– Здесь нет, проверяли.
– Тогда чего бояться?
– Проверяли вчера, не было. Но вчера не сегодня. Ты понял? Пойдешь в Спартак. И знаешь почему? Мы ставим на Спартак. Как говорится:
– Спартак – Динамо – только одна команда должна быть всегда чемпионом. Но чтобы ты стал тренером Спартака, я сначала должен стать членом Политбюро.
– Наоборот нельзя?
– Можно. Но как?
– Я выиграю чемпионат СССР, а тебя назначат в Члены Политбюро.
– Это невозможно, даже если было бы возможно. Для этого ты сначала должен стать тренером. А чтобы стать тренером, я сначала должен стать Членом. Ты должен знать, что тренеры – это особая каста, отдельная группировка, это не бывшие футболисты, как думают некоторые болельщики. Они сожрут любого бывшего футболиста, даже самого лучшего, на ланч.
– Это что? – спросил Олег Бархатов.
– Считай, что за полдник в пионерлагере. Ну, согласен?
– На что? Я не понял. На заместителя главного тренера в Динамо? Нет. Не получится. И знаете почему? Я думаю, так же, как главный, но только наоборот. Все наоборот.
– Я так и думал. Поэтому. Поэтому есть одно предложение. Находить игроков для команд Высшей Лиги.
– Это, как в Америке, что ли?
– Именно! Ты за это будешь получать деньги. Это эксперимент. И пока он будет длиться, я стану Членом Политбюро, а ты тренером Динамо.
– Почему Динамо? Вы только что говорили, главной командой будет Спартак.
– Ты не сможешь стать тренером Спартака. Там будет категорически запрещена длинная передача. Это показательный клуб.
– Тогда мне, может, вообще уехать из Москвы?
– Куда? В деревню? В деревню, где тоже есть команда Динамо. Понятно. Но оставь этот хохляцкий вариант на крайний случай.
– Сколько я буду получать?
– Как рядовой тренер футбольной команды Высшей Лиги. Плюс за каждого игрока по пятьдесят тысяч в течение года. Если в течение года его не выгонят хотя бы из второго состава, получишь эти деньги полностью. Но двадцать тысяч сразу.
– Уже разработана целая схема? Денег много.
– Не думай, что все они достанутся тебе. Примерно половину придется отдать. У тебя никто не возьмет игрока, если узнают, что ты получишь за него деньги. А вот если поделишься – тогда другое дело.
– Вы думаете, кто-нибудь спросит?
– Нет, не думаю. А обязательно спросит. Более того, спросили бы, даже если бы не было принято официального решения платить футбольным агентам деньги из государственной казны.
– Так и называется: футбольный агент?
– Нет, конечно. Агентами бывают только иностранные шпионы. Просто разъездной тренер при Спортивном Отделе ЦК.
– Значит, в ЦК тоже придется платить?
– Приготовь сразу половину. И то по блату. А так, думаю, меньше семидесяти они не согласятся. Ты знаешь, сколько зарплата у Секретаря?
– Сколько?
– Мало. Останется у тебя немного, но все равно ты будешь чувствовать себя человеком важным. Так как будешь раздавать баблецо.
– Как кассир?
– Ну… как старший кассир. А вообще, можешь считать себя бухгалтером. Вообще, я хотел предложить на Президиуме называть таких, как ты спортивными экономистами.
– Тогда людей, имеющих отношение к футболу, вообще не допустили бы до этой кормушки.
– Вот именно так все и поняли. А нам надо победить кого-нибудь на предстоящем чемпионате мира.
– Кого угодно? – уточнил Олег Бархатов.
– Да, почти все равно. Но только или Германию, или Англию. Как вариант на бронзу, но тоже призовой:
– Бразилию, Уругвай, Аргентину.
– Португалию нельзя? Уже не засчитают? – улыбнулся Олег.
– Может, и засчитают, но премию уже никто не получит. И не только вы, но и мы. Как сказал Шура:
– А иначе мы докатимся до Африки. – А ты сам знаешь, считается, что в Африке нет футбола.
– Почему?
– Почему. Знаешь, как ассирийцы требовали откат? Играли в футбол человеческими головами. Вот ты сколько раз можешь чеканить мяч, пока не коснется земли?
– Да, много. Раз пятьсот.
– Ты был бы там богатым человеком.
– Африка вроде в другом месте.
