По правде сказать, я была польщена: он принял меня за француженку! У парижанок, слов нет, особый шарм!
Красивых открыток мне пока не попалось. Ни одной!
Целую, Полли
P. S. Что особенно забавно: на мне был мой голубой габардиновый плащ и шляпа от Ланспиков.
Утром в среду для обсуждения текущих дел в амбар прибыл Дж. Аллен Бартер. Он насвистывал мотивчик "Memory" из мюзикла "Кошки".
- Нет-нет, ничего не говори. Неужели ты поешь партию Гризабеллы в "Кошках"? Мне думалось, ты скорее принадлежишь к типу Рам-Там-Таггеров.
- Не виновен! Мы с женой взяли нашего старшего на репетицию. И видели там тебя, но среди певших не заметили. Что, не хватает пороху?
Когда взаимное подшучивание-подкусывание кончилось, мужчины проследовали в помещение для совещаний, эскортируемые двумя радостно размахивавшими хвостами сиамцами.
- Скажи, - начал Квиллер, - округу все ещё требуется координатор общественных мероприятий?
Если раньше в Мускаунти были только зал для заседаний и спортивная площадка, то теперь благодаря завещаниям семей первопроходцев, которые отписывали округу свои состояния, появилась возможность создать Музыкальный центр и Клуб здоровья ветеранов, открыть два музея. И хотя передачей собственности ведала адвокатская контора "Хасселрич, Баннет-Баннет энд Аллен", горожане тоже могли контролировать происходящее.
- Дейзи Бэбкок, - говорил Квиллер Барту, - наделена умом и творческими способностями для ведения таких дел. Кроме того, у неё есть соответствующие навыки. Советую позвонить ей и пригласить на собеседование. Фонд К. её кандидатуру поддержит.
- А что об этом думает Коко? - шутливо поинтересовался Барт.
- Он-то как раз мне и присоветовал.
Как всегда, без конца балагуря и потягивая кофе, они приступили к серьёзным делам: приняли несколько важных решений, подписали документы. После чего Квиллер раскрыл свой план.
- Как отнесся бы Фонд К. к небольшому совместному мероприятию двух округов? То есть к организации выставки, которая будет тесно связана и с Локмастером, и с Мускаунти? Обычно мы только соперничаем и даже враждуем. - Выдержав паузу, чтобы подогреть любопытство Барта, он продолжил: - Думаю, ты помнишь, как оба наши округа были связаны историей одной семьи. Тельма Теккерей сделала карьеру в Голливуде; Торстон Теккерей оставил по себе добрую память, создав прекрасную ветеринарную клинику для лошадей и собак Локмастера. Уход из жизни этих двух чудесных людей горько оплакивали, но из-за сомнительных обстоятельств их кончины им не отдали должные почести.
Тут он сделал паузу и перевёл дыхание, а его слушатель с интересом ждал продолжения.
- Наша деятельность сосредоточится вокруг книжного магазина Пикакса и локмастерской библиотеки; появятся статьи в газетах, люди начнут делиться воспоминаниями. Отец близнецов похоронен на холме; на могиле простая надпись: "Майло, фермер, который выращивал картофель". Многие считают, что он был бутлеггером, приторговывал контрабандным спиртным.
- Превосходная мысль! - воскликнул Барт. - Любому начинанию, которое направит два округа по одному пути, в Чикаго дадут "добро".
- Мы начнём с фотовыставки, которую покажем и тут, и там. Исследования, отклики в газетах, обсуждения и так далее - это все позднее. Всем захочется проявить себя с лучшей стороны.
Вечером Квиллеру неожиданно позвонил Джад Амхёрст.
- Знаете, сегодня прибыли витрины для выставок! Полли уже много недель - нет, месяцев! - их ждала. И вот надо же, не успела она уехать, как они прибыли!
Дело было в следующем: проектировщик книжного магазина отвёл специальное место для проведёния различных выставок.
- У нас была уйма идей, но, может, вы хотели бы что-нибудь предложить. И насчёт витрин тоже. Они действительно очень симпатичные.
- Замечательно. Я заеду в магазин завтра.
Квиллер был желанным посетителем "Сундука пирата", и не только потому, что всегда приносил коробку с "вкусненьким" из "Бабусиной сластены".
