- Ещё в тысяча восемьсот пятидесятом году умерших хоронили на задних дворах, вдоль дорог и на маленьких кладбищах при церквях. От этих захоронений не осталось никаких следов, но несколько членов ГК, называющих себя гробоищейками, изучили все инвентарные книги округа и нашли сотни имён похороненных, а также установили десятки мест, где были старые кладбища. Большинство церквушек, при которых эти кладбища устраивали, уже разрушились, но какую-то крохотулю размером с гараж на одну машину, зато с величавым шпилем, отыскали. Каменная стена за ней окружает небольшое кладбище, и памятники там тоже маленькие, но на них сохранились имена и даты. Самая старая могила датируется тысяча девятьсот восемнадцатым годом. Однако кладбище совсем заросло и даже охраняется Фондом К. как заповедник. Но ребята из ГК раздобыли разрешение расчистить его и считать историческим памятником. Вот тут-то они и натолкнулись на сюрприз! Там похоронено трое Теккереев! И в ГК полагают, что построили эту церковь Майло и ещё кое-кто из фермеров.
- Хм! - Квиллер на минутку задумался. - Если эту историю хорошенько обыграть, выйдет неплохая статейка для "Всякой всячины". А сам ГК ничего с этим делать не планирует?
- Они считают, что, раз сюда вернулась последняя из рода Теккереев, надо устроить какую-нибудь поминальную церемонию. Как ты думаешь, Тельма пойдёт на это? Ты ведь с ней знаком.
- Ну, она любит всякую рекламу, работающую на неё. У неё теперь есть консультант по пиару, я выясню.
- Тогда мы пока не даём в печать сообщения о найденных теккереевских могилах, а ждём сведений от тебя!
Квиллер ещё раньше обещал Тельме свозить её на ланч в гостиницу "Щелкунчик", соединив это мероприятие с осмотром окрестностей, так что теперь он решил включить в программу ещё посещение Старой Бревенчатой церкви. Когда Торнтон ушёл, он сразу позвонил Тельме, но не успел заикнуться о своём приглашении, как она воскликнула:
- О, заинька, громадное спасибо за то, что вы порекомендовали нам эту чудесную Элизабет Харт! Она приходила сегодня смотреть шляпы и сказала, что прямо рвётся поскорее устроить выставку, так они ей понравились!
- Расскажите мне всё подробно, жажду услышать! Удобно ли вам будет, если я завтра заеду за вами в одиннадцать? Поедем завтракать и любоваться окрестностями.
- Какие туфли лучше надеть? - с готовностью откликнулась Тельма.
С глубоким удовлетворением - "дело сделано" - Квиллер повесил трубку.
Но до конца дня ему предстояли ещё более трудные хлопоты.
Разработанная комитетом "Китти-Кэт" система установления опеки над бездомными котятами хоть и была для Мускаунти новшеством, потихоньку приобретала популярность. Наконец настала пора объявить о ревю "Китти-Кэт", призванном собрать деньги для проекта. Вопрос был в том, где и когда проводить шоу. Выездная сессия для обсуждения этой проблемы должна была состояться во вторник вечером на Приятной улице в особняке Мак-Леодов. Когда Квиллер около половины восьмого направился туда, к дому уже подтягивались живущие по соседству, и большая партия только что прибыла из Индейской Деревни. У входа всех встречала Ханна Мак-Леод, а дядюшка Луи в это время наигрывал на детском пианино мелодии из мюзикла "Кошки".
В доме обитало три поколения этого музыкального семейства, и взгляд повсюду натыкался на фамильные ценности и портреты знаменитых Мак-Леодов - певцов, скрипачей и пианистов.
Новый член семьи, недавно усыновленный Дэнни, со всей учтивостью, на какую способен восьмилетний парнишка, провожал "комитетчиков" в гостиную. Он принёс из столовой несколько стульев, осведомился, не хочет ли кто-нибудь пить, и давал справки насчёт новой системы кошачьей опеки.
- Котят нужно держать при маме-кошке восемь недель… Она должна их кормить и учить, как умываться… Она берёт их за шиворот и бросает в поднос с песком. А ещё она учит их играть.
Когда прибыли последние гости - Бёрджесс Кэмпбелл с Александром, дядюшка Луи заиграл американский гимн и Дэнни попросил всех встать и включиться в пение.
Председателем заседания была Мэвис Адамс, учредитель программы по опеке над котятами, по совместительству - импресарио кошачьего ревю. Она представила двух специально приглашенных гостей: Хикси Райс отвечала за рекламу программы во "Всякой всячине" и списание расходов на ревю по статье "общественные нужды"; а Дуайт Соммерс был консультантом по пиару, и в его обязанности входило представлять действия комитета ревю "Китти-Кэт" как pro bono.
- Мы уже располагаем почти готовой программой, но не можем приступить к репетициям и установить цену на билеты, пока не выяснится, где и когда можно устраивать концерт.
Тут взял слово Бёрджесс Кэмпбелл.