– Земля слухом полнится. Узнали, и стали бояться игры в круглые предметы. Все думают, что это их отрубленные ассирийцами головы.
– Я что-то вроде не понял, зачем они все-таки отрубали головы? – спросил Олег. – Только потому, что они круглые?
– Скорей всего. Ну, и плюс потому, что тогда футбольных мячей не было.
Олег привез несколько футболистов из разных областей России. И удивительно, но ему заплатили. От двадцати тысяч за каждого привезенного футболиста у него осталось по четыре тысячи. Остальные, он отдавал, как и сказал ему тесть.
– Так действительно лучше, – сказал Бархатов самому себе. – И дело легко делается, и не надо социализм превращать в капитализм. Ведь если всем официально денег дать за содействие в продвижении дела, то это уж будет не социализм.
– По крайней мере, социализм, но с капиталистическим уклоном. А это значит, мираж коммунизма вдалеке будет уже слишком размытым. Практически невидимым, – сказал Григорий Коммунарович. – И знаешь, жить уже как-то неинтересно.
2
Он приехал и сюда, в город, где сыграл всего один матч за команду Марс. Его сразу пригласили в Динамо. В Москву. Команда областного центра Трактор хотела тогда перехватить игрока, забившего в их ворота:
– Три или четыре гола, – как сказал Первый Секретарь Области.
Присутствовавший на матче Представитель Области должен бы был содействовать этому. Он и содействовал, но позвонил и в Москву. Григорию Коммунаровичу, который тогда был Председателем Спорткомитета.
– Тебе нужен настоящий футболист? – спросил он по телефону с телеграфа. Звонить со стадиона не стал. Вдруг прослушают? Скажут:
– Предал, сука, свою область! – А в Москве ведь его никто не ждет с распростертыми объятиями. Конечно, если бы тогда знать, сколько будут давать клубы за этого игрока, можно бы уже тогда выторговать у Григория Коммунаровича место в Центральном Аппарате. Но Григорий Коммунарович не любил промахиваться. Поэтому сразу дал телеграмму своей дочери, которая присутствовала на том знаменательном матче. Чтобы срочно позвонила. И она, Галя, вместе с Таней, дочерью Первого Секретаря города, где проходил матч, пригласили Олега на танцы в парк.
Вот так работали наши предки. Сразу брали быка за рога по двум линиям. По общественной, государственной и личной, семейной. Как говорили:
– За рога и в стойло. – Разумеется, если бык того стоил. Что означало:
– Не только в футболе. – И это было проверено прямо в парке. Благо кустов здесь было много. Сначала он сходил с Галей, москвичкой, а потом и с Таней. Вроде бы, зачем ходить с Таней, если Галя сразу сказала:
– Кажется, он мне подходит. – Она не успела добавить: – Нет, точно, это мой парень. И Таня сказала:
– Ты пока потанцуй тут с кем-нибудь Риориту. Мы сейчас придем, только купим мороженое. – И оказалось, что тоже подходит.
Возвратившись, они обнаружили Галю в обществе местного блатного. Его звали Ворона. Именно Ворона, а не Ворон. И он радостно сообщил Олегу и Тане, что Галя теперь его девушка. Видимо, по заведенной здесь привычке, он тоже захотел купить ей мороженое.
– Мы скоро придем, – сказал он. Галя в замешательстве молчала. Точнее, как понял Олег: испугалась.
– Ну, а че ты недоволен? – спросил Ворона. – Нет, я точно вижу, что ты недоволен, парень. Как тебя зовут?
Меня – Ворона. Слышал? Нет. Это неважно. Вчера я здесь пробил молотком голову Королю Старшему. Нет, ну ты, в натуре, хочешь себе забрать обеих? Так не пойдет. Надо делиться. В общем, так, выбирай из двух одно. Или мы сейчас деремся один на один, или играем в футбол.
– Тоже один на один? – спросил Олег.
– Не, двое на двое. Их поставим в ворота, – Ворона кивнул на девушек.
Танцплощадка была набита битком. Но все отошли к ограждению. Некоторым хватило места на лавочках.
– Маэстро урежь марш! – крикнул Ворона в сторону духового оркестра, находящегося в недосягаемой вышине.
– Подожди, подожди! – сказал Олег. – Давай без них, – он обнял девушек.
– В маленькие ворота? Не, я уже пробовал. Спору много будет. Давай по честной системе. Ты играешь против своего вратаря, а я против своего.