– Ну, если дело обстоит так, – продолжил Трент, бросив растерянный взгляд на Гамильтона, – то я полагаю, что вскоре у нас начнутся серьезные проблемы с обеспечением. Мы сможем выдержать еще две или три массированные атаки… но раз уж они не собираются отступать, то время работает на них.
– Может быть, нам попробовать прорваться к батальону, тогда они передумают? – Рамирес всплеснул руками. – Я хочу сказать, что они не могли серьезно говорить, что бросят роту на произвол судьбы, разве не так?
Сержант Фонтэйн раздраженно фыркнул.
– Я не впервые слышу это от гражданского лица! – пробормотал он. Однако сказано это было достаточно громко, чтобы все отчетливо услышали.
– Что случилось, сержант? – мягко спросил Фрейзер.
Фонтэйн отреагировал на его взгляд ледяным выражением лица.
– Здесь каждый легионер знает: единственное, что нас губит – это вмешательство гражданских!
Сержант НСО Третьего взвода Кэйзи одобрительно кивнул.
– Хватит, сержант, – злобно предупредил Фрейзер.
– Если бы решал комендант Исаев, то у нас бы не было проблем, – вмешался Трент. – Легион должен заботиться о своих. Но когда за дело берутся политики, то нам всегда достается по макушке…
– Как насчет переговоров с туземцами? – предложил Вандерграфф. – Может, удастся прийти к какому-либо соглашению. Даже если нас окружат и возьмут в плен, это все же лучше, чем смерть.
– Какой, к черту, плен! – выкрикнул сержант Фонтэйн.
– Легионеры не сдаются в плен, – добавил Карл Перссон.
Фрейзер только открыл рот, чтобы вмешаться, но Гамильтон опередил его.
– Не пройдет, друзья, – рассудительно сказал он. – Вы все знаете, что прошлой ночью произошло в столице. Мы не можем вести с обезьянами никакие переговоры.
– Но если нам удастся начать диалог…
– Если бы ханны действительно хотели взять нас в плен, то, вы думаете, дали бы они нам возможность договориться с ними об этом раньше? – он покачал головой. – Вы что, никогда не слышали, как они называют нас между собой? Мы – демоны… и поэтому кампания против нас ведется под эгидой Святого Похода, призванного очистить их землю от сатанинских сил. Они не хотят брать нас в плен – мы им нужны исключительно мертвыми.
– Таким образом, вопрос о сдаче в плен отпадает автоматически, – согласно кивая, закончил Фрейзер. – А что касается договора… то это ведь они развязали войну. И если мы поступим так, как иногда наставляет падре, и подставим для удара другую щеку, то это не приведет ни к чему хорошему. Если бы они хотели прийти к какому-нибудь соглашению с нами… то… Посмотрим. Но мне кажется, что мистер Гамильтон прав. Если эти мартышки и предложат нам что-либо, то это определенно нас не устроит.
– Тогда что же нам остается, лейтенант? – спросил субалтерн Бартлоу.
Но на поставленный им вопрос ответил Трент.
– Мы не можем остаться здесь и ждать, когда нас убьют, – сказал он. – Мне кажется, мы должны выбраться из этой западни.
– Но ты же сам, кажется, говорил, что нам не удастся эвакуироваться, – возмутился Фэрфакс.
– Тогда нам придется сделать это своими силами, – ответил Трент. – И мы будем уходить по земле.
Комната наполнилась гулом голосов.
– По земле? – начал было Фэрфакс. – Но как…
– Мы окружены, – Бартлоу продолжил его мысль.