Всего за 319 руб. Купить полную версию
Кролик пристроил поднос, уставленный пирожными, на стол перед друзьями. Двадцать секунд спустя поднос опустел. Кролик тут же взял поднос и ушёл в кухню, чтобы вернуться со следующей порцией.
Несколькими днями ранее они разобрали все кухонные шкафы, чтобы освободить место для ингредиентов, которые могли бы понадобиться Синему Кролику. Тимми обнаружил массу странных и неожиданных вещиц. Среди прочего две пары мокасин, аппарат для измерения окружности талии кита и шар со снежинками внутри, в котором помещался остров Сансория в миниатюре. В самом дальнем углу под кучей чайных листьев – таких старых, что они обратились в пыль, когда Тимми попытался их убрать в мешок, – лежала странная старинная карта.
– Что это за карта? – спросил он Альфреда.
Альфред только пожал плечами.
– Впервые в жизни вижу. Должно быть, осталась от моих дедушки и бабушки.
– Когда ты в последний раз наводил здесь порядок? – спросил Тимми.
Тут Альфред покраснел и сделал вид, что ничего не слышал. Вместо этого он очень озаботился тем, чтобы расставить вещи в коробке, на которой красовалась надпись «НА ПРОДАЖУ».
Карта совершенно очаровала Тимми. Разумеется, она была старинная. Линии на ней выцвели, а бумага истончилась почти до прозрачности. Кажется, такую бумагу называют пергаментом. Карты Тимми обожал. Он свернул её в трубочку и спрятал в карман.
После второго пирожного Тимми переоделся и повесил свой мокрый насквозь костюм ниндзя сушиться над батареей. Затем они с Флорес отчитались о событиях этой ночи (само собой, опустив маленькую деталь о сходстве Винсента и Тимми). Иммануэля особенно заинтересовала поющая женщина, которую они видели.
– Но лицо вы толком не разглядели? – спросил он.
– Нет, а что?
– То, как ты её описываешь, напоминает мне…
– Послушайте! В город приехал цирк «Гелиос», – вставила Исис. – У них выступают поющие клоуны-акробаты. Может быть, она одна из них?
– Нет, – возразил Тимми. – Она не клоун. В этом я совершенно уверен.
– Может быть, – ответила Исис и вспушила свой полосатый хвост. – Но существует множество разных клоунов. Однажды я видела таких, которые были одеты, как государственные служащие. Во время выступления они убеждали зрителей заполнить кучу каких-то бланков и заплатить невероятные взносы. Никогда не доверяла клоунам!
Остальные закивали, соглашаясь с Исис.
– Как бы то ни было, – продолжал Тиммии, – та женщина пела. И смеялась.
– Хм… – Иммануэль потёр подбородок. – Наверняка вспомню потом… А что там было с флейтой, которую держал в руках Винсент? Символы, вырезанные на ней… ты помнишь, как они выглядели?
– Примерно, – ответил Тимми.
– Ты мог бы их нарисовать?
– Даже не знаю… Я не очень хорошо рисую.
– Тимми, постарайся, – сказал Джаспер. Он вырвал листок из блокнота и протянул Тимми вместе с карандашом.
– Ну попробую, конечно… – пробормотал Тимми.
Поднеся карандаш к бумаге, он принялся рисовать. Однако как он ни старался, в конечном итоге его рисунок выглядел как хаотичное нагромождение резинок для волос.
Иммануэль посмотрел на него, провёл маленьким пальчиком по линиям и нахмурил брови. Потом поднял глаза к потолку, словно ища какие-то древние знания.
Остальные подались вперёд, ожидая, что он скажет.
– Здесь можно заключить лишь одно, – проговорил он наконец. – Ты и вправду не умеешь рисовать. К сожалению, угадать, что означают эти закорючки, не представляется возможным.
Тимми ссутулился. Джаспер взял свой карандаш и бумагу и осторожно похлопал друга по плечу, словно от этого у Тимми могло улучшиться настроение.
– Я ещё даже не закончил… – пробормотал Тимми и опустил глаза.
С минуту все сидели молча, потом снова принялись обсуждать флейту и загадочную женщину. Тимми не слушал их, а взял ещё одно шоколадное пирожное.
Поедая сладкое, он снова вспомнил песню, которую пела та загадочная женщина. Она звучала так красиво! Ах, если бы существовала песня о нём. Однажды все услышат его имя, и о нём сложат не одну песню, а множество – так он решил в эту минуту.
Когда Тимми доел четвёртое пирожное, в животе образовалась тяжесть, и веки начали сами собой смыкаться. «Какой странный вечер», – подумал он. Усевшись поудобнее в уголке дивана, он закрыл глаза. «Всего на секундочку», – подумал он. Однако под шум голосов на заднем плане он мгновенно заснул, не успев даже свернуться клубочком.
Во сне смех женщины эхом звенел у него в голове, то взлетая, то опускаясь, как прекрасная мелодия. Потом появился Винсент в костюме клоуна. На лбу у него красовалась чёрная повязка. Он указывал на что-то в темноте. И улыбался. На флейту. Потом Винсент превратился в Тимми.
Тимми широко распахнул глаза. Сердце учащённо билось, он рывком сбросил с себя плед, которым кто-то накрыл его, и сел прямо, как палка. Он понял, как ему следует поступить. Если есть хотя бы малейший шанс, что Флорес права по поводу Винсента, то он должен это выяснить.
Глава 5
Тимми вышел на пустынную улицу, одетый в свой любимый пиджак и галстук. Небо на востоке начало окрашиваться оранжевым. Все магазины ещё были закрыты. Утренний воздух казался холодным и прозрачным, каждый звук эхом отдавался в тишине. Похоже, даже птицы ещё спали.