- А калифорнийский десант ещё не высадился? - спросил Квиллер как бы между прочим.
- Ожидается вечером, - сказал Бёрджесс. - Моя экономка, миссис Ричарде, то и дело наведывается туда с кофе и булочками, под предлогом, что мы, мол, соседи. А на самом деле мы с ней просто сгораем от любопытства. Фургон с вещами прибыл в понедельник. С тех пор помощники Фран вкалывали сутки напролёт, распаковывая и расставляя всё по местам. Дом выглядит так, будто в нём живут уже несколько недель.
- Один вопрос… - Квиллер выдержал паузу. - Вы что-нибудь знаете о семействе Теккерей?
- Ещё бы! - не замедлил с ответом Бёрджесс. - Отец Тельмы был фермером, выращивал картофель, а капитал сколотил во время "сухого закона". Её брат стал ветеринаром, он был приверженцем холистической медицины, а его клиника - Лечебница Теккерея - считалась лучшей в наших краях. Я регулярно водил туда Александра на обследование. Доктор Торстон очень любил животных, а они дождаться не могли, когда снова попадут к нему. Это был крепкий, здоровый мужчина, он много времени проводил на воздухе и прожил бы ещё с десяток лет, не меньше. А смерть нашёл, когда в одиночестве бродил в ущелье по берегу ручья Блэк-Крик. Трагично. Но вот что неприятно: потом пошли грязные слухи, предпочитаю их не повторять.
Со двора донёсся сигнал автомобиля, и Квиллер пошёл провожать гостей.
- Да, ещё один вопрос, Бёрджесс, - спохватился Квиллер. - Фран говорит, что приём будет только для взрослых…
- Да, да! Для детей, а их шестеро - от семи до десяти лет, - праздник устраивают в доме у Адамсов. Смотреть за ними будут две дочки Мэвис, тинейджеры. Они привыкли возиться с малышами. От них я узнал, что подготовлены игры с призами, ребятам покажут какой-то фильм Диснея, а может быть, даже два. Будет музыка в стиле шестидесятых. И угощение - четыре сорта пиццы и сандвичи "Сделай сам"… Девочки Адамс очень организованные и ответственные… Да, чуть не забыл, обещают, что все получат подарки. И ещё: детей ждёт шоколадное печенье с орехами.
- Звучит заманчивее, чем приём с шампанским, - вздохнул Квиллер.
Александр мягко подтолкнул Бёрджесса к дверце машины, и гости уехали.
Вечером следующего дня Квиллер и Полли собирались поужинать в названном по-новому и по-новому же обставленном ресторане "Старая мельница". Полли в таких случаях уделяла своему наряду особое внимание и специально позвонила в ресторан, чтобы узнать, в каких цветах решён интерьер. Оказалось, в зелёном - цвете нефрита. Значит, она наденет серо-розовый костюм.
Об этом важном решении она доложила Квиллеру по телефону во время их вечернего разговора.
Квиллер как раз обдумывал свою очередную статью для "Всякой всячины" и по странному совпадению собирался посвятить её зеленому цвету. Квиллер хвастался, что о любом существительном или прилагательном может написать тысячу слов. На этот раз выбор пал на слово "зелёный". Но для начала Квиллер просто записал кое-какие соображения:
1. Этот цвет - четвёртый по счёту в радужном спектре. Почему он больше на слуху, чем другие цвета?
2. Зелёный свет светофора обещает безопасность.
3. Почему в одежде и в доме предпочитают синий и голубой тона? Почему не выпускают зелёные джинсы?
4. Почему Санта-Клаус ходит в красном, а не в зелёном?
5. Почему крутые подростки красят волосы в зелёный цвет?
6. Зелень деревьев поглощает из воздуха вредные вещества.
7. "Зелёный" рифмуется с "неучёным". Никто не любит, когда ему говорят: "Зелен ты ещё". Недаром в песне поется: "Ведь нам, зелёным, трудно жить".
8. Есть зелёные аллигаторы, зелёные змеи, зелёные кузнечики. Почему нет ни одного животного с зелёным мехом?
9. Почему деньги называют "зеленью"?
- Йау! - раздался раздраженный вопль. Сиамцы спешили напомнить, что уже одиннадцать часов и пора подкрепиться перед сном.
Глава седьмая
Одеваясь для ужина в "Старой мельнице", Квиллер выбрал светлые оливковые брюки, оливковую рубашку чуть более светлого тона и бежевый блейзер. Он специально зашёл в шотландский магазин мужской одежды и купил там оливковый галстук с узором цвета беж. Его внимание к сочетаемости цветов забавляло Арчи Райкера, который хорошо помнил, каким неряхой Квиллер слыл раньше. Теперь Квиллеру приходилось угождать Полли и производить впечатление на толпу поклонников; к тому же с некоторых пор у него водились денежки, и он мог их свободно тратить.
По дороге к "Мельнице" они с Полли обсуждали новый проект, касающийся защиты животных, над которым началась работа в Мускаунти. Застрельщицей проекта, получившего название "Китти-Кэт", была адвокат Мэвис Адамс.
