Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
«Солнце выглянуло», – подумала Женька, щурясь от яркого света.
Ловушка для ветра
Ирина Игнатьева @hviba
«О, Великий Дух, за что ты наслал на нас эти страдания?» – эта мысль не хотела уходить, прочно засев в голове.
Быстрый Змей поежился и посмотрел на небо. Он шёл на запад от первой звезды почти всю ночь, как и сказал ему шаман, но нашел тело только сейчас.
Седьмой по счету: застывшие в ужасе глаза, кожа покрылась инеем, в лунном свете ещё более жутко от этого зрелища.
У него самого, взрослого шестнадцатилетнего мужчины, мурашки бежали по коже от этого зрелища.
«Еще этот бледнолицый свалился на мою голову! – раздраженно подумал индеец. – Вот почему коварный Итхаква не поцеловал его вместо одного из лучших воинов моего племени?»
А чужак был ещё жив: подергивался, повиснув поперёк седла.
«О, коварный Итхаква!» – в который раз передернул худыми плечами Змей, продолжая на все лады костерить злого демона.
Раньше тот редко посещал их края, унося с собой духи одиноко скитающихся по прериям путников. И наводил панику на деревни бледнолицых.
А теперь…
Перемены грядут. Раз уж демоны начали селиться здесь и собирать кровавый урожай, сколько вздумается.
Страшна гибель от ледяного поцелуя Итхаква. У всех его жертв такая агония в глазах, что от одного вида внутренности сводит.
Вот как сейчас. Когда он на секунду представил застывшим навсегда свое собственное лицо: с распахнутыми от ужаса зелёными глазами, перекошенным ртом, обрамленное тонкими каштановыми прядями, которые медленно покрываются инеем.
Бррр, нет, он не хочет больше об этом думать!
Вокруг резко похолодало. От ветра в кожу будто стали вписаться мелкие занозы.
Ох, ни один человек не выйдет по своей воле из вигвама, когда дует такой ледяной ветер!
Сыну племени Танцующих с Ветром осталось только достать свои томагавки.
«Не так просто будет Итхаква добыть дух Быстрого Змея!» – этой мыслью он попытался придать себе сил и злости для, возможно, последней схватки.
Но, как оказалось, коварство Итхаква только началось.
«Лошадь, моя лошадь!» – индеец дернулся было в сторону вставшего на дыбы животного. Но лошадь, сбросив с себя висящего на ней человека, во весь опор пустилась куда подальше.
– Ах, трусливое животное! Да что ты там верещишь, бледнолицый? Тебя я на себе точно не потащу! Как же я теперь…
Он замолчал на полуслове. Стало ещё холоднее.
«О, Маниту! Дух-покровитель, что же это! Почему все внутренности сжались в ком?»
Он вдруг подумал, что нужно развязать чужака. Демон вот-вот явится, так что пусть отвлечет его на себя.
– Сражайся, бледнолицый! – индеец достал нож и бросил незнакомцу. – Если останешься жив, пойдешь своей дорогой.
Он не был уверен, что чужак его понял. Но что-то же болтает в ответ?
Началось, кажется. Людям стало невыносимо холодно. Даже чужак замолчал.
«Жаль, не вижу его лица, чтобы полюбоваться страхом. Напоследок…» – мысль повеселила воина.
– Что за… – резкий пронзительный звук обрушился на него, сводя с ума.
Тени вокруг будто стали сползаться к ним, сплетая плотный кокон.
Поддаваться нельзя!
– Итхаква, хочешь забрать мой дух?! Так иди сюда, испробую на тебе мои томагавки!
И он ринулся вперед, на звук. Туда, где в лунном свете тени сплетались в корявые очертания.
Краем уха он услышал странный щелчок позади. Затем – резкий громкий звук, и клубок тьмы впереди разлетелся на куски, обдав не успевшего остановиться индейца потеками зелёной жижи.
– О, Маниту, что за?!.. – он обалдело повернулся к стоящему позади него человеку.
Тот устало усмехнулся, показав Змею на поблескивающий в руке предмет.
– Не благодари. Хороший ствол с серебряными пулями понадёжнее твоих топориков буде… – и незнакомец, потеряв сознание, рухнул на землю.
«Чтоб его! Теперь точно придется тащить», – выругался индеец, подходя к лежащему на земле белокожему мужчине.
