Всего за 399 руб. Купить полную версию
Косматые брови расползлись в стороны, как две разлюбившие друг друга гусеницы. Даже мягкий красный колпак, кажется, загрустил больше обычного.
– Это слишком опасно, – ответил отец, дыша кислым морошковым вином. – И речь не только о медведях… Ночевать придётся под открытым небом. Финляндия – большая страна. В сотне миль к северу отсюда есть деревня под названием Сейпаярви. А за ней – лишь занесённые снегом равнины, скованные льдом озера да схваченные холодом леса. Когда мы доберёмся до Лапландии, вряд ли нам попадётся хоть какая-то еда, не говоря уж о грибах. И путешествие с каждым днём будет становиться тяжелее. Вот почему до сих пор никто не совался на Крайний Север.
Глаза Николаса наполнились слезами, но плакать он не собирался. Вместо этого он уставился на руку отца – ту, на которой не хватало половины пальца.
– Откуда же ты знаешь, что у вас получится?
– Со мной пойдут ещё шесть человек. Сильных, здоровых мужчин, как мне сказали. Шансов на успех у нас ничуть не меньше, чем у других, – и Джоэл улыбнулся знакомой улыбкой, от которой в уголках глаз у него залучились морщинки. – Дело того стоит. Обещаю, экспедиция принесёт нам кучу денег, и нам с тобой больше никогда не придётся есть жидкую грибную похлебку и чёрствый хлеб.
Николас видел, что отца тоже печалит грядущая разлука, и решил не сыпать ему соль на рану. Мальчик знал, что должен быть смелым.
– Я буду скучать папа… Но я понимаю, что ты должен идти.
– Ты – дитя леса, – дрожащим голосом произнёс Джоэл. – Твой дух силён. Но прошу, держись подальше от опасностей. Усмири своё любопытство. В тебе слишком много отваги… Я вернусь к сентябрю, когда погода испортится. И тогда-то мы поедим, как короли! – Он с отвращением взял со стола чёрствую горбушку. – Только представь: сосиски, свежий хлеб с маслом и горы пирогов с черникой!
– И сыр? – пискнул Миика, но его никто не услышал.
Пирог с черникой! У Николаса перехватило дух. Он был так голоден, что лакомством казалась сама мысль о сладких синих ягодах и нежнейшем тесте. Один раз ему удалось отведать черники, и она была довольно вкусной, но все знали, что просто ягода и ягода в пироге – это две большие разницы. Увы, мечты о черничном пироге ненадолго утешили Николаса. Вскоре он снова приуныл. Разумеется, отец, который порой боялся выпускать сына из виду, не оставит его одного.
– А кто за мной присмотрит? – с опаской спросил Николас, уже зная ответ.
– Не переживай! – подбодрил его Джоэл. – Я напишу сестре, и она поживёт с тобой.
Сестре?! Только не это. Ничего хуже и вообразить было нельзя. Мысль о рождественском ужине с тётей Карлоттой пугала Николаса весь год. А теперь ему грозило прожить с ней под одной крышей целых три месяца!
– Нет, – решительно перебил его Джоэл. – Этот мир полон опасностей. А ты ещё ребенок. Вчера мы в этом убедились. Тётя Карлотта – одинокая женщина, она гораздо старше меня. Сейчас она уже совсем старая, ей сорок два! Мало кто доживает до таких лет. И она будет только рада за тобой приглядеть.
Джоэл вперил в сына долгий взгляд и наконец озвучил последнюю плохую новость.
– И мне придётся забрать твои санки. Андерс сказал, что они нам пригодятся. Чтобы везти… припасы. Да и лето на дворе! Снега с гулькин нос, толком и не покатаешься.
Николас кивнул. Ничего другого на ум не шло.
– А у тебя останется твоя кукла из репки. – Джоэл ткнул пальцем в игрушку, которая сидела у кровати Николаса. Вырезанная на репке физиономия была весьма уныла.
– Ага, – сказал Николас. Он всегда считал, что ему досталась отличная кукла-репка.