От этой новой мысли на душе стало немного легче, он повернулся на правый бок и в момент провалился в сон.
****
Спалось беспокойно, временами Макс ощущал чей-то пристальный взгляд. Открыв глаза, он увидел лицо Клавдии Ивановны, высунувшееся из-за приоткрытой двери.
Ну, как вчера, хорошо погуляли? спросила она.
Максим окончательно проснулся и сел на кровати.
Который час?
Уж половина одиннадцатого, ответила хозяйка.
Макс посмотрел по сторонам.
Зачем вы на кухне вёдра раскидали? продолжила разговор баба Клава. И ещё кошачью миску опрокинули. Вина что ли много выпили?
Не пили мы вино. Я вообще алкоголь не употребляю, удивлённо проговорил Максим. Вчера, это
Он хотел рассказать про вчерашний инцидент с домовым, но потом передумал.
Я сейчас всё уберу.
Уберёт он! ворчала хозяйка. Зачем было беспорядок устраивать?!
19
Новогодние праздники в нашей стране всегда проходили «с размахом», несмотря ни на какие политические катаклизмы. По телевизору разнообразные концерты и передачи с известными артистами, во Дворцах культуры хороводы вокруг елки, а также сладкие подарки для детишек в виде наборов конфет. Обычно в эти дни люди много едят и пьют, веселятся у себя дома или в гостях. Но после праздника часто наступает период апатии и чувство некоего опустошения, кто-то просто болеет. На помощь приходит церковь, подарившая всем ещё один дополнительный выходной на православное Рождество.
Максима такие проблемы мало волновали. Алкоголь он не употреблял, а вот вкусно поесть никогда бы не отказался. Однако нынешнее состояние дел не позволяло ему даже думать о разных излишествах, к тому же Макс готовился к зимней сессии. Какие там праздники? Подолгу засиживался в библиотеке, ходил к друзьям переписывать конспекты. Домой приезжал, чтобы отдохнуть и выспаться. Про домового старался не думать, хотя призрак, в свою очередь, постоянно о себе напоминал, гремя по ночам оставленной на столе посудой.
Клавдия Ивановна после новогоднего беспорядка, устроенного в её доме, с Максимом почти не разговаривала, иногда лишь просила сходить в магазин. Как-то, принеся продукты, Максим рассказал, что в магазине цены опять повысились.
Вот видишь, заметила баба Клава. Везде цены повышают, а ты наоборот просишь плату за проживание снизить.
Так если бы и стипендию тоже повышали, возразил ей студент. Тогда бы и проблем не было. А то у меня денег почти не осталось. Я себе только хлеб и майонез покупаю, ни на что больше не хватает.
Не хватает ему! фыркнула в ответ бабуля.
Послушайте, Клавдия Ивановна, может, и правда, немного снизим плату. На сто рублей хотя бы, в честь Нового года. А?
Ничего даже слышать не хочу! Чем ты лучше других-то?
Ничем.
Так вот, то-то, что ничем! Вон на Рождество Наталья ко мне собирается приехать, разговаривай с ней. Ходит тут, ноет и ноет, денег у него нет! По мне так выгнала бы тебя! Всё равно без квартирантов не останусь.
Племянница Наталья, о которой вспомнила хозяйка, единственная наследница этого дома, по всей видимости, имела непосредственное влияние на уровень платы за проживание. На разговор с ней Максим особо не надеялся. Если даже эта беседа и состоится, то наверняка будет бесполезной. Люди, у которых есть опыт предоставления жилья для студентов, вряд ли будут торговаться. Ведь на такое жильё всегда пользуется повышенным спросом.
****
Седьмого января гости приехали рано утром, не было ещё и восьми часов. На весь дом прозвенел звонок. Макс соскочил с постели, влез в брюки и домашнюю кофту.
Иди, открой там! раздался из другой комнаты голос хозяйки.
Уже иду! крикнул в ответ Максим.
Откроешь? опять переспросила бабуля.
Да! Говорю же, иду!
Максим через двор быстро подбежал к воротам и открыл засов. За воротами ожидали двое мужчина и женщина. Уличный фонарь освещал слабо, поэтому разглядеть их лица в утреннем сумраке не удалось. Вне всякого сомнения, это были племянница бабули Наталья и её сожитель Геннадий.
