Всего за 299 руб. Купить полную версию
• «Нередко говорят, что человек, отлично справляющийся с умственными задачами, не может виртуозно работать рукам. Дмитрий Менделеев (1834–1907) вопреки данному утверждению изготавливал великолепные… чемоданы. Кто хорошо знаком с анекдотами о жизни великих людей, несомненно, вспомнит рассказ о том, как однажды, отправившись закупать все необходимые ему материалы для работы, Менделеев приехал на Гостиный двор и стоял, выбирая товар. Извозчик, проезжавший вдоль по улице, вежливо поздоровался с ним, приподняв шляпу, и почтительно проводил взглядом. А пассажир, недоуменно наблюдая за этим, задал вполне естественный вопрос: «Кто же это?» На что извозчик с глубоким уважением и наставительно ответил: «Таких людей знать надо! Это чемоданных дел мастер Менделеев». Считается, что этот анекдот построен на реальных фактах. Вполне возможно, так как Дмитрий Иванович проявил свою настойчивость и целеустремленность и в этом деле – его изделия могли похвастаться вполне достойным уровнем мастерства… Так и был известен Менделеев всему миру: как великий ученый, как отличный педагог, хороший фотограф, любящий муж и отец… Кто-то ценил его потенциал как человека, разбирающегося в экономике. Одни видели в нем великого теоретика и практика промышленного производства, другие понимали его огромный вклад в развитие сельского хозяйства. Но удивительно даже не это, удивительно то, что малограмотный извозчик мог с уважением склонить перед ним голову, вот, дескать, великий человек, чемоданных дел мастер Менделеев…» (из книги Н.Штефана «Дмитрий Менделеев. Жизнь и открытия», Россия, 2011 г.);
• «В 1984 году в немецком журнале «Химия нашего времени» была опубликована статья, в которой рассматриваются естественнонаучные труды («Химия», «Введение в химию», «Типы и подтипы» и др.) крупнейшего шведского писателя Августа Стриндберга (1849–1912)…» (из книги З.Гельмана «Кроме бинома и яблока», СССР, 1990 г.);
• «Писатель Николай Гарин-Михайловский (1852–1906) по образованию инженер-путеец. И проявил он себя не только как автор замечательных романов, но и как изобретательный строитель железных дорог, смелый экспериментатор в сельском хозяйстве, отважный путешественник… Осуществление проекта, разработанного Н.Гариным-Михайловским на строительстве Самаро-Златоустовской-железной дороги (Россия), дало экономию около 1 миллиона рублей» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.);
• «Русский зоолог Николай Холодковский (1858–1921) перевел на русский язык «Фауста» Гете и «Храм природы» Э.Дарвина» (из книги З.Гельмана «Кроме бинома и яблока», СССР, 1990 г.). «Для биографической библиотеки Ф.Павленкова Николай Холодковский написал две биографии – Вольфгана Гете (1891 г.) и Карла Бэра (1893 г.) – и в обеих проявил себя не дилетантом-любителем, но знатоком предмета… Как специалист-зоолог он оставил после себя три выпуска атласа паразитических червей человека – первое и единственное издание подобного рода, – несколько учебников и руководств по зоологии и этимологии. Сам ученый в письме к С.Венгерову сообщает о более чем 220-ти своих специальных и научно-популярных трудах… А как поэт-переводчик… В октябре 1917 года Российская Академия наук признала совершенным его перевод «Фауста» Гете и присудила Холодковскому полную Пушкинскую премию, выбрав его работу из 20-ти других… Только в советское время, для издательства «Всемирная литература» Н.Холодковский перевел более 20-ти произведений (У.Шекспир, Ф.Шиллер, Дж. Байрон, Э.Гофман и др.), но лишь малая толика им переведенного увидела свет…» (из комментариев Ю.Горбунова к биографической библиотеке Ф.Павленкова, 13-й и 30-й тт., Россия, 1998 г.);
• «Ярким примером «переключений» может быть биография шведского физика-химика Сванте Аррениуса (1859–1927), который в 28 лет, создав теорию электролической диссоциации; в возрасте 46–65 лет обогатил науку работами в сфере астрономии и астрофизики (теория солнечной короны, температура планет, образование и эволюция небесных светил), и в возрасте 65–68 лет создал работы по приложению физико-химических закономерностей к биологическим процессам…» (из книги А.Бодалева и Л.Рудкевича «Как становятся великими или выдающимися?», Россия, 1997 г.);
