Вы впервые на Гавайях, я не ошибаюсь?
Джил кивнула. Набравшись храбрости, она подошла к нему так близко, что смогла наконец разглядеть лицо. У нее упало сердце. Нечего удивляться, что он показался ей знакомым. Нечего удивляться, что слова его звучат обидно. Второй раз за день она наталкивается на сыча.
— И, конечно же, не стали тратить время на обед?
— Я… я ела. В самолете.
— Что это за еда? Синтетика, — презрительно хмыкнул сыч.
— Вас так заботит мое здоровье?
— Да нет, — усмехнулся он, пожав плечами.
— Тогда не берите в голову, обедала я или нет. Джил снова вскипела, увидев, как пристально он рассматривает ее. На его губах промелькнула улыбка — казалось, что-то в ней его забавляет.
— Спасибо за все ваши советы, — чопорно сказала Джил, отворачиваясь от него и снова направляясь к океану.
— Где ваша гирлянда?
Остановившись на полпути, Джил машинально поднесла руку к шее. Видно, она оставила свое цветочное ожерелье в номере, когда переодевалась.
— Разрешите. — Он подошел к ней и, сняв с себя гирлянду цветов, накинул ей на шею. Джил впервые была на Гавайях и еще не знала, имеет ли его жест какое-нибудь символическое значение. Лучше бы не имел. Лучше никак не связываться с ним. Мало ли что.
— Благодарю. — Джил надеялась, что в ее голосе звучит признательность.
— Я уже было настроился спасти вам жизнь. Забавное замечание.
— Не понимаю.
— Вдруг вы стали бы тонуть.
Джил не могла удержаться от смеха:
— Вряд ли. Я не собиралась плавать.
— Океан коварен, ему нельзя доверять. Даже у самого берега волны могут сбить с ног и унести на глубину.
— Чепуха.
— Возможно, — не стал он спорить. — Я просто надеялся внушить вам, что вы моя должница.
Ага, вот теперь разговор пошел всерьез. Этому человеку не свойственно великодушие. Она готова спорить на месячное жалованье, что он заговорил с ней, возымев на нее какие-то виды. У него ведь было более чем достаточно времени, целых пять часов перелета, чтобы предостеречь ее раньше.
Да, что-то ему от нее вдруг понадобилось. Надо быть начеку.
— Чего вы от меня хотите?
Он улыбнулся своей вызывающей скупой улыбкой и кивнул. Видимо, одобрил ее тонкую интуицию.
— Немногого. Я надеялся, что вы пойдете вместе со мной на званый ужин. Деловой ужин.
— Сегодня?
Он снова кивнул.
— Вы упомянули, что еще не ели.
— Да, но…
— Это займет у вас не больше часа. Ну, чуть больше. — Голос звучал нетерпеливо, словно он ожидал, что она сразу, без возражений согласится.
— Я не знаю, кто вы. С какой стати я пойду с вами? Между прочим, меня зовут Джил Моррисон.
— Джордан Уилкокс, — отрывисто произнес он. — Хорошо, если уж вам так обязательно знать, мне нужна спутница, чтобы не обидеть человека, которого я не могу позволить себе оттолкнуть.
— Так не отталкивайте его.
— Я не о нем беспокоюсь. Все дело в его дочери. Она, по-видимому, в меня влюбилась и не способна понимать намеки.
— Да, похоже, вы попали в хорошую передрягу. — В глубине души Джил удивилась вкусу этой девицы.
Уилкокс хмуро сунул руки в карманы смокинга. Он тоже переоделся, с той лишь разницей, что явно не для отдыха. Напротив. Чему тут удивляться? У таких людей всегда на первом месте не удовольствие, а дело.
— Не понимаю я вас, женщин, — мрачно сказал он. — Неужели вы не способны догадаться, когда вами не интересуются?
— Не всегда. — Джил, совсем успокоившись, небрежно помахивала сандалиями. — Другими словами, я нужна вам в качестве телохранительницы.
Ему явно не понравилась ее терминология, но он предпочел не спорить.
— Что-то в этом роде.
— Я должна притворяться, что безумно в вас влюблена?
— Упаси Господь.
Джил заколебалась.
— Не уверена, что захватила что-нибудь подходящее к случаю.