«Перемены, и правда, грядут, – хмуро подумал Быстрый Змей из племени Танцующих с Ветром, взваливая на плечо обмякшее тело. – Но к добру ли? Скоро станет ясно. Помоги нам, Великий Дух!».
***
Веки, наконец, согласились, и в щелку между ресниц проскользнуло немного света.
Открыть глаза полностью удалось попытки с четвертой.
«А говорил, не понесет…» – если б был в состоянии, он бы издевательски захихикал. А так вышел только стон.
Внутри индейского жилища было темно и прохладно. И пахло горьковатой травой.
Чья-то прохладная ладонь осторожно легла на лоб.
Мейс скосил глаза: индеанка. Молоденькая, тощая. С огромными, почти черными опалами глаз. Хитрых, любопытных, живых.
Мужчина приподнялся и с трудом сел.
Принял из рук девушки чашу с чем-то горьким даже на вид. Но, не задумываясь, выпил. Уж в чем, в чем, а в целебных травах и настоях дикари толк знают.
Стало легче. Голова перестала кружиться, от горла наконец откатил спазм.
Мейс перебрал в мозгу имеющиеся познания и хрипло выдохнул на их языке:
– Почему я ещё жив?
Его собеседница что-то быстро застрекотала, и из всей тирады он понял только, что он чем-то интересен вождю, и его привез один из охотников.
Девушка указала ему на одежду рядом с лежаком и выпорхнула наружу.
Мужчина огляделся получше. Ни его сумки, ни оружия, ни сапог.
– Ну, пошли, что ли… Вожди, они, знаешь ли, ждать не любят, – слова, сказанные самому себе, слегка приободрили. И он, нацепив штаны и рубашку, кое-как выбрался на свет.
Для местных жителей он казался очень высоким, просто великаном. А ещё возмутительно белым и бледным.
По сравнению с плотными и кряжистыми мужчинами племени – совсем так тощий и сутулый.
Белый Ветер, Крадущийся в Ночи. Так его звали в этих краях. Хотя сюда слухи о нем еще вряд ли дошли.
А вот и его спаситель. На загорелом лице – такое же любопытство, как и у девчонки до этого.
Мейс кивнул парню, отдавая должное его ночной храбрости. Европеец бы при виде того существа в штаны наложил и с места не сдвинулся.
А этот отчаянный.
«Это потому, что молодой еще», – мелькнуло в голове.
Один из пологов откинулся.
– Быстрый Змей, тебя хочет видеть вождь. И тебя тоже, чужак.
И Мейс направился в сторону вигвама.
***
– Приветствую тебя, вождь племени Танцующих с Ветром, – неожиданно произнёс чужак на их языке.
Голос его показался Быстрому Змею похожим на шелест песка, что разносит ветер по прериям.
Индеец с досадой вздохнул.
«О, Маниту, как ты допустил, что этот белый, как молоко кактуса, чужак, а не он, Быстрый Змей, сын Сеуоти, Медвежьего Когтя, убил коварного ледяного демона!»
Да ему еще и пришлось тащить эту тушу. Хоть и худой, но длинный и тяжелый, весит чуть не с лошадь! Худую, облезлую, белую лошадь.
Интересно, откуда он знает их язык?
– Ты знаешь наш язык? – вождь пристально смотрел на незнакомца. – Как твоё имя?
Тот чуть склонил голову:
– Крадущийся в Ночи, Белый Ветер. Мейс Андерс. Так меня называют на этой земле.
Вождь чуть приподнял бровь.
– Кто и почему дал тебе это имя? – голос вождя обволакивает, будто проникает под самую кожу, заставляя поведать ему все свои скрытые мысли. Он, Змей, точно поведал бы.
А вот Белый Ветер пока молчал, будто хорошо обдумывая, что именно ответить.
Или просто плохо знал их язык.
Вождь кивнул сидящему все это время рядом воину. Тот не спеша стал раскладывать перед бледнолицым вещи, что были при нем, когда Быстрый Змей нашел его в прериях.
Длинный предмет, который Индеец уже видел ночью. Пояс из кожи с разложенными в ряд маленькими кусочками серебряного металла.
В их племени такой металл называли белой божественной грязью.
Дальше – два длинных ножа, из того же металла. Набор серебряных стрел и лук какой-то неправильной формы.
Таких Быстрый Змей не видел еще за свою жизнь. И вождь, видимо, тоже.
Последним перед незнакомцем лег потрепанный кожаный чехол с листами аматль, испещренными какими-то символами и рисунками.