Уилкокс сунул руку в карман и вытащил толстую пачку денег. Отсчитал несколько сто долларовых купюр и протянул ей.
— Купите, что вам надо. Магазин в отеле еще работает.
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Я сама заплачу за платье, — в десятый раз повторила Джил. И зачем только она согласилась пойти на этот ужин? Мало того что не знает этого Джордана Уилкокса, он даже не нравится ей.
— Нет, я, — возразил Джордан, тоже в десятый раз. — Мне это ровным счетом ничего не стоит.
Они находились в бутике — невероятно дорогом магазинчике рядом с холлом. Джил перебирала одно за другим висевшие там вечерние платья. От их цен у благоразумной Джил захватывало дух. Это безумие! Она выбрала платьице попроще, которое могло польстить ее миниатюрной фигурке, взглянула на бирку с ценой и вздохнула. Оно стоило дороже всех. Бормоча что-то себе под нос, Джил продолжала поиски.
Джордан нетерпеливо взглянул на часы.
— Чем не годится, к примеру, вот это? — Он указал на короткое выходное платье. Лиф усыпан ярко-зелеными блестками, прямая, узкая темно-зеленая юбка. Очень милое, но цена! Вся ее недельная получка.
— Всем годится, — рассеянно ответила Джил, отодвигая его в сторону.
— Так купите.
Джил возмущенно на него взглянула.
— Я не могу позволить себе выкинуть пятьсот долларов на платье, которое, возможно, надену всего раз.
— Зато я могу, — проговорил Уилкокс сквозь зубы.
— Я не разрешу вам платить за мое платье.
— Ужин начинается через полчаса, — нетерпеливо сказал он.
— Хорошо, хорошо.
Джордан с облегчением вздохнул и протянул руку к платью. Но тут же почувствовал, что Джил трогает его за плечо.
— Судя по всему, тут мне ничего не годится. Посмотрю, что я захватила из дому. Возможно, какая-нибудь вещь из тех, что у меня есть, все же подойдет.
Джордан, бурча что-то себе под нос, двинулся за ней к лифту.
— Подождите меня в коридоре, — сказала Джил, отпирая номер. Не хватало еще пускать к себе в комнату чужого мужчину. Открыв дверцы гардероба, она принялась рыться в одежде, вынутой днем из чемодана. Единственное, что могло подойти, — это белое платье античного покроя с большими золотыми пуговицами и широким золотым поясом. Не совсем то, что надевают на званый ужин, но сойдет.
Джил подбежала к дверям и показала его Джордану.
— Годится?
Бедняга был уже в полном отчаянии.
— Я не знаю.
Оставив дверь открытой, Джил снова кинулась к шкафу.
— У меня ничего больше нет, если не считать подвенечного платья тети Милли, — пробормотала она вполголоса.
— Вы захватили с собой подвенечное платье? — В серых глазах Джордана зажглись веселые огоньки. Он с трудом удержался от смеха. — У вас, верно, большие надежды на этот отпуск.
— Вовсе я не брала его с собой, — сказала Джил возмущенно, сожалея, что вообще упомянула о нем. — Мне прислала его сюда подруга.
— Вы выходите замуж?
— Не совсем. Я… о, мне сейчас некогда все это объяснять.
Джордан глядел на нее с таким видом, будто его гложет любопытство, но он не уверен, стоит ли пускаться в расспросы.
— Так наденьте то, которое вы мне показывали, — раздраженно сказал он. — Вполне сойдет.
— Хорошо. — Джил уже раскаивалась, что согласилась с ним пойти. — Подождите минутку. — Она снова прикрыла дверь, успев, однако, заметить у него на лице удивление. И только когда сняла платье, догадалась, что этот человек, вероятно, привык иметь дело с женщинами, которые не выставляют его в коридор, желая переодеться.
Хотя Джил и знала, что Джордан сгорает от нетерпения, она все же потратила несколько лишних минут, чтобы освежить макияж и провести гребнем по своим длинным, до плеч, каштановым волосам, после чего заколола их узлом при помощи золотой пряжки. Это небольшое приключение помимо воли будоражило ее.