• «Сразу по приезду в Москву (август 1879 г.) Антон Чехов (1860–1904) поступил на медицинский факультет университета. За все время обучения у Чехова оказались лишь две удовлетворительные оценки, остальные – хорошие и отличные. Наука организовывала Чехова, да к тому же в нем была прекрасная черта деда – добросовестность… Чехов практиковал, изъездил всю Москву вдоль и поперек: «лечу и лечу, каждый день на извозчика приходится тратить больше рубля», – писал Чехов в 1884 году, уже после окончания университета… Официальная докторская карьера Чехова была недолгой, хотя врачом он оставался всю жизнь… всегда был там, где требовалась его помощь…» (из сборника В.Лютова «Русские писатели в жизни», Россия, 1999 г.). В письмах к знакомым Чехов признавался, что у него было две жены: «законная жена медицина и незаконная – литература…» «Незаконная жена» принесла ему славу мирового классика. Однако в письме видному невропатологу, профессору Московского университета Г.Россолимо Чехов признавался: «Не сомневайтесь, занятия медицинскими науками имели серьезное влияние на мою литературную деятельность…»
«Антон Чехов, подчеркивает большинство его биографов, не сменял одну профессию на другую, как это сделали, например, его великие коллеги-предшественники… «Полицейская Москва меня признает за доктора, а не за писателя, значит, я доктор», – иронизирует Чехов… Один из шуточных псевдонимов А.Чехова был «полтавский помещик, врач и литератор Антуан Шпинька»…» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.). Однако не шутил, когда сообщал писателю Д.Григоровичу, что он «врач и по уши втянулся в свою медицину»;
• «Зигберту Таррашу (1862–1934) было 15 лет, когда кто-то из шахматистов дал ему почитать книгу Альфонса фон Бреда «Практическое шахматное пособие». «Я словно пробудился к новой жизни. Полная сокровенного смысла красота нашей божественной игры захватила меня с неодолимой силой, и я воодушевленно занялся ее изучением», – вспоминал впоследствии З.Тарраш. Окончив гимназию, З.Тарраш приезжает в Берлин и решает посвятить себя изучению медицины. Здесь студент становится членом Берлинского шахматного клуба, посещает «Чайный салон», где знакомится с Эм. Ласкером, тогда еще начинающим шахматистом, а в будущем – одним из самих своих непримиримых и принципиальных соперников…» (из книги И.Линдера и В.Линдера «Короли шахматного мира: Жизнь и игра – сквозь призму энциклопедии», Россия, 2001 г.). «…Блестяще закончив гимназию, З.Тарраш поступил в Берлинский университет на медицинский факультет. И тут представилась возможность еще раз проявить свою незаурядную волю: решив, что интенсивная шахматная жизнь столицы слишком отвлекает его от занятий, он перевелся в университет в Галле. О своем берлинском периоде З.Тарраш вспоминал так: «Дни и ночи я играл в шахматы, я жил только для шахмат и шахматами». После окончания университета он поселился в Нюрнберге, где занялся врачебной практикой» (из книги Б.Турова «Жемчужины шахматного творчества», СССР, 1982 г.) «З.Тарраш был вторым после М.Чигорина шахматистом, с кем Вильгельм Стейниц изъявил желание встретиться в матче на первенство мира. Это имело место в 1890 году, после победы немецкого маэстро в Манчестере. Но Тарраш, ссылаясь на занятость врачебной практикой, отклонил предложение и тем самым упустил шанс в пору расцвета своего таланта скрестить оружие с первым чемпионом мира. И хотя в дальнейшем он не раз поражал шахматный мир своими результатами, достичь Олимпа ему не удалось. Только в 46 лет сыграл З.Тарраш матч на первенство мира с Эм. Ласкером, но уступил (5,5: 10,5)…» (из книги И.Линдера и В.Линдера «Короли шахматного мира: Жизнь и игра – сквозь призму энциклопедии», Россия, 2001 г.);