Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Чучело было усажено за стол в большой комнате и украшено маской поросенка, найденной Владиславом на дачном чердаке. Для пущего эффекта из простенькой дачной люстры должны были быть вывинчены лампочки: предполагалось, что ребята затаятся под окном, дождутся возвращения дяди Саши, по звукам из дома вычислят момент, когда тот войдет в темную комнату и не сможет включить свет. Тогда они направят свет яркого фонаря в окно – прямо на сидящее чучело в свинском обличье.
Разумеется, дальше все пошло совсем не по плану. По так и оставшимся неизвестными причинам дядя Саша в тот понедельник вернулся из Москвы намного раньше – аккурат к тому моменту, когда Савва, стоя на столе, только собирался приступить к вывинчиванию лампочек.
Видимо, дядя Саша не утратил своих профессиональных навыков и по каким-то признакам заподозрил присутствие в доме непрошеных гостей, потому что в дом он вошел практически неслышно, и даже скрипучую дверь сумел открыть без единого звука. Поскольку процесс вывинчивания лампочек еще только должен был начаться, свет включился без всяких затруднений, и перед дядей Сашей была явлена впечатляющая картина: Савва на столе с задранными к люстре руками, Игорь любовно поправляет поросячью рожицу на голове чучела, Артем делает вид, что целится из ружья чучелу в голову, а Владислав по-хозяйски расположился на диване.
– Та-а-ак, – любезно протянул дядя Саша. – Статья сто тридцать девятая. Нарушение неприкосновенности жилища. Уголовное дело, штраф или принудработы. Владик, твоя мама штраф за всех заплатит? Или улицы мести будете? Как?
Ситуация выглядела безвыходной. Не будь накануне стычки на речном берегу, все происходящее можно было бы представить обычной мальчишеской проказой – впрочем, не будь этой стычки, не было бы и самой проказы. Но в имеющихся условиях рассчитывать на чувство юмора милицейского майора было по меньшей мере наивно. Следовало ожидать, что описанное развитие ситуации имеет серьезные шансы воплотиться в реальность. В полной мере ощутили ребята и свою вину перед Владиславом, который и территориальных прав дяди Саши не нарушал, и вообще с самого начала был против этой авантюры.
Савва спрыгнул со стола и медленно двинулся в сторону открытого окна, Артем не совсем кстати отвернул воображаемое дуло от чучела и теперь целился в его прототип, Игорь с удивленным видом задрал брови к треугольному мыску русых волос на лбу. Только Владислав какое-то время не шевелился на своем диване – точнее, на диване дяди Саши, – а потом коротко выдохнул и поднялся, глядя на хозяина.
– Хорошо, дядь Саш, договорились. Ваше право. Пусть будет сто тридцать девятая. Только тут баш на баш выйдет. У Артема синяк на шее – до завтра явно продержится. Это сто пятнадцатая. А еще сто шестьдесят седьмая – это про донки выкинутые. Может, просто разойдемся, а?
Дядя Саша ухмыльнулся:
– За знание уголовного кодекса пять, за понимание реальности – единица. Мы тут, знаешь ли, с местным участковым по пятницам пивком балуемся…
– Хиловато, конечно, не спорю. Тогда давайте по-другому.
– И как именно? – живо заинтересовался дядя Саша.
– Например, так: мы ж сейчас все вполне по-доброму сделали – учитывая-то синяк и донки. А ведь могло бы быть и иначе, правда? Мы могли бы вам где-нибудь в доме маленький такой пакетик запрятать… А потом вот его родители, – и Владислав вдохновенно ткнул пальцем в Артема, – свои связи использовали бы. Они ведь могли бы сильно обидеться за синяк, понимаете? К вам приезжают люди, делают обыск, ну и… Но мы же не спрятали! А так хотелось… – и он мечтательно закатил глаза к потолку.
