Хватай ее скорей! закричали с другого берега переставшие ругаться Эдлер и Ванька.
Тихо приложил палец к губам Миша, показывая, чтобы они замолчали.
Но кот не унимался. С воплями он побежал вдоль берега:
Да что тихо, что тихо! Рыба уйдет, кушать хочется, а ты все стоишь! Ну, ничего доверить нельзя! Слушай мою команду: раз, два, три! Ванька на счет три даже подпрыгнул на месте, и Миша инстинктивно повинуясь коту, мгновенно опустил обе руки в воду, пытаясь нашарить добычу.
Ну! замерли в ожидании кот с собакой.
Промахнулся я, ребята, виновато потупив взгляд, пробормотал Мишка. Но ты, Ванька, сам виноват. Не надо было мне под руку говорить. Я же сам вижу, когда рыба рядом, а когда нет.
Конечно, надулся кот, сейчас можно свалить вину за свое неумение на кого хочешь. Руки и тебя дырявые, Мишка! Правильно о тебе так говорили мама с папой.
Теперь на речке воцарилось тягостное молчание. Слышно было только, как плещется вода, да шевелится трава от легкого ветерка. Мишка от обиды хотел все бросить и выйти из воды, но чувство голода все же пересилило. Он с новым усердием принялся за работу; снова и снова нападал на неуловимую стайку рыбок, но пока ничего не получалось. Наконец, совсем измотанный и замерзший, он поймал одну маленькую, величиной с ладошку, рыбку. Разочарованию приятелей, поджидавших его на берегу, не было предела.
Такого обеда даже мне недостаточно, сказал совсем расстроенный Ванька.
Да, добавил Эдлер, если такими темпами будет ловиться рыба, нам не насытиться и до завтрашнего утра.
С минуту Мишка молча лежал, растянувшись на берегу. Тело, казалось, совсем перестало слушаться его. Разумеется, тут сказывались и жара пустыни, и холод речки, и усталость, и злость на кота, который никогда не думает, что говорит. Но Миша взял себя в руки (хотя именно сейчас жутко хотелось расплакаться) и начал думать. И тут ему в голову пришла простая мысль: надо смастерить что-то вроде копья. «Вот теперь я покажу этому вредному коту, как надо по-настоящему охотиться», подумал Миша, слегка воспрянув духом.
С этими мыслями он поднялся и пошел в сторону ивняка, растущего неподалеку. Мальчик старался выбирать самые прочные и крепкие прутья. Он нашел несколько таких прутьев и подозвал собаку:
Найди и принеси мне острый плоский камень.
Эдлер не понял, для чего все это понадобилось хозяину, но, увидев его решительность, бросился к речке в поисках необходимого. Перебрав кучу камней, он показывал их Мишке. Наконец Эдлер нашел то, что было нужно.
А что ты будешь со всем этим делать?
Скоро вы все поймете сами. Только ты мне должен помогать, сказал мальчик, заканчивая заострять кончики прутьев. Заходи в воду и вставай вон там, и он указал на место, где еще недавно так неудачно пытался поймать рыбу. Сам же Мишка направился немного дальше вниз по течению.
А теперь, сказал он ожидающей его собаке, шуми как можно больше, бегай от одного берега к другому. Тогда вся рыба, испуганная тобой, поплывет ко мне. А уж я ее здесь встречу! крикнул Мишка, радостно потрясая сделанными копьями.
Эдлер понял, что от него требуется, и с громким лаем, подпрыгивая, начал усердно бегать по воде. Спустя минуту Мишка только успевал опускать копье в воду. Надетую на копье рыбу он ловким движением сдергивал и бросал ожидавшему на берегу коту. Эдлер так увлекся беготней по воде, что не сразу услышал Мишкин крик:
Стой! Хватит! Мы наловили рыбы на целых два ужина.
Уставшие, но довольные друзья смотрели на кучу рыбы, готовые есть ее целиком и сырую. И тут Мишка подумал, что сырую-то рыбу он никогда не ел. Ну, Эдлер с Ванькой сейчас съедят все что угодно и в каком угодно виде. А вот ему без огня не обойтись. Да и дело клонилось к вечеру, солнышко уже спряталось за горы, чувствовалось сырое дыхание ночи. Становилось прохладно и совсем неуютно без костра. «Но как же мне разжечь огонь? Ведь у меня нет ни спичек, ни зажигалки», с ужасом подумал Мишка, глядя, как кот делит рыбу.
А почему ты делишь все поровну? недовольно спросил Эдлер у кота.
