Всего за 199 руб. Купить полную версию
Благодаря папе, проработавшему всю молодость на китобойном судне, Хуго взяли на торговый корабль. В армии он не служил, но судьба забросила его на военный транспортный корабль «Кассандру». Это была старинная каракка, служившая верой и правдой испанской короне. Парусник использовался в качестве челнока и занимался доставкой провизии и боеприпасов военным кораблям, стоящим на рейде или патрулирующим в открытом море. Служба на галеоне «Святой Себастьян» стала долгожданным повышением и возможностью не только увидеть мир, но и заработать приличные деньги. Но теперь юноша без сожаления всматривался в постепенно растворяющийся в ночной дымке силуэт галеона, думая только о пути домой.
***
В глубине тихого залива Сьенфуэгос расположился красивый город с одноименным названием. Его небольшая каменная пристань с первыми лучами солнца принимала торговые суда и военные корабли. С юга на яркие белые здания смотрели пушки крепости Кастильо-де-Хагуа. Это оборонительное сооружение было возведено на западной стороне узкого прохода в залив и служило в основном защитой от пиратов, хотя толщины стен и количества пушек хватило бы и для обороны от целой флотилии.
Белые приветливые домики, выросшие вдоль лазурной воды, часовня и выглядывающий поверх остальных построек театр «Терри» резко контрастировали с пришвартованным флейтом. Корабль с обломанными мачтами, свисающим оборванным такелажем и черными засмоленными боками омрачал безупречную картину колониального утра в самом чистом и богатом городе Кубы, где в основном жили знатные, состоятельные люди. Мрачный изуродованный флейт был пришвартован среди нескольких каравелл безупречного вида. Корабли были выкрашены и вычищены, словно их команды готовились к участию в военно-морском параде.
Поврежденный флейт находился в Сьенфуэгос около недели. Даже на берегу находиться рядом с ним было невозможно из-за сильного нестерпимого запаха, заставляющего обходить корабль стороной. В городе не нашлось бы ни одного человека, которого можно было заставить даже за большие деньги подняться на борт корабля, кроме рабов, выполнявших всевозможную тяжелую и самую грязную работу на Кубе. Но Патрисио Ортега, губернатору Сьенфуэгос, все же пришлось посетить судно, как бы он ни пытался избежать встречи со зловонным нутром флейта.
Ортега был не один. С ним на борт поднялись советники, охрана и писарь. Люди прикрывали лица платками, отгоняли мух, создающих гул, слышимый даже на берегу.
– Мне эта процедура крайне непонятна и совершенно не нравится. Неужели я должен лично присутствовать при осмотре судна? И что я должен увидеть на этом корабле? – Патрисио остановился у входа в гондек и, бегло осмотрев помещение, быстро развернулся и торопливой походкой направился к трапу. Не дойдя до него, Ортега вырвало прямо на палубу и, сдерживая рвотные позывы, шагом, срывавшимся в бег, он выскочил на берег.
За мгновение в полумраке губернатор рассмотрел обгоревшие человеческие останки, части тел и нечто, напоминающее нашинкованного осьминога. Запах, стоящий на палубе, не давал возможности задержаться там ни на одно мгновение дольше, чем он смог простоять. «Слишком много впечатлений на сегодня! Слишком много приключений с утра! Теперь даже виски не смоет этот трупный запах, который я буду чувствовать не один день, а плащ вообще придется выбросить, его уже не спасти». – Вытирая содержимое желудка с тонкой, редкой бородки, губернатор проклинал навязанные власти формальности, от которых он не мог отказаться. Побывать на корабле и дать свои распоряжения на его счет – было мелочью в сравнении с прочими, как он считал, ненужными обязанностями.
На прошлой неделе Ортега, как полагается губернатору провинции, пришлось подниматься до рассвета, чтобы встретить каравеллу с инквизитором из самой Испании. Этим святым человеком оказался отец Томас. Хотя какой же он был святой, если заставил Патрисио проснуться до петухов? Ортега был верующим человеком, однако он не верил в людей. Особенно он не верил церковникам и больше всего тем, кто возомнил о себе слишком много и проповедовал свое величие, особое приближение к Господу. Таким и был прибывший из Мансанильо испанский инквизитор Томас. Он появился в Сьенфуэгос для того, чтобы лично встретиться с уцелевшим моряком. Святой отец после непродолжительной беседы без ведома Ортега увез человека с собой.