Всего за 460 руб. Купить полную версию
Позже, когда Егор стал тем, кем он и был уже во взрослой свое жизни, его воспоминания из своего детства были такими.
«Я почти не помню себя до школьного возраста. Всё моё детство прошло с любимой моей бабулей, которая была всегда для меня не только самым родным и близким человеком, но и верным другом, готовая прийти на помощь по первому моему требованию, если на это и было у меня необходимость.
Я помню себя со школьного возраста. А именно с самого первого дня моего похода в первый класс.
Первое сентября.
Я стою среди кучки незнакомых мне детей, примерно одного возраста со мной. Бабуля на меня напялила пиджак, который как мне казалось тогда, наверное стянула с пятиклассника переростка, ведь его рукава едва открывали мои маленькие детские пальчики, а его воротником можно было закрыть мое лицо от ветра. Как оказалось (я узнал об этом потом) бабушка купила его мне на вырост. Цитирую бабушку. « Это праздник. Все дети будут красиво одеты, а ты что, рыжий что ли?» Сзади мне в шею впилась какая-то этикетка, и я вечно задирал руки, чтобы почесаться, но бабушка постоянно одергивала меня со словами «стой спокойно уже!». Я оглядываюсь вокруг себя, рассматриваю стоящих рядом малышей, с трудом мне удается написать именно малыши, ведь среди них я самый мелкий. Они все так же, как я, ошарашено оглядывают соседей. Это и было мое первое знакомство с моим классом.
Маленькое отступление, когда после выпускного в детском саду, меня спрашивали «Хочешь в школу?», я отвечал категорическое «нет». Уже тогда маленький я понимал, что школа мне счастья не принесет, и я был прав.
В школу я попал совсем ребенком…
Нет, не так. Мы все приходим в школу детьми, в основном, в возрасте шести – семи лет. Чтоб вы понимали, меня взяли в школу сразу после старшей группы детского сада, в возрасте шести лет, а самая старшая девочка в классе была старше меня на полтора года, ей было уже восемь лет в начале ноября, я же свои семь заполучил в конце учебного года, в апреле. Я пропустил подготовительную группу, следственно в школу я пришёл не очень подготовленный.
Я умел завязывать шнурки на ботинках, на этом, пожалуй, все.
Кроме того, что в классе каждый первый был старше меня, я еще и сам по себе был очень маленькой. Маленьким да удаленьким, но об этом позже.
Как ни странно, меня посадили с той самой девочкой, которая была старше всех. Наверное, это решение было принято из расчета «тупой-умный», где тупым, ох, простите, слабым звеном, был я. В последствии этот расчет, естественно не подтвердился.
Я сидел рядом с этой девочкой на первой парте, прямо перед столом учительницы.
Помнится был случай, когда мы что-то не поделили с одним из мальчиком, моим одноклассником. Он сидел за партой сзади нас. Мы ругались стоя там же, рядом с партами. Я стоял между первой и второй партой, а он в проходе.
– Ну и что ты мне сделаешь? Ну! Давай! – кричал он мне прямо в лицо с высоты своего роста, а он был выше на целую голову.
«Ща как дам» – подумал я, и опершись левой рукой о первую парту, а правой о вторую, поднял ноги и со всего размаха вмазал ему ногами прямо в живот. Что было дальше не помню, давно это было все- таки. Но на этом наша дружба с этим мальчиком закончилось.
С тех пор меня пересадили одного за последнюю парту, за которой я и провел весь остаток первого класса.
Я уже говорил, что в школу я пришёл не самым подготовленным, и меня сразу записали в аутсайдеры. Был один случай, который прямо таки впечатался в мою память, скажем даже, выжжен или шрамирован, в моем детском (тогда) мозгу.