- Могу ли я заявить, что в этом округе достаточно состоятельных граждан, которые охотно поддержат всякое доброе начинание, особенно если оно несёт в себе элемент новизны? Пятьдесят человек недавно согласились уплатить по триста долларов за билеты на дегустацию сыров в вечерних костюмах только потому, что приём проходил в амбаре Квиллера. Полагаю, что обновлённый Дом оперы, будучи новостью номер один, тоже сыграл бы роль приманки.
- А согласится ли наша Тельма уступить нам этот дом на один вечер? - задал вопрос дядюшка Луи. - Она же, говорят, кошек терпеть не может. Что скажет на это мистер Соммерс?
- Она чрезвычайно печётся о своём имидже, - ответил пиарщик. - Я не советовал бы ей прослыть кошконенавистницей в округе, населенном десятком тысяч кошколюбов. Однако я не могу обращаться к ней с просьбой поддержать ревю "Китти-Кэт", поскольку я у неё работаю. Просить её предоставить вам на один вечер здание Дома оперы должны вы. А вот тогда, если она захочет услышать моё мнение по этому поводу - а она захочет, - я вашу просьбу поддержу.
- Квилл с Тельмой накоротке, - заявил Уэзерби Гуд. - Предлагаю включить в протокол, что мы назначаем его главным ходатаем.
- Принято!
- Кто за это предложение? Голосование было единогласным.
- А что представляет собой обновленный Дом оперы? - спросил дядюшка Луи.
- Там примерно сто мест за маленькими круглыми столиками, как в кабаре, - пояснил Дуайт. - На сцене, на заднем плане - большой киноэкран. Имеется бар для продажи напитков. Помещения за сценой очень просторные.
- А как выглядят интерьеры? - спросил кто-то.
Ответить, опять же, мог только Дуайт.
- Всё выдержано в серовато-лиловых тонах, как в приёмной у офтальмолога - не слишком тёмных, но и не слишком светлых. Столики маленькие, круглые, с одной ножкой - типа пьедестала. Кресла вращающиеся, на колесиках, обивка кресел очень уютная.
В комнате поднялся шум, и Мэвис вынуждена была постучать, призывая к порядку; она попросила дядюшку Луи рассказать об утверждённой программе ревю.
- Ну, кроме музыкальных номеров и чтения юмористических отрывков, будет выступать школьный кружок импровизированного танца вместе с акробатической группой, все в костюмах кошек и при хвостах. Дети уже побывали во многих кошачьих приютах и научились языком танца изображать игры котят.
Тут попросила слова Хикси Райс.
- Хотела бы предложить воодушевляющий финал программы: пусть по сцене пройдёт процессия именитых граждан со своими питомцами! Мэр, школьный инспектор, директор публичной библиотеки, журналисты и, конечно, наш глубокоуважаемый метеоролог.
Раздались одобрительные выкрики, Уэзерби Гуд встал и поклонился.
- Я знаю, где можно заказать украшенные стразами поводки и ошейники для торжественного шествия, - продолжала Хикси. - Их берутся доставить на другой день после заказа.
- Можно мне несколько слов? - произнёс властный голос.
Все повернули головы. Квиллер был значительной личностью не только сам по себе - колонка во "Всякой всячине" сделала журналиста непререкаемым авторитетом по кошачьим вопросам.
- Кошка способна гулять на поводке в парке, - заявил он, - там она может останавливаться, чтобы обнюхивать незнакомые предметы, или гоняться за кружащими листьями. Но способна ли она пройти по прямой линии с одного края сцены к другому на глазах у сотни незнакомых зрителей?
Все обратили взгляды на Хикси.
- Если они не смогут идти сами, их можно нести или катить в каких-нибудь повозках. Кроме того, им можно заранее дать безопасное, настоянное на травах успокоительное, как делают в театре, когда кошки участвуют в представлениях. Это лекарство утихомиривает.
- Кого? Актеров или кошек? - съязвил Уэзерби Гуд.
- Мы вернёмся к этому вопросу ближе к делу, - сказала Мэвис.
- Всё теперь зависит от того, сумеет ли кот Квиллера научить его, как уломать Тельму, - заявил дядюшка Луи.
- Верно! Верно! - раздался хор голосов, и заседание закончилось.
Дома Коко предавался своему любимому занятию - скакал, подражая кузнечику.
- Ну что, у тебя уши не горели? - поинтересовался Квиллер. - Как тебе понравится поводок со стразами?
Ответа он не дождался. Кот просигналил, что на автоответчике есть сообщение, как оказалось, от Буши: "Ты не прочь заработать лишнюю сотню? В четверг утром. Звякни мне".
Квиллер тут же позвонил.
- Что надо делать?
- Выступить ассистентом фотографа. Опыт не требуется. Задание простое. Оплата низкая. Мне надо сфотографировать двадцать четыре Тельмины шляпы, и если кто-нибудь мне посветит, это ускорит дело.
- А у тебя нет…
- Честно говоря, дело не в этом, - перебил его Буши. - Боюсь, что обе дамочки не будут давать мне покоя, а ты сможешь их дипломатично выставить.
- О'кей. Мой гонорар перечислишь на благотворительные цели. Не хочется связываться с налоговой инспекцией.