- Извините, а вы не знаете, сколько времени нам лететь? - ничего больше мне в голову не пришло.
- Знаю - чуть больше шести часов. А вы еще не летали? поинтересовалась Аглая.
- Я... Да я...
- Слушайте, а садитесь ко мне, у меня тут свободно. Поболтаем. Ваш монашек все равно уснул, - любезно предложила Аглая.
Я, разумеется, сразу же согласился. И как только увидел ее во весь рост, то обомлел. Она была настоящей красавицей - высокая, стройная, с тонкими чертами лица и прекрасной фигурой.
" Bay ! Это же надо! Не может быть! Да она же - модель! - мои мысли сбились в кучку и загалдели. - У тебя есть шанс!"
Удивительно, что я сразу ее не заметил. Видимо, слишком был погружен в свои мысли. Теперь я уже не жалел, что согласился на эту поездку.
- Вот и славненько, - защебетала Аглая, освобождая соседнее с ней место от глянцевых женских журналов. - А то уж я боялась, что умру здесь со скуки! Данила, вы извините меня за бестактный вопрос?
- Пожалуйста, спрашивайте!
- А вы ведь очень богатый человек? - спросила она.
Я смутился, не знал, что и ответить.. И только после паузы смог выдавить из себя:
- Почему вы так решили?
- Ну... Путешествуете налегке, одеты неприметно. Богатые люди всегда одеваются неприметно. Только бедные пытаются чем-то выделиться.
В какой-то момент мне захотелось соврать, что, мол, да, я богат, очень. И уж так устал от своего богатства, что прямо сил нет. Прячусь за старыми джинсами и штопанной рубахой. Но врать отчаянно не хотелось.
- Нет, я не богат. Совсем, - сухо ответил я и сделал шаг назад, чтобы вернуться на свое место. Если бы я мог, то провалился бы сейчас сквозь землю!
- Ой, куда же вы! - воскликнула Аглая. - Я вас обидела! Господи, простите меня! Какая же я дура! Я совсем не хотела вас обидеть. Я просто боялась, что вы окажетесь толстосумом, который будет думать, что ему все позволено. Сразу начнет приставать...
- Вы серьезно? - я не верил своим ушам; никак не ожидал такого поворота.
- Ну конечно! Знаете, простые, нормальные парни - они люди. Они настоящие, понимаете? А эти субъекты, разбогатевшие ни на чем, они ужасны! Я так устала от этого... Если бы вы только знали, - и она закрыла лицо руками.
Сердце мое сжалось. Я подумал, как же ей, наверное, тяжело быть такой красивой. Как она устала, что ее воспринимают исключительно как вещь, что в ней не видят человека. Уже через секунду она плакала на моем плече, а я успокаивал ее, как мог.
Пока Агван спал, Аглая поведала мне свою историю. Рассказала о своих детских горестях - она хотела заниматься на фортепьяно, а мать отдала ее в секцию спортивной гимнастики, где за высокий рост Аглаю прозывали "дылдой". С болью она вспоминала о своей работе в модельном бизнесе - девушка пережила там множество унижений. Потом зашла речь о любви. Аглая влюбилась в человека, который относился к ней как к вещи. Еще она рассказала, что стала учиться на психолога и как многое благодаря этому поняла.
Я слушал ее, качал головой и сочувствовал. Аглая продолжала и продолжала рассказывать. Оказалось, что в Улан-Удэ она едет не просто так, а за родителями жениха. В начале девяностых он перебрался в Москву, сделал себе состояние, стал богатым и могущественным человеком. Родители не захотели к нему переезжать, но к свадьбе их нужно было привезти. Вот Аглая и вылетела в Улан-Удэ.
Потом она рассказала и о своем женихе. Уже больше года назад Аглая поняла, что не любит его. Но... Жизнь устроена, и надо принимать решение, поэтому она согласилась выйти за него замуж. Этого очень хочет ее мать, и Аглая чувствует, что ее просто продают. Женщине очень тяжело в нашем обществе - ей приходится мириться с тем положением, которое навязывают ей обстоятельства.
Через четыре часа полета командир самолета вдруг снова обратился к пассажирам.