Клавдия Ивановна дома? спросила Наталья.
Да, ответил студент.
Даже не посмотрев в его сторону и больше не говоря ни слова, гости проследовали в дом, оставив молодого человека у ворот.
Как-то не учтиво с их стороны, вздохнул Макс. Могли бы хоть поздороваться.
Закрыв ворота, он прошёл к себе в комнату. Из гостиной доносились голоса. Поскольку хозяйка была глуховатой, Геннадий и Наталья говорили громко, поэтому, даже закрыв дверь, Максим мог прекрасно всё слышать. С их слов было понятно, что сейчас они собираются лепить пельмени.
Максим вдруг вспомнил, что ведро под умывальником со вчерашнего вечера стоит полное. Если гости захотят вымыть руки, то получится как-то неудобно. Надо бы вынести. Для этого он вышел из комнаты.
Долговязый Геннадий, уже перебрался на кухню. Очевидно, что он человек пьющий, это было заметно по его лицу. Мужчина вынул из пакета пару скромных кусков говядины и несколько пластиков свиного сала, небрежно бросив всё это на стол. Затем к краю стола закрепил механическую мясорубку. Взял столовый нож и начал чистить две большие луковицы. Геннадий громко фыркал, утирал слёзы, но довольно ловко управлялся с едким овощем. Максим наблюдал за действиями гостя, пока одевался. А когда с пустым ведром вернулся обратно, Гена уже крутил мясорубку.
Между тем Наталья с Клавдией Ивановной также перешли на кухню и занимались замесом теста на другой стороне стола. Часов около десяти к их честно́й компании присоединились соседка Галина и другая их подруга пенсионерка по имени Паня.
Всё это время, пока они стряпали пельмени, Максим сидел в своей комнате, делая вид, что занимается подготовкой к экзаменам. Через приоткрытую дверь доносился аромат свежеприготовленного мясного фарша, возбуждая чувство «звериного» голода, не давая сосредоточиться на записях в конспекте. Потом женщины затянули «Рябину кудрявую», при этом громко стуча ложками по эмалированной миске с фаршем, выкладывая его на раскатанные сочни.
Что, студент, занимаешься? неожиданно зайдя в комнату для постояльцев, спросила Наталья.
Она прошла в помещение хозяйской поступью, оглядевшись по сторонам. Наталья женщина дородная, лет сорока пяти, брюнетка, со строгими чертами лица, была абсолютной противоположностью сухопарому Геннадию. Хотя и не сказать, что дама имела избыточный вес, но заметно, что за фигурой она особо не следила.
Занимаюсь, ответил Макс.
Как зовут?
Максим.
Послушай, Максим, можно мы тебя побеспокоим?
В смысле?
Хотим в этой комнате стол накрыть. А тебя за это пельмешками накормим.
Хорошо бы конечно, но просто
Что просто?
Ко мне может приехать однокурсница и
Так мы и её накормим! подбоченясь, заявила Наталья.
Ладно, я не против, сейчас только тетради сложу и пойду во дворе снег посгребаю, а то за ночь намело.
Вот это я понимаю! Вот это молодец!
****
Снега нынче было в достатке, хоть каждый день убирай. Максим возил деревянную лопату с одного края двора на другой, таким образом, сгребая снег и расчищая пространство. Накопленные горки из снега затем перекидывал в огород через невысокий заборчик.
Эй, парень, тебя хоть как звать-то? крикнул с крыльца Геннадий, вышедший в это время на перекур.
Максим, ответил студент.
Какое-то время Геннадий продолжал курить, глубоко затягиваясь и выпуская дым.
Любопытно мне, Максим, как ты тут живёшь? спросил Геннадий, затушив окурок в специально приготовленной под это дело консервной банке.
Что в этом любопытного? Пустили, вот и живу.
Я в том смысле, что бабка Клава уж очень вреднючая.
Ну, в общем, согласен, с ней тяжело. Но мне пока выбирать не приходится, жить негде.
Не местный, значит?
Местный. Просто у родителей тесно, решил съехать на квартиру.