Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
- И мне очень хотелось научиться,аонбылоченьтерпелив...Ия
надеюсь, что сделала бы успехи, если бынеэтовеликоенесчастье...его
смерть...
Моя мать снова потеряла самообладание и не могла продолжать.
- Полно, полно! - сказала мисс Бетси.
- Я аккуратно записывала домашние расходы и каждый вечер подводила итог
вместе с мистерам Копперфилдом! - воскликнуламоямать,вновьпредаваясь
отчаянью и теряя мужество.
- Полно, полно! - сказала мисс Бетси. - Хватит, не плачьте.
- И, право же, никогда не бывалоунасснимиз-заэтогоникаких
размолвок... Только мистеру Копперфилду не правилось, что три и пять уменя
слишком похожи, а у семи и девяти закручены хвостики, -сжаромзакончила
моя мать и снова потеряла самообладание.
- Вы так совсем расхвораетесь, - сказала мисс Бетси. -Выжезнаете,
что это не принесетдобранивам,нимоейкрестнойдочери.Довольно!
Перестаньте плакать!
Такой довод помог моей матери успокоиться, но,пожалуй,главнуюроль
сыграло ее недомогание, которое все усиливалось.Наступиломолчание,лишь
изредка нарушаемое восклицаниями мисс Бетси: "Ха!" Она сидела, не снимая ног
с каминной решетки.
- Я знаю, что Дэвид вложил свой капитал в ценные бумаги, - сказалаона
наконец. - Что оставил он вам?
- Мистер Копперфилд, - не без труда отвечала моя мать, - был так добр и
заботлив, что перевел на меня часть ренты.
- Сколько? - спросила мисс Бетси.
- Сто пять фунтов в год, - промолвила моя мать.
- Могло быть и хуже, - заметила моя бабушка.
Последнее слово пришлось кстати: моей матери стало настолько хуже,что
Пегготи, войдя с чайным подносом и свечами и сразу увидев, как ейплохо,-
мисс Бетси могла бы увидеть это раньше, если бы в комнате было посветлее,-
поспешно проводила ее наверх в спальню; затем онанемедленноотправилаза
сиделкой и доктором своего племянника Хэма Пегготи, который, втайне отмоей
матери, уже несколько дней проживал в доме, чтобы быть подрукойвслучае
необходимости.
Этиобъединенныесилы,явившисьчерезнесколькоминутпочти
одновременно, были немало изумлены, обнаружив сидевшую укаминанезнакомую
леди с внушительной осанкой; подвязав лентами свою шляпку к левой руке,она
затыкала себе уши хлопчатой бумагой из ювелирной лавки *. Пегготиничегоо
ней не знала, и моя мать ничего о нейнесообщила,вотпочемуонабыла
поистинезагадкой,авеличественномуеевидуотнюдьнемешалото
обстоятельство, что у неевкарманебылзапасхлопчатойбумагииона
запихивала ее себе в уши.
Доктор поднялся наверх, затем сошел вниз и, удостоверившись,вероятно,
что ему предстоит провести несколько часов лицом к лицусэтойнезнакомой
леди, постарался быть учтивым и общительным.