Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
И тогда Австрия окажется зажатой в кольцо противников сразу с трёх сторон – Францией, Швецией и Турцией. Что сделать? Как поступить? Нельзя допустить этого союза.
Лучший вариант – если бы дипломаты не добрались до места назначения. В самом деле, мало ли что может случиться в дороге с двумя одинокими путешественниками? Устранить обоих вместе с письмами – дело верное. Но рискованное. Можно накликать на себя беду раньше времени. Вот, если бы, устранить их за пределами Австрии, и чужими руками…
В мучительном поиске выхода граф Шафгошт истеребил подбородок до багрового оттенка. Но кто бы мог подумать, что выход найдётся сам, буквально на следующий день.
Пребывая на званом вечере в доме у кардинала, председатель был вызван из гостевого зала известием, что его ожидает чиновник со срочным донесением.
Один из его многочисленных агентов в синем кафтане и чёрной шляпе, почтительно поклонился и доложил чётко и детально:
– Ваше превосходительство, нынче в город в пять часов пополудни прибыли военные; некий капитан с поручиком. При них четверо драгунов в мундирах и два почтальона. Первым делом они подъехали к зданию главного суда и требовали переговорить с председателем, уверяя, что имеют к Вам весьма важное дело. Но, поскольку Вы, Ваше превосходительство, изволили в это время навещать Вашего сына, графа Карла, то они отправились в гостиницу. Остановились в «Голубом олене». Там переоделись в немецкое платье. И уже вдвоём – капитан с поручиком – нанесли визит в дом Вашего сына. Но Вас опять там не застали. Теперь они взяли извозчика и едут сюда.
Граф Шафготш пришёл в крайнее изумление:
– Кто они такие?
Агент наклонился ближе:
– Капитан записался в гостинице под именем барон фон-Кютлер, говорит на немецком с северным акцентом. Поручик помалкивает.
– Откуда прибыли?
– Через польскую границу. Это всё, что известно.
– Хорошо. Ступай.
Зажав в ладони монету, агент тихо удалился.
Незваные гости не заставили себя ждать. Не прошло и четверти часа, как председатель вновь был вынужден отлучиться из-за стола, так как его требовали к себе прибывшие два господина по чрезвычайно важному делу.
Заговорил тот, что был постарше и выглядел солиднее:
– Я – капитан барон фон-Кютлер, поданный русского двора Ея Императорского величества. Следую из русского военного лагеря с Украины. Имею открытое предписание императорского резидента ко всем инстанциям: догнать и арестовать шведского майора и французского купца, возвращающихся из Константинополя, с письмами, которые являются первой важностью для вышеупомянутого двора! Если Вашему превосходительству известно что-либо об оных особах, просим оказать возможное содействие и помощь.
Вот оно, провиденье! Председатель едва сдержал обуявший его восторг, пришедший внезапно на смену липкому страху. Русские! Они раскусили тайные планы шведов и решительно настроены воспрепятствовать их военному союзу с турками. «Арестовать шведского майора и французского купца» – ах, как же это созвучно его собственным планам, что он вымучивал всю ночь!
Граф Шафготш вмиг обратился в саму любезность:
– Прошу Вас, господа, пожаловать в мой дом; я непременно сделаю всё возможное, чтобы помочь Вам. Моя карета в вашем распоряжении. Едем незамедлительно.
гостиница «Голубой олень»
Тем временем в гостинице «Голубой олень» драгуны, вытянувшись на кроватях, дремали, пользуясь передышкой в погоне. Не спали двое: почтальон Куропатов чинил перья, а сержант Микуров сидел у окна и задумчиво теребил на груди маленький деревянный крестик на шнурке.
С тех пор, как они выехали из лагеря с Украины, он то и дело возвращался воспоминаниями к неожиданному разговору, состоявшемуся у него с княгиней Трубецкой накануне этой поездки…
– Микуров! Подойди! – окликнул его Миних и по-отечески положил ему ладонь на плечо, – Прижучить шведского шпиона и выудить у него секретные сведения – задание весьма щекотливое. Но запомни: тебя оно не касается! Это Кютлеру с Левицким даны чёткие указания, как действовать при поимке вражеского посланника и что у него искать. Твоя же единственная задача – вывести их на след этого Синклера!
– Так точно, Христофор Антонович.
– Понимаешь, Василий, время мы потеряли!! Уйти он мог слишком далеко! К тому же путь его движения нам не известен. Да и движется он под чужим именем. Одним словом, придётся нелегко. И лучше тебя никто не справится!