- Цель состоит в том, - объясняла Полли, - чтобы люди перестали умерщвлять нежелательных котят. Предполагается устроить шоу, чтобы собрать побольше денег в пользу проекта.
- Мэвис присылает во "Всячину" весьма дельные письма, - заметил Квиллер.
- Кстати, она живёт на Приятной улице.
- Интересно, как Тельма впишется в такое окружение…
- А знаешь, кто приходил сегодня ко мне в кабинет? Помощница Тельмы Теккерей! Сначала она оформила библиотечные абонементы на них обеих, а потом заглянула ко мне с занятным предложением. Ну и чтобы представиться. Одета консервативно, разговаривала мягко, очень милая, лет сорока. И по-моему, беззаветно предана своей хозяйке.
- А что она предложила?
- Видишь ли, оказывается, у Тельмы целая коллекция фотографий старых голливудских звёзд с их автографами. И Тельма готова одолжить их нам, чтобы устроить выставку. Я заверила её помощницу, что для таких случаев у нас имеются запирающиеся витрины. Представляешь, что это за фотографии! Кларк Гейбл, Мэй Уэст, Джон Уэйн, Джоан Кроуфорд… Здорово, правда?
- Наверно, раз ты так считаешь, - без особого воодушевления отозвался Квиллер.
- Там даже есть надписанная фотография Хедды Хоппер с обложки журнала "Тайм" - в шляпке, сварганенной из пишущей машинки, микрофона и рукописи.
Ответить Квиллер не успел - они уже подъехали ко входу в ресторан.
- Ладно, расскажешь мне потом, - сказал он.
Это была всё та же древняя каменная мельница, но её интерьер, напоминающий пещеру, декорированную деревянными балками, теперь выглядел гораздо живее благодаря тщательно подобранной цветовой гамме: столики накрыли скатертями цвета светлого нефрита, на полу лежал ковёр более тёмного зелёного оттенка. На стенах из грубого камня были развешаны сельскохозяйственные орудия девятнадцатого века.
В холле Квиллера и Полли приветствовала Элизабет Харт, одна из трёх владелиц ресторана. На ней был шёлковый костюм китайского кули, тоже зелёного цвета. Над стойкой метрдотеля, словно башня, возвышался в полный рост - шесть футов восемь дюймов - Дерек Каттлбринк. Он проводил гостей к заказанному столику, над которым висела смертельно опасная на вид коса.
- Надеюсь, эта штука закреплена надёжно? - спросил Квиллер.
- Ты же сам вложил целое состояние в старинное фермерское оборудование, - напомнила Полли.
- Между нами говоря, - понизил голос Дерек, - только не ссылайтесь на меня, Лиз раздобыла все эти штуки в Голливуде, они из какого-то фильма. - И добавил: - Один сухой херес и один коктейль Квиллера? Правильно?
За столики быстро рассаживались посетители, радуясь, что ресторан снова открыт. Меню было новое, интригующее. Полли заказала три блюда, попросив принести маленькие порции: грибной суп-пюре, краб под острым соусом в "раковине" и кукурузный салат. Квиллер выбрал куриный суп с овощами, устрицы Рокфеллера, жаркое из креветок, омаров и говядины и не стал заказывать салат.
- Будь здесь Милдред, она бы заставила тебя сжевать какие-нибудь зелёные листья, - заметила Полли.
Внезапно в зале воцарилась тишина. Все взоры устремились к входным дверям.
Обслуживавшая Квиллера и Полли молодая официантка воскликнула:
- Это же ОНА! - и бросилась на кухню.
Полли, которая сидела лицом ко входу и видела, что происходит, принялась комментировать:
- Вошли трое… У Тельмы командирский вид… С ней помощница, та, что приходила в библиотеку… С ними мужчина… Все таращатся на них, выпучив глаза.
Тишина сменилась взволнованным говором.
- Тельма в жемчужно-сером костюме, - продолжала Полли, - в маленькой шляпке того же цвета, на отвороте жакета брошь, усыпанная драгоценными камнями… Заказывает что-то… Пьют шампанское… Мужчине около сорока. Не это ли её единственный родственник?
- По-моему, дом, который она купила, как раз тот, что когда-то достался тебе в наследство, - один из лучших на Приятной улице, - сказал Квиллер.
- Так и есть. И мне ужасно хотелось оставить его себе и жить в нём. Но я рада, дорогой, что ты отговорил меня. Сколько было бы хлопот с такой огромной недвижимостью, да ещё моя работа… Но люди, живущие на Приятной улице, такие доброжелательные. По-моему, её название оказывает на них какое-то терапевтическое действие. Кэмпбеллы никогда не меняли название этого участка своей земли. И вся Приятная улица похожа на маленькое герцогство. Ты слышал, что его жители величают Бёрджесса "герцогом"?
На десерт Полли заказала себе шербет и без всякой зависти наблюдала за тем, как Квиллер уплетает огромную порцию хлебного пудинга с приправой из сливочного масла и жжёного сахара.