Всего за 149 руб. Купить полную версию
Следующий раз работать предстояло с девяти вечера. Подошедшие вскорости Светкины «выходные» почти не отразились на трудовом процессе и лишь незначительно его ограничили, перейдя на орал и шаловливые ручки. По ее примерным подсчетам, Миша вернул потраченное через шесть дней и то, что ей предстояло получить, трудясь в таком темпе, вселяло уверенность в правильности принятого решения.
Клиенты были абсолютно разными: от школьника, позвонившего пока отсутствовали родители и до склеротика, облизывавшего ее туфельку и рассказывавшего о своей бурно проведенной молодости. Разнообразие сексуальных предпочтений клиентов было столь обширным, что удивляться Светке все же приходилось и довольно часто. С садо-мазо и ролью «хозяйки» с плеткой в руке она была знакома, но когда просили поиграть «в туалетную комнату», поначалу это несколько смущало. Чем ближе узнавала она мужчин, тем дальше хотелось их послать.
Изредка некоторые из постоянных клиентов, не имевших другой возможности, приходили «на дом» и тогда использовалась вторая комната. Одним из таких и оказался Али, высокий, выбритый «под шарик» средних лет араб, постоянно проживавший в этом городе и имевший небольшой бизнес на каких-то тканях. Он зачастил, приходил по три раза на неделе, а однажды забрал ее на два дня. Они провели их в небольшой, явно арендованной квартире и тогда он подарил ей первый перстенек с камушком, напоминавшим хризолит, но более темным.
То, что она была в его вкусе, Светка поняла сразу. Когда он показал фото своей «почти что уже не жены», уверенность в своей непревзойденности только усилилась. Первый раз с русскими прелестницами Али познакомился в Турции, где был по своим тряпичным делам. Разница с местными была столь велика, что он обратил критический взгляд на ту, с которой был связан до этого и стал принимать меры по исправлению ситуации.
Переговоры, которые он вел неоднократно с ее телоприказчиком, ни к чему не приводили. Алик (как звала она его) досадовал и вновь забирал ее на несколько дней, в завершение которых подарил коротенькую норку. Тот объем английского, известный обоим, позволял понять, что Алик вскорости должен закончить освобождение от существующих уз Гименея и был очень даже не прочь забрать Светку на освободившееся место.
Предупреждая ее помыслы об освобождении путем перебежки на «арабскую территорию», она была вывезена однажды двумя сумрачными молчаливыми парнями в начинавшуюся, казалось, прямо за городом каменистую пустыню. Там, выйдя из машины, один из них неожиданно сжал сзади ее локти, а второй с ухмылкой садиста надел на голову на пару минут пластиковый пакет. Ужас невозможности дышать, кричать и даже двинуться настолько сковал ее, что два дня после этого она была не в состоянии что-либо понимать.
Меры были отработанными и действенными. Из попадавшихся газет на русском она узнавала временами о телах, которые находили в районе Мертвого моря. Назвали его так по этой причине или трупы сбрасывали там, где было подходящим название – это ее уже мало интересовало. Это было реально.
В довершение так неплохо начавшегося «бизнеса» она получила за месяц «работы» две шестьсот зеленых на руки. Онемевшей от неожиданности, ей была продемонстрирована смета расходов, куда входила заправка авто, питание с сигаретами, найм помещения и мобильники. Отдельной статьей был выделен заказ на поездку в пустыню с двумя сопровождающими и подношения тем, кто должен был следить по долгу службы за нравственностью в регионе. Какой мог быть выход? Выйти на балкончик и звать полицию? Что могла она объяснить им? В лучшем случае, могла оказаться дома. Без денег и подарков, со штампом в паспорте о нарушении визового режима и спустя месяц после отъезда.
Алик был готов внести за нее пять тысяч баксов, но что значила эта сумма, постоянно увеличивавшаяся, если каждая неделя использования приносила то же самое ее владельцу? Как-то раз Алик рассказал ей о путях переправки славянок с караванами верблюдов, о чем писали в местных газетах. О том, как строптивых или при опасности быть пойманными с таким товаром, просто бросали в пустыне. Все же положение у Светки было не таким плохим, каким могло быть. Ее миновали «субботники» с обкуренной и пьяной братвой, существовавшие повсюду, когда их даже за товар не считали и развлекались как только могла позволить фантазия. Извращенцы-садисты, знавшие что таких девчонок не скоро спохватятся, также не попадались среди ее клиентов. Это не говоря о куче болезней, сопутствующих подобному общительному образу жизни.