Нам в кабинет.
Разумеется. Что будет видно из окон кабинета дно океана? Варан мигнул. Наверное, здоровался.
В последнее время Костя несколько робел перед дверьми. На этот раз он даже не удивился, что та послушно открывается. Пугала табличка. Три слова: «Константин Марков. Комендант».
Хотя его просто приняли за другого. Это было даже лучше версии с комой, хотя объясняло все не так хорошо.
Вас ждут.
Человек, ожидавший Константина, был не по размеру кабинета. И кабинет был не то чтобы крохотным. Просто это место было создано не для встреч. Не кабинет скорее рубка, мостик, что-то от корабля или самолета: странный выгнутый стол, кнопки, рычажки, вмонтированные прямо в стол. Одно гостевое место. Не кресло какая-то ниша между двумя шкафами. Оба заполнены абсолютно одинаковыми вероятно, настало время и Константину перестать называть этот артефакт блокнотом книгами в черных шершавых обложках. Монолитным рядом на каждой полке.
Мужчина попытался встать, но решил лишний раз не протискивать свое тело вверх-вниз:
Василий Петровский, старший следователь, Генеральная прокуратура.
Костя забрался на свое место. Кира заняла место позади справа. Кабинет Константину понравился следователь мешал, но не особо. Коменданту не страшны никакие следователи. У него тут и без них всякого разного интересного много. Три экрана демонстрировали подходы к Общаге. У черного «форда» курила миниатюрная девушка.
Константин Марков у вас что-то случилось?
А у вас?
Худшее, что мог бы сейчас сделать Константин, это подробно рассказать, что и как именно у него случилось. Интересно, сколько минут пройдет, прежде чем к прокурорскому «форду» присоединится «газелька» из психушки.
Понятно. Петровский вытащил из-под ног портфель. Из портфеля конверт, из конверта фотографии. Все долго и с трудом. Слишком мало места. Не узнаете?
Первый раз вижу.
Константин действительно никогда не видел этого мужчину. Но мог представить. Тип. Из тех, что с возрастом становятся значительнее и, кажется, только лучше. Такие говорят веско, злятся резко, но недолго, смеются заразительно, их любят женщины всех возрастов Черт, он сам хотел когда-нибудь стать таким. Костя еще раз посмотрел на фотографии надо было быть совсем не в себе, чтобы не заметить этого.
Он мертв?
Да, и умирал он долго и мучительно. Странно, что вы его не знаете.
Почему бы это?
Обычно, Петровский попытался откинуться на спинку, но шкафы не дали ему занять более комфортное положение, обычно люди знают тех, кто ездит на их автомобилях. Шестисотый «мерс», цвет кофе с молоком не припоминаете?
Неа.
А еще Костя никак не мог припомнить небольшой домик в Италии и счет в швейцарском банке. Все-таки не кома. Его просто все с кем-то путают.
Я бы запомнил, если бы у меня была такая машина. Хорошая Я вот номер своей служебной помню. Петровский решил помолчать, обычно помогало. Не сегодня. Константин был готов молчать сколько угодно. В тепле он вообще был способен на многое.
Петровский продолжил:
Понимаете, этот человек приехал на вашем автомобиле, о котором вы забыли, в место, где его поджидали. Все, что у меня есть, это документы на машину и показатели датчика GPS. Ничего интересного вы, вероятно, автомобилем почти не пользуетесь. Судя по всему, преимущественно машина стоит в гараже. Кстати, где у вас тут гараж, я не заметил. Тут, вообще, у вас странное место
Заезд сзади, Кира вовремя вступила в беседу.
Понятно, а что у вас, вообще, тут такое? Вы в курсе, тут ящерица бегает?
Это варан, Кира и Костя ответили хором. У нас тут приют, на этот раз говорила только Кира.
Хорошее дело. Точно не для бедных. Какой-нибудь фонд?
Петровский точно понимал здесь странно, здесь что-то не то и не так. И парень этот, который не тянул ни на коменданта, ни даже на чьего-то сынка. Пацан как пацан. А вот секретарь
Вероятно, машину угнали. У нас тут место пустынное, говорят, тут иногда волков видят Кира наклонилась к следователю и отчетливо клацнула зубами: Собаки все пропали.
Клацанье следователя не впечатлило.
У вас тут прямо заповедник. Волки, ящерицы Люди еще не пропадали? Только собаки и «мерседесы»? А записей с камер нет?
Камеры есть, записей нет. Вам пора. Улыбка Киры была идеальной: вам рады, но не здесь. Константин? Кира явно ждала одобрения.
Вам пора, послушно повторил Костя.
Василий Петровский привык уходить вот точно не тогда, когда это понадобилось кому-то. Иногда, раньше, оставляя начальство с невысказанной, но хорошо читаемой мыслью; часто, позже выслушав все. На этот раз все было иначе. Тело работало само. Встало и пошло. Петровский попытался вцепиться в шкаф рука даже не поднялась. Уже и ящерица не удивляла, и волки не казались такой уж фантастикой.
Визитку его собственная рука согласилась достать и кинуть куда-то в сторону отдаляющегося стола коменданта.
Тело начало слушаться старшего следователя только в машине.
Что-то узнали? Дарья ждала от старшего следователя сказки. Сейчас такое расскажет, что
Едем, у них тут волки водятся. Петровский проверил, закрылась ли дверца. Едем. Здание пробили? Что тут вообще?