Всего за 450 руб. Купить полную версию
Все новые психологические подходы, которые испытывают влияние практик осознанности и принятия, объединяет то, что они отходят от устойчивых понятий о Я и вместо этого сосредоточиваются на изменчивой, безличной феноменологии опыта. Уровень макропостроений сознания – где возникают идеи о Я и ком-то другом, успехе и неудаче, ценности и отсутствии ценности, – это минное поле, изобилующее триггерами и ловушками. За этим порогом – там, где мысли, чувства и эмоции возникают и исчезают в уме без определений и не имеют возможности укорениться, – человек может найти некоторую свободу не быть тем, кто страдает.
Итак: на самом деле Я существует, однако это Я – непостоянно, сконструировано и зависит от меняющихся условий, как и все прочие вещи. Если человек упорно цепляется за фиксированное определение себя – как склонны поступать многие люди, имеющие психические расстройства, тогда он, конечно, столкнётся с трудностями. Любой человек испытывает несчастье, когда теряет то, к чему он глубоко привязан. Однако если мы, наоборот, научимся не привязываться к определённому представлению о себе и обретём открытость по отношению к новым версиям себя, новым возможностям быть другими, тогда отсутствие жёсткой самотождественности станет не проклятием, а благословением. Человек, который в прошлом пережил травму, – необязательно тот же человек, который в будущем сможет освободиться от её воздействия. Сейчас может существовать личность, которая чувствует себя недостойной и нелюбимой, неспособной испытывать счастье, но пройдёт всего несколько мгновений – и мы, возможно, не сможем обнаружить такой личности. Личность, которая сегодня увязает в порочном круге зависимости, завтра может стать персонажем истории, которую расскажет более здоровый человек.
Глубокая пластичность Я, если нам удаётся заметить её в непрерывном потоке переживаний, может стать удивительно освобождающим опытом.
Взаимозависимое происхождение
Буддийская доктрина взаимозависимого происхождения оказывается ещё более привлекательной, поскольку согласуется с новыми трендами в области системного мышления, теории хаоса и современной физики в целом. Суть этого учения состоит в том, что все явления возникают и исчезают в соответствии со сложными паттернами открытой причинности[6], так что отсутствует единая точка или первоматериал, которые обладали бы онтологическим превосходством. Небольшая, закрытая система – скажем, шахматы или бильярдный стол – обладает столь малым количеством переменных, что существует конечное число вариантов действия, а потому все действия в такой системе ограничиваются узким и предсказуемым диапазоном. Однако масштаб и сложность природных систем – скажем, экосистемы планеты или человеческого мозга – позволяет применять подход к причинности, основывающийся на сотрудничестве и распределении, который постоянно удивляет своей неопределённостью и явным творческим потенциалом. Такой подход, конечно, чрезвычайно интересен физикам, и всё же он обладает особенной ценностью для психологов.
Это учение, согласующееся с представлениями о непостоянстве, страдании и отсутствии Я, описывает человеческие ум и тело как совместно и взаимозависимо возникающие явления, которые взаимно обусловливают друг друга как во всякий отдельный момент, так и в серии моментов, разворачивающихся внутри того, что мы воспринимаем как поток сознания. Не только ум зависит от тела, но тело тоже зависит от ума, и оба они со-возникают, со-творят и со-определяют друг друга. Более того, на уровне живого опыта, который внимательно исследуется, возможно, не имеет смысла проводить различия между ними. То же самое можно сказать о восприятии и о чувстве, которые взаимно оформляют и влияют друг на друга в момент их совместного возникновения в опыте. Также намерение формирует действия тела, речи и ума, которые формируют склонности наших личности и характера, а наш характер, в свою очередь, формирует те самые решения и выборы, которые влияют на то, как характер будет проявляться в каждый следующий момент. Короче говоря, то явление, которое мы наивно считаем личностью, – на самом деле единый вихрь ментальных и физических факторов, возникающих согласованно, взаимно обусловливающих друг друга в невероятно краткий миг взаимодействия, а затем одновременно исчезающих, чтобы уступить место следующему моменту с его особенностями.
Примечания
1
Следует прояснить, как в книге будут переводиться различные термины, имеющие отношение к понятиям «внимательность» и «сознание». Английский термин attention (внимание в узком смысле слова, как в словосочетании «обратить внимание») мы переводим словом «внимание»; термин awareness – преимущественно как «сознавание», в некоторых случаях – как «осознание» и «сознание» (сознание в смысле деятельности), устойчивое выражение conscious awareness – как «сознающее внимание»; термин mindfulness – как «внимательность» (соответственно «практика внимательности», а не памятования или осознанности), термин consciousness – как «сознание» (в смысле поля опыта). – Здесь и далее звёздочками отмечены подстрочные примечания переводчика. Примечания автора, отмеченные цифрами, находятся в конце книги.
2
Все переводы с пали выполнены автором. Саньютта-никая 22:91.
3
Саньютта-никая 35:93.
4
Автор, вероятно, имеет в виду психологию, учитывающую опыт созерцательных практик.
5
Позитивная психология – психология, изучающая положительные стороны человеческой психики (добродетели, положительные эмоции и т. д.).
6
Предположительно имеется в виду представление о вероятностной причинной связи, то есть о причинной связи в самоорганизующихся системах. Подобная причинность отличается от классической причинности тем, что конкретная причина обеспечивает вероятность возникновения тех или иных событий, а не жёстко детерминирует их.