– Благодарю за доверие.
В этот момент к фельдмаршалу подошла Анна Даниловна и заботливо протянула ему кружку:
– Выпей хоть кофе, Христофор Антонович. Ты сегодня ещё не завтракал.
– Спасибо, – он принял из её рук горячий напиток и кивнул Василию, – Ну, Микуров, ступай. Не подведи! Я на тебя надеюсь!
– Микуров?! – неожиданно проявила интерес Анна Даниловна, – Сержант! Это Вы – Микуров?
– Так точно.
– Уж не Василий ли? – лукаво улыбнулась она.
– Он самый.
Она вдруг всплеснула руками:
– Неужели?! Погодите! А доводилось ли Вам бывать в Данциге?
– Так точно. Доводилось.
– Невероятно!!
Василий недоумённо переглянулся с фельдмаршалом, не зная, к чему клонит княгиня.
– Сержант! Я желаю с Вами говорить! Сейчас! Немедленно! – неожиданно заявила она.
– Анна Даниловна, голубушка! – возмутился Миних, – Микуров отбывает из лагеря для выполнения очень важного поручения!!
Но она и не думала уступать:
– У меня тоже дело большой важности! Не беспокойся, я его долго не задержу, – и она, взглянув на Миниха, укоризненно покачала головой, – Не стой на солнцепёке, Христофор Антонович! Ведь ещё вчера тебя лихорадило.
Фельдмаршал побагровел и плотно сжал губы, но усилием воли воздержался от крепкого словца. И покорно удалился в тень.
– Так вот, значит, какой Вы, Василий Микуров, – Анна Даниловна внимательно рассматривала Василия.
Заметив его смущение, она улыбнулась:
– Не удивляйтесь. Признаться, я и сама удивлена не меньше. У меня есть к Вам разговор.
– Я весь внимание, госпожа Хераскова, – он осёкся, – Прошу прощения, госпожа Трубецкая.
– Можно просто Анна Даниловна, – разрешила княгиня, – Идёмте.
И она настойчиво повела его в свою походную палатку.
– Присаживайтесь, – указала ему на табурет возле стола, – Хотите пить?
– Благодарю. Не откажусь.
– Ну, так налейте себе воды. Позади Вас стоит кувшин, – и окликнула камеристку, – Дуняша! Отыщи-ка в дорожном сундуке шкатулку. И принеси сюда.
Та послушно выполнила просьбу госпожи.
– Ступай! Ты нам будешь мешать, – отослала её княгиня. И сама села напротив Василия, – Прежде, чем мы начнём разговор, скажите, как давно Вы побывали в Данциге? И при каких обстоятельствах?
– В польском походе с фельдмаршалом.
– Вы вошли в город после его взятия?
– Нет. Мне не довелось войти в покорённый Данциг, так как я был срочно направлен в Петербург с известием о капитуляции крепости.
– Стало быть, в самом Данциге Вы не были?!
– Нет, я там был. Но прежде, чем он выбросил белый флаг, – ответил Василий и, предвидя её вопрос, пояснил, – Я провёл в там два месяца, как шпион, выдавая себя за горожанина.
– О! Значит, Вы ТОТ САМЫЙ Василий Микуров, – убедительно произнесла она. И, подперев изящной рукой подбородок, вновь принялась с интересом рассматривать юношу.
Василий заёрзал:
– Я Вас не понимаю.
Анна Даниловна интригующе улыбнулась:
– Я сейчас расскажу Вам одну историю. Уверена, она будет Вам интересна.
Микуров покорно приготовился слушать.
– Сколько же прошло времени с тех пор, как мы стояли осадой под Данцигом? Кажется, лет пять, – начала княгиня, – После капитуляции триумфальным шествием армия вошла в город. И около месяца фельдмаршал ещё пребывал там, улаживая все сопутствующие дела по проведению присяги корою Августу, по установлению суммы контрибуции, отправке пленных и многое другое. Я всё это время вынуждена была пребывать с ним. Меня разместили в доме, принадлежавшем коменданту города. Должна заметить, мрачная там было обстановка. Но, так или иначе, нам, как победителям, оказывали почести. О нас заботились: отапливали комнаты ночью, готовили вкусную еду. И, пока Христофор Антонович был занят делами, я весьма сносно проводила время. В доме коменданта мне прислуживала польская девушка. Очень юная. И довольно милая. С печальными зелёными глазами.