Всего за 33.99 руб. Купить полную версию
– Бочки я, конечно, твои забираю, – задумчиво сказал Свиридов, барабаня пальцами по столу. – С бензином вместе, раз уж ты его не поленился налить. Как вещественные доказательства. Мне тоже на охоту надо. Чего бы ещё забрать у тебя? Нечего, да? Ну, в общем, пошёл вон. Главное, мою науку помни.
Мужичок дематериализовался.
– Ведь ничему не научится, скотина, – прочувствованно сказал капитан и снова сел за свой конструктор из курков, осей и пружин. – Подмогни-ка мне, а? Ты где был? На Вороньей реке? Всю жисть собирался туда съездить, поохотиться.
– А я ведь это легко могу устроить, – шалея от алкоголя и собственной наглости, произнёс я. – Послезавтра у нас будет вертолёт – отсюда через верховья Вороньей: мне Дьячкова надо в райцентр отвезти. Могу тебя захватить. А через неделю обратно.
– Через неделю – обратно? – заинтересованно спросил Свиридов. – Не через две?
– Через неделю. Мы возим клиентов – летаем с точностью токийского экспресса.
– И что ты мне посоветуешь на Вороньей?
– Устье реки Имлювеем. Видал там следы охрененного медведя…
– Ты так говоришь? – поглядел на меня капитан, делая ударение на «ты».
– Я так говорю, – ответил я, делая ударение на «я».
– Ты спец, – с уважением сказал капитан. – Может, и слетаю. Ничего ведь не убью, зато развеюсь. Идиоты замучили… Вроде Суржика. Подержи-ка эту осичку, я по ней молотком приложусь.
– И куда мы этого мента везём?
– Чисто по его делам – на стойбище Дьячкова рыбу ловить и медведя стрелять.
– Нам-то он на хрена?
– Ты здесь собираешься работать или нет? Я налаживаю сотрудничество с органами, здесь без них никуда.
– Да без них вообще никуда. У нас вся страна из одних органов состоит. Ну да ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Коля Дьячков выглядел на редкость смущённо, забился в угол и выглядывал оттуда, как зверёк. Однако когда кто-то из клиентов налил ему рюмку сливовицы, повеселел и заулыбался.
В Посёлке Казаков занимался отправкой трофеев, иностранцев, оформлением багажа и документов. На то, чтобы поговорить со мной, у него нашлось не больше получаса.
– Так значит, вот с этим индейцем ты предлагаешь работать?
– Ну да. Он хороший индеец.
– Ага. А до этого был хороший мент. Ну, рассказывай: что там, на Вороньей? Чего ещё там хорошего? Кроме территории, конечно. Мы летели – я десяток сохатых видел. Вот класс!
– Ну в верховьях – участок вот этого, как ты выразился, «хорошего индейца». В среднем течении – метеостанция, на неё тоже можно опираться. Ниже – хороший охотник. Пока он не расположен к сотрудничеству, но со временем всё изменится.
– Хороший охотник, но к сотрудничеству не расположен? А что там тогда плохого?
– Плохой там охотник между метеостанцией и «хорошим индейцем». Говно человек. Работать можно, но с большой оглядкой.
– Ну, лучше настроенный на сотрудничество говно человек, чем не настроенный на него хороший.
– Это как сказать.
Должен сказать, что проблемы с арендой территории Николаем Трофимовичем Дьячковым мы решили на удивление быстро. Я старательно пас его в Посёлке, чтобы он не слишком налегал на спиртное, словно нянька относил его на руках в дом оленевода (или дом оленееда, как было принято шутить в Бубенино) и, наконец, дождался вертолёта, который перегоняли из Певека в Магадан для ремонта.
За относительно небольшую мзду командир машины согласился забросить Дьячкова на базу, Свиридова отвезти в Куйло, а меня доставить до Магадана.