А чтобы никому не было обидно, ответил Ванька, раскладывая последнюю рыбешку.
Угу, а мне, значит, не обидно! Я самый большой, а мне столько же, сколько и всем! возмутился Эдлер. Нет, я на это не согласен. Надо делить по весу. Кто больше весит, тому больше рыбы.
Ну, деловой, эдак с моим весом мне ни одной рыбки не достанется, недовольно проворчал кот, если уж делить, то по аппетиту. У меня он самый большой, значит, и рыбы мне положено больше всех.
Да хватит вам ссориться! Вон сколько рыбыберите столько, сколько съедите, сказал Миша, а сам подумал о том, что ему-то как раз поесть и не придется. В прошлом году на уроке истории учительница рассказывала, как первобытные люди научились добывать огонь. Они брали три сухие палочки. Одну палочку зажимали между двух других и беспрестанно вращали ее ладонями об эти палочки. Терли и вращали до тех пор, пока не получится огонь. Был еще один такой же древний способ добывания огня. Но для этого нужны были два кремниевых камня, и поэтому внимание Мишки переключилось на поиск тех самых заветных палочек, которые и были вскоре найдены.
Кот с собакой были слишком заняты едой, чтобы заметить мучения хозяина, который сосредоточенно вертел палочки руками. Прошло достаточно много времени, когда они, наконец, насытились и обратили внимание на Мишку. Тот сидел, сгорбившись в той же самой позе и, казалось, никого не замечал. Руки, вращающие палочку, уже ничего не чувствовали. Мишка думал о том, что все учебники, написанные про историю древнего мирасплошное вранье. А еще он думал, что когда-нибудь он вернется обратно, в свой мир, придет к учительнице и принесет ей три палочки. Пусть попробует разжечь огонь.
Уже совсем стемнело, становилось прохладно, но Мишка был весь в поту. Тело болело и ныло, руки совсем онемели, а огня все не было. Кот с Эдлером молча сидели и, вытаращив глаза, смотрели на хозяина. Они были совершенно уверены, что он сошел с ума.
Все, больше не могу! Я сейчас разломаю эти проклятые палки, проговорил злобно Мишка, но так и не бросил свою работу.
Он уже ни на что не надеялся, когда вдруг заметил слабый дымок, исходящий от палочек. Мишка изо всех сил продолжал тереть палочку, и его старания были вознаграждены: одна из палочек начала гореть. Ванька с Эдлером глазам своим не поверили: откуда это вдруг взялся огонь? Мишка, оберегая загоревшееся чудо от ветра, заорал не своим голосом:
Чего рты поразевали? А ну, тащите сухие палки и вообще все, что может гореть.
Кот первый принес несколько маленьких прутиков, сухую листву и траву, но это оказалось слишком мало, и только что разгоревшийся костер чуть не погас. Но в это время из темноты вынырнул Эдлер с огромной корягой в зубах.
Там, где я был, такого добра навалом. Я сейчас мигом принесу остальное! гордо сказал пес и вновь умчался в темноту.
Живительный огонек был спасен, а Мишка подумал о том, что хорошо было бы оставить костер на всю ночь.
Я пока поломаю принесенные коряги на дрова, а ты, Ванюша, насади оставшуюся рыбу на прутики и зажарь ее на костре.
Через час все трое очень довольные сидели у весело потрескивающего костра и уплетали жареную, с румяной корочкой и пропахшую дымком рыбу. Миша подумал, что ничего вкуснее в своей жизни он никогда не ел. Его даже не волновало, что рыба была совсем не соленая и нет перца с кетчупом, хотя дома без всех этих специй он к еде не притрагивался.
А где наш зеленый друг? до Мишки с трудом дошли слова Эдлера.
Действительно, где Панданус? переспросил кот, чем окончательно вывел Мишку из блаженного оцепенения.
Занятые своей едой, они совершенно забыли о нем. Мишка тревожно обвел взглядом все места, освещаемые огнем. Мальчик решил, что Панданус обиделся на них, ушел и потерялся. Во всем он винил себя, корил за невнимательность.
Кот с собакой уже побежали к речке, крича наперебой:
Зеленый, отзовись! Ты где, Панданус?
А растение на самом деле и не собиралось ни на кого обижаться и тем более куда-нибудь уходить. Панданус тоже решил «подкрепиться». Он нашел укромное место в теньке, рядом с водой и мигом запустил свои корешки в землю. Он был счастлив хоть ненадолго оказаться в родной стихии. И Панданус твердо решил, что просидит здесь до тех пор, пока они не тронутся дальше. Услышав голоса, зовущие его, он проговорил: