Всего за 200 руб. Купить полную версию
Гримера я попросил сделать всё возможное, чтобы меня никто не мог узнать. Сразу после этого я помчался в редакторскую. Там меня не узнал никто!
Оказавшись в студии, я немного растерялся. Опыта подобных съемок у меня не было. Мы расселись на диваны. «Жена» села напротив меня. Нагиев обратился ко мне:
– Виктор, что вас привело в эту студию?
– Да вот проблемы у нас в семье начались.
– Какие? – допытывался ведущий.
– Жена мне не дает! Говорит, что сексом, видите ли, нужно заниматься в определенные дни, то есть ночи. А сама часто по ночам дома отсутствует…
– Вот как? – «удивился» Нагиев. – А где же это вы, милочка, по ночам пропадаете? – спросил он «жену».
– Понимаете, – начала «жена», – я работаю у одного профессора, который наблюдает за звездами. Я его помощница.
– А разве за звездами можно наблюдать только по ночам? – «копал» Нагиев.
– Вот я тут принесла карты звездного неба, – проигнорировала вопрос «жена» и стала разворачивать свернутые в трубки карты.
На первом полушарии была изображена верхняя часть женского туловища, а на второй – нижняя.
– Ох, ни х..я себе! – включился я. – Это же сплошная порнография. Этот твой бл… ский профессор – извращенец!
Нагиев разглядывал карты:
– Да, смотрю вы на работе времени не теряете, – протянул ведущий. – А что это всё значит?
– Дело в том, что профессор пытается высчитать по звездам ночи, в которые женщинам будет обеспечен оргазм, – активно жестикулируя и пытаясь подавить смех, рассказывала актриса.
– Пусть этот старый козел высчитывает, что хочет! Какого х..я ты ему там нужна? – орал я.
– А это мы сейчас узнаем, – сказал Нагиев, – потому что к нам в студию пришла супруга профессора Элеонора Генриховна.
Как только пожилая дама включилась в сцену, меня будто выключило. Я уже думал о своем, о предстоящей съемке, на которую должна была приехать капризная эстрадная певичка Ирина Салтыкова. И только, когда меня за плечо стал тормошить Нагиев со словами «диванчик-то сломан, Виктор», я вновь «вжился» в роль обманутого мужа. Тут неожиданно для себя и всех присутствующих я вскочил и с воплем «ах ты, бл..дь!» схватил карты, порвал их и швырнул в лицо «жены». После я сказал, что не желаю находится с ней в одной студии и подаю на развод. Вскочил и рванул за кулисы. Нагиев пытался меня задержать, но я вырвался и убежал. Почему я так сделал? Сложно сказать, но тогда я решил, что поступить нужно именно так. Коллеги были расстроены, ведь я не доиграл сцену до конца. Но изменить что-то уже было невозможно.
Меня хватило месяца на три работы в этом ток-шоу. Оттуда я ушел шеф-редактором в коммерческую телекомпанию, которая вещала из российской столицы на территорию США, для наших эмигрантов. Чтобы прямые эфиры видели в Америке по вечерам, трудиться приходилось по ночам. Поэтому коллектив в основном состоял из одиноких, либо разведенных людей. Дело было на Новый год. Работать в праздничную ночь выпало моей бригаде. Для подготовки к двум часовым программам в прямом эфире требовалось оказаться в телецентре в 2 часа ночи. Поэтому семейному звукорежиссеру я разрешил отметить праздник с близкими и приехать после на работу. А всем одиноким-разведенным предложил встретиться около полуночи на Красной площади, чисто символически выпить по бокалу шампанского и на метро уехать в Останкино. Так и поступили. Добраться до площади нам не удалось: народа было столько, что к полуночи нам посчастливилось дойти до угла Моховой и Тверской. Наспех откупорив бутылку, мы под всеобщие крики радости чокнулись и отметили наступление нового года. Несмотря на мои уговоры, бутылок с игристым было несколько. Ведущая Наталья Козелкова потребовала продолжение банкета и в ход пошла вторая бутыль.
– Наташ, ты бы остановилась, – пытаясь переорать радостные вопли толпы, кричал я ей в ухо. – Тебя же под софитами в студии развезет. Хватит пить!
– Отстань! Все будет нормально. Пока доедем, я развеюсь и буду как огурец.
В метро кто-то из нас захотел сладенького и открыл коробку с зефиром. Тут поезд дернулся и коробка упала на пол вагона, шоколадные половинки раскатились. Наталья проворно собрала их в упаковку и сказала: предложим гостям студии. В новогоднюю ночь за баснословные гонорары нас обещали навестить юмористы средней руки.
– Кстати, я же гитару принесла на днях в редакцию, – азартно блестя глазами, сказала Козелкова.
– Ты что, петь что ли собралась в эфире? – опешил я.
– Ну да. А что такого? Я прекрасно пою романсы. Я же актриса по образованию, – гордо ответила ведущая.
– Итить твою мать! Прям цирк с конями. На хер тогда приглашали юмористов, если ты там петь собралась? Давай ты просто будешь общаться с гостями и задавать им вопросы, а под гитару петь друзьям будешь.
– Андрюш, ну не будь занудой. Я и пообщаться успею, и песни спеть. Тебе понравится.
Стоит ли говорить, что в Останкино пьянка продолжилась. Козелкова вливала в себя новые порции шампанского и к началу эфира уже была изрядно захмелевшая. В жаркой студии, как я и предполагал, Наталью развезло. В аппаратной я сидел на «ухе»1. Телесуфлер крутила гример Зоя. Но Козелкова была на своей волне и несла в камеру полнейшую чушь.
– Идиотка, что она несет?! – спрашивала у меня режиссер Наталья.
– Козелкова, заткнись и читай по суфлеру, – сказал я в «ухо» ведущей.
После моей фразы ведущая демонстративно достала из уха наушник и бросила его на пол.
– Пи..ц, совсем у нее башню сорвало. Зачем вы ей наливали? – вопрошала режиссер.
– Наливали! Она сама себе наливала и совсем не слушала меня, – объяснял я ситуацию.
В этот момент ведущая рассказывала гостю, что одна воспитывает дочь и та собирается поступать в театральный. И в ту же минуту со словами «а давайте я вам спою» Козелкова выудила из под стола гитару и начала голосить…
Только позже я узнал, что у Натальи Козловой была алкогольная зависимость. Ее карьера на русско-американском канале закончилась именно по этой причине.
Происки «зеленого змия»
Это сейчас, когда я уже мало и редко выпиваю, стараюсь вести здоровый образ жизни, я точно могу сказать, что мне до сих пор стыдно за некоторые поступки, совершенные мной под воздействием алкоголя. Алкоголиком я вроде не был, но пить различные спиртные напитки раньше вполне любил. И не дай Бог в этот момент мне в руки попадался мобильный телефон. Я строчил людям любовные послания, предлагал авантюры, с кем-то ругался, порывался «лететь в Париж» и тд. Много было постыдных записей, за которые стыдно даже сегодня. Наутро я часто страдал похмельным синдромом и сгорал от стыда за всё то, что вытворял накануне. Почти каждое утро после веселой ночи начиналось с того, что я брал в руки телефон и читал свои «опусы» и потом писал извинительные речи.
Помню на программу «Диалог с Америкой» в гости к Наталье Козелковой пришла певица Анастасия – та самая «королева золотого песка». До эфира мы легко общались, болтали с ней на разные темы и после программы она всю мою выпускающую бригаду пригласила к себе домой на Пречистенку.
– Ребята, приходите, я очень вкусно готовлю, угощу вас блюдами грузинской кухни, пообщаемся, – зазывала Анастасия.
Разумеется, при первой же возможности мы рванули в гости к «звезде эстрады».
Жила Настя в старом доме в исторической части Москвы. Лифт привез нас на последний четвертый этаж. Квартира по современным меркам оказалась не очень большой, но весьма уютной.
– Мне еще принадлежит часть чердака. По этой лестнице вверх, – хвалилась певица.
Надо отметить, Анастасия оказалась роскошной хозяйкой. Готовила она действительно превосходно. Под вкусные мясные блюда мы уговорили бутылочку водки и что-то еще, и начали голосить ее же песни. Она рассказывала о своей жизни, восхождении на эстраду, подковерные игры в шоу-бизнесе и о том, что с мужиками ей не везет.