила, что здесь наверняка есть домовой и это он за всем следит.
Мама посмеялась и сказала, что ему нужно положить конфетку на верхнюю полку буфета. Там угощение и пребывало по сию пору. У Степан Потапыча была аллергия на шоколад, о чем он как-то долго и со вкусом сетовал соседской домовой кикиморе.
Мишка аккуратно прилег на кровать и с опаской уставился в закрытое окно. Луна уже ушла, и в комнату пробивался только свет фонаря. Он с головой укрылся одеялом и тут же уснул крепко и без сновидений.
А в это время у себя Олимпиада Порфирьевна деловито собирала оставшиеся цветки папоротника и мурлыкала под нос старинный вальс, который нередко наигрывала на фортепьяно в имении своего батюшки, еще будучи девушкой. Домовой незаметно шуршал в ее припасах, надеясь добыть заветную бутылочку, но пока нашел только зелье от расстройства желудка и настойку из волчьих ягод. Она тоже пахла соблазнительно, но попробовать ее он не рискнул, во избежание незапланированного исхода.
Утро обещало быть добрым и буйным.
Миш, подожди! Из квартиры вслед за братом вылетела Янка и кинулась вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.
Чего тебе? хмуро уточнил Мишка и остановился на лестничной площадке.
Ты в магазин? Я с тобой, надо поговорить.
Мальчик пожал плечами. Поговорить значит, поговорить. День начался незапланированно. Примерно в начале десятого в дверь постучали. Мама бросилась открывать, и в квартиру просочились плотная женщина в возрасте и запах свежеиспеченных блинов. Гостья представилась Олимпиадой Порфирьевной, местной дворничихой, и сказала, что пришла познакомиться с новыми жильцами вверенного ей двора и честно принесла свежие блинчики.
Родители захлопотали на кухне, а Мишку услали в магазин за углом за свежей сметаной и чем-нибудь к чаю. Предполагалось, что догадливый отпрыск сам выберет между вафлями и печеньем. Янка вроде бы должна была остаться и помочь, но
Миш, слушай, я все-все поняла! На залитом солнцем дворе с визгом носилась местная детвора, в теньке под липой спали кошки и вовсю женились голуби. Про сегодняшнюю ночь!
Да забудь ты, просто кошмар привиделся! с досадой отмахнулся Мишка. Сестра не нашла ничего умнее, как надавить на больную мозоль.
Нет, не кошмар! заупрямилась Янка. Я всю ночь думала и поняла это тебя испугал домовой!
Ты опять за свое? Никаких домовых не существует!
А вот и существуют! Просто мы их не видим! горячо продолжила девочка. Смотри, все сходится! Кошка, которой не было, и тень от старухи! Это морок, который на тебя наслали! Скорее всего, мы что-то нарушили, и домовой теперь на нас злится! Помнишь, я как-то говорила, что слышала на кухне шум воды и бормотание, а папа сказал, что это всего лишь трубы? Или как мама удивлялась, что кто-то вымыл противень, который она временно оставила. А еще
Хорошо, хорошо! Мальчик примирительно поднял руки. Спорить с сестрой в такие моменты было совершенно бесполезно. Предположим, только предположим, что это был домовой. И дальше что? Что ты предлагаешь?
Ну, можно попробовать его задобрить, задумчиво протянула сестра. Положить конфетку или молочка налить
У нас уже лежит одна конфетка, припомнил Мишка, И никто ее не берет, а раз лежит, то и домовых не существует
Это значит, что он на нас обиделся, да и одной конфетки мало! пришла к своим выводам девочка. Ее брат скептически хмыкнул. Он так и знал, что вся эта ночная кутерьма обернется странными предположениями. Янка была помешана на сказках, домовых и леших, и даже однажды убежала из дома искать цветок папоротника в ночь на Ивана Купалу. Они как раз на даче жили.
Мама тогда очень испугалась, а папа так рассердился, что на месяц лишил беглянку сладкого и прогулок. А Янка стояла в углу и ревела от осознания того, что теперь ее ночью в лес больше не выпустят и никакой цветок папоротника ей не светит. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Она даже на картинах всегда рисовала что-то сказочное и непонятное. И еще какой-то город с деревянными башнями и резными наличниками. Мама очень гордилась, а папа задумчиво теребил очки и уточнял, где дочь подсмотрела такие детализированные и достоверные деревянные узоры и способ укладки бревен. Янка пожимала плечами и утверждала, что нигде само собой пришло.
Вот что я придумала, вдохновленно продолжила делиться мыслями сестра. Мы поймаем домового и хорошенько его расспросим, чем именно он недоволен!
Мишка хмыкнул и вошел в небольшой магазинчик. Сметана пузатой баночкой выглядывала из дальнего угла холодильника. За кассой тетя Люба раскладывала по местам мелочовку. Мальчик вежливо поздоровался. Продавщицу он тоже знал, она жила в соседнем подъезде. У нее был сын Никита, примерно его ровесник, и непоседливая, вусмерть раскормленная кокер-спаниэлька Булька.
Булькой заведовал Никита и выводил ее с собой во двор. Собаку часто забирали младшие дети и носились с ней по дворам. Несмотря на такой моцион, Булька худеть не спешила, и ела если не за четверых, то за двоих точно. Местный ветеринар дядя Леня раздраженно цокал языком и велел сажать собаку на строгую диету. Та смотрела в ответ голодными глазами и решительно отказывалась понимать вред переедания для здоровья.
Слушай, а не обидится ли домовой еще больше, если ты его поймаешь? усомнился Мишка, выходя с покупками из магазинчика.
Ну задумалась Янка. А мы попросим прощения! Два раза.
Мальчик снова вздохнул. Кошмар и ему не давал покоя, было в нем что-то неправильное. Слишком реальным он был, слишком осязаемым для сна. Но разумного объяснения не находилось. Может, все-таки стоит рискнуть?
Хорошо, разрешил он. Давай попробуем. А ты знаешь, что надо делать?
Решим, беспечно отмахнулась девочка. Думаю, ничего сложного в этом нет. Главное, найти приманку