Дядя Саша склонил загорелую лысину к левому плечу, как большая умная собака, немного подумал и подмигнул Владиславу:
– Молодец, мозги работают. То есть ты мне предлагаешь на выбор два варианта: или мы сейчас с миром расходимся, или я все лето торчу дома, как сторожевой пес, и караулю. При этом я понимаю, что вы практически наверняка этого делать не будете, но гарантий у меня нет. И вы на все лето имеете себе бесплатный аттракцион: майора милиции раком поставили.
Он поразмыслил еще немного – видимо, представляя себе этот аттракцион во всех деталях. Судя по всему, детали бывшего майора не очень вдохновили, и он пожал плечами:
– Ну черт с тобой. Если б вы меня обнесли – был бы смысл бодаться. А так…
На всякий случай Владислав не расслаблялся, сохраняя готовность в любой момент завопить «Атас!» и рвануть в окно. Однако оказалось, что хозяин на самом деле утратил свой воинственный пыл: он отступил от двери и проворчал:
– Нечего подоконник пачкать, валите уж через дверь.
Пацаны слегка помедлили, проверяя подлинность дяди-Сашиных намерений, потом настороженно двинулись к двери, опасливо огибая майора по максимальной траектории. Когда в комнате остался один Владислав, дядя Саша сказал:
– За находчивость отпускаю, понял, паршивец?
– Я знаю, – нахально заявил Владислав и быстро шмыгнул в дверь, провожаемый насмешливым хозяйским хмыканьем.
Надо отдать Владиславу должное, он ни словом не обмолвился о том, что всячески отговаривал остальных от операции возмездия. Трудно сказать, это ли стало главной причиной головокружительного повышения его статуса, или троицу впечатлила его юридическая просвещенность вкупе с недюжинной находчивостью и нахальством. Однако факт остается фактом: отныне Владислав не только был признан полноправным членом компании, но и стал ее очевидным лидером.
16 сентября 2014 г., трасса Москва – Брест
…Настроение у всех четверых было по-детски восторженным, хотя каждый стыдливо скрывал это от остальных: не подобало солидным успешным тридцатипятилетним мужчинам испытывать такой щенячий энтузиазм по поводу отнюдь не первой в жизни каждого из четверых поездки за границу – пусть даже и в доме на колесах, который они уже привыкли с европейским шиком именовать «кэмпером». Как водится, присели на дорожку и посмотрели друг на друга: не требуется ли сказать что-нибудь достаточно торжественное и напутственное? Первым не выдержал лишенный сентиментальности Игорь: он встал и молча пошел проверять состояние квартиры после двухдневных сборов. Вернулся и скомандовал:
– Чего сидим? Время!
Когда «кэмпер» вырулил со двора на проспект, Игорь, сидевший рядом с Владиславом, вдруг заорал благим матом. Сидевший за рулем Владислав сперва недоуменно глянул на него, потом оглянулся на разместившихся сзади Артема и Савву, и грянул общий восторженный хор.
…До Можайска домчали довольно быстро: в такую рань основная масса автовладельцев двигалась по направлению к Москве. По дороге все, не занятые дорогой, возбужденно обсуждали достоинства «кэмпера». Больше всего каждого из них радовала возможность самому посидеть за рулем авто-чуда: сообразительный Владислав выбрал такую модель, которая позволяла управлять собой, имея всего лишь обычную водительскую категорию «В». Конечно, они и сразу после покупки излазали автодом вдоль и поперек, но сейчас в полном упоении повторяли экскурсию снова и снова: валялись на кроватях, включали кран крохотной кухонной раковины, распихивали какие-то вещи по встроенным шкафчикам, метя территорию… В конце концов даже флегматичный Игорь не утерпел и полез назад, оставив Владислава в гордом одиночестве: ему тоже не терпелось присоединиться к общей вакханалии.
За Можайском Савва отметил еще одно неоспоримое достоинство «кэмпера»: пассажирам не требовались остановки по естественным надобностям. Выйдя из туалета, он издал победный трубный рев.
– Так мой кот орет, когда из своего туалета вылезает, – не преминул ехидно прокомментировать Артем. – То ли хвастается, то ли облегчение празднует. Ты-то по какому конкретно поводу орешь?