Меня вызвали к доске, а помню, было, начало учебного года, учительница попросила меня написать слово «сосна» на доске. Я взял мел в руки и начал писать. Результат появился через секунд 20, на доске я вил миру… круги да спиральки. Как только я отошёл от доски, мне послышался смех одноклассников, но их-то можно понять, маленькие дети, но учительница…
– Вот бестолочь! – услышал я ее комментарий, после которого она начала как можно громче чихвостить меня при всем честном народе. Одноклассники же заручившись «поддержкой» учительницы, начали с мест выкрикивать разные обзывалки. В тот вечер я пришёл со школы и закатил бабули скандал, мол « Ты меня куда отправила?». Я сказал, что больше в этот ад не вернусь, никогда- никогда, и вообще из дома я тоже ухожу. Бабушка, уже теряя терпение, спросила меня, почему я так отношусь к школе, а я изложил ей свою историю, в уме потирая руки, ведь после такого душещипательного рассказа, она точно не отправит меня в это ужасное место. Увы, бабушка, выслушав рассказ, пообещала мне исправить ситуацию, сказав, что в школу идти всё таки придется. Две недели после того инцидента «с соснами» бабушка занималась мной. Мы выучили алфавит, цифры, научились читать и писать, и после этого я вернулся в школу в стройные ряды маленьких воинов на пути познания.
Признаться честно, я был не очень популярным ребенком в школе, да и вообще в детстве, это, наверное, уже стало очевидным. Был не один фактор, который складывался в то, как ко мне относились окружающие. Во-первых, я был очень шумным. Постоянно смеялся, болтал, бегал, прыгал и не мог усидеть на месте. Ну, типичный гиперактивный ребенок! И если бы все дело было только в моем поведении. С внешностью мне тоже не повезло. Нет, я не был страшненьким, вовсе нет, очень даже милый ребеночек с пухлыми щечками. Но, мои одноклассники были, в основном светлые, блондины или русые, всего пару шатенок и шатенов, у многих были голубые, зеленые или серые глаза, и у всех, конечно же, светлая кожа. И вот, на фоне этих арийских отродий, я. Темный брюнет, с карими, почти черными глазами, и смуглой кожей. Чем не повод докопаться?
Если в первом классе наш коллектив только складывался, происходило знакомство и начало деления на шайки, то к третьему-четвертому классу всё уже конкретно сформировалось. В первом классе все попытки обидеть меня пресекались кулаками, я не щадя живота своего и не покладая рук своих держал статус главного хулигана. Мне, напомню, было шесть лет, я еще не знал страха, а одноклассники еще не додумались объединиться против меня в кучки. Поэтому, держать оборону в честном бою один на один мне удавалось с успехом, правда после этого следовали замечания в дневнике, но даже при том, что я уже тогда был близок к званию «изгой класса», я лично чувствовал себя царем горы.
Мало того, что я получал по шапке от одноклассников, так я еще и дома и во дворе получила статус «шалопая». Выражалось это в том, что я, как и любой, ладно не любой, а какой-нибудь гиперактивный ребенок, сначала лезу к ребятам (вредный я был, да и глупый, хотя мало что изменилось с тех времен.), потом они дают мне по ушам, а я…
А что я? Я, естественно, бегу к бабули и докладываю обстановку. « Ба, меня обижают, иди разрули». Бабушка, пыхтя носом, а чего это они её малютку обижают, рассерженно встает и походкой в стиле терминатора движется на улицу. И вот она, готовая в шелуху растереть любого, кто покусился на его дражайшего ребенка, идет во двор. А там группа ребятни рассказывает ей как я чудил ДО того, как получить. Тут уже приходил мой черед отхватывать праведного бабушкиного ремня. Такая ситуация произошла раз, еще раз и в конце концов бабуле надоело позориться и она перестала ходить на «стрелки» с малышней. Со временем я стал спокойнее, перестал осаждать дворовых ребят. Но иногда огребал, после чего шёл к своей бабуле снова с докладной, но веры мне уже не было. Это как в той сказке, про мальчика и волков.
А однажды…
Были теплые майские деньки. Я во всем красивом и новом, с большим ранцем за спиной. Мы с бабушкой идем в школу. Тут же видим, как детвора резвится на детских площадках во дворах, кто-то пускает бумажные кораблики по ручьям. Подходим мы такие к дверям школы, а там закрыто. И бабушка меня спрашивает, мол « внучек ты мой дорогой, а чего это мы в школу-то приперлись, кажется, выходной. Разве нет?». В свое оправдание, хочу заметить, что мне тогда едва исполнилось 7. Я был рассеянным и не внимательным ребёнком, и это не специально! Короче говоря, я прослушал, что на майские праздники у нас выходные, а бабушка как то не придала тоже этому значения и решила сходить со мной в школу. С тех пор в школу бабуля со мной не ходила