Уже ночью Квиллер записал в своём дневнике:
Мускаунти на подъёме, дни заполнены хлопотами: новые идеи, новые начинания, новые люди. А по кофейням прежние разговоры. Частенько они далеки от реальной жизни, зато всегда наводят на мысль. А лучшее место для того, чтобы "услышать глас народа", - закусочная "У Луизы": воистину здесь собираются самые знающие сплетники! Вся штука в том, чтобы слушать, не давая втянуть себя в разговор. Если умники и всезнайки занимают места за столиками, я предпочитаю сидеть у стойки, спиною к "шумной толпе", якобы просматривая сегодняшние газеты, а на самом деле внимательно следя за беседой. Хорошая идея, но, увы, не всегда срабатывает. Заполнявшие зал - продавцы, водители, фермеры - всегда замечали меня и засыпали вопросами: "А что вы на этот счёт думаете? Надо этого жулика гнать взашей? Обворовал он наших слепых? И как только его выбрали?!" Невозможно бывает отмолчаться, хотя все, чего я хочу после того, как покончу с репортажем или настоюсь в очереди в банке да набегаюсь по редакции, - так это чашка кофе и несколько минут покоя. Однажды вместо "Всякой всячины" я прихватил с собой нью-йоркскую газету. Я сидел за стойкой и читал спиной к галдевшему залу… и ни один человек меня не побеспокоил! С тех пор всякий раз, когда я там сидел, сунув нос в "Таймс" или "Джорнал", никто ко мне не приставал.
Двенадцать
В четверг интересная женщина средних лет с причёской из рыжевато-каштановых волос ехала из Локмастера в Пикакс, где свернула с большой дороги в проезд, называемый Маркони, между Публичной библиотекой и зданием Мастерской искусств. Проезд этот - вернее, просека - тянулся через лесной массив, в конце которого открывался сногсшибательный вид.
Перед вами внезапно возникал амбар - в четыре этажа высотой, восьмиугольный, построенный из полевого шпата и обшитый дранкой, а в маленьком цокольном оконце кружились две шальные кошки.
Квиллер вышел навстречу гостье:
- Добро пожаловать в мой амбар, Вивиан.
- Разрешите вопрос? Почему эта улочка носит имя итальянского изобретателя беспроволочного телеграфа?
- Она носит имя живущей в этом лесу совы, которая ухает азбукой Морзе… Милости прошу! Входите и познакомьтесь с Коко и Юм-Юм.
Немного погодя, совсем освоившись, гостья сказала:
- У нас - в нашем Литклубе - всё ещё восторгаются лекцией, которую вы прочли о книге Стивена Миллера "Беседы по истории исчезающего искусства"… Кип считает, что вы принадлежите Локмастеру.
- Благодарю за комплимент, - поблагодарил Квиллер.
- Могу я спросить, что привело вас в Мускаунти?
- Наследство, а потом я переоборудовал амбар и уже не смог с ним расстаться. Сейчас я вам все покажу. Его интерьер - последняя работа очень талантливого дизайнера. Я считаю для себя делом чести сохранить его работу. Акустика в амбаре - фантастическая. Второй такой не найти.
Они вошли, и гостья залюбовалась широкими просторами, пандусами и лестницами, вьющимися по внутренним стенам, открывавшимися с балконов видами, - и все это время сиамцы, словно нанятые стражи, следовали за ней по пятам.
- Вы им понравились! - констатировал довольный хозяин. - У вас есть кошка?
- В библиотеке живёт один из Мойриных "джемовых" котов - сотрудники назвали его Регги, - и у меня дома есть властолюбивый сиамец по имени Цезарь.
- И как вы, две сильные личности, уживаетесь друг с другом?
- Я предоставляю ему полную свободу. Он поступает, как ему вздумается, а я - как вздумается мне.
В ожидании, когда посыльный доставит заказанный ланч, они прошли в беседку выпить аперитив. По дороге в вестибюле она наткнулась на его "Лунный свет".
- Совершаете велосипедные прогулки по окрестностям? - полюбопытствовала она.
- Крайне редко. А вы?
- После колледжа - уж нет. Незабываемые дни! Особенно на Британских островах.
Она долго восторгалась беседкой, затянутой сеткой со всех восьми сторон, и, будучи наслышана о воде "Скуунк", захотела её попробовать. Квиллер рекомендовал напиток, созданный им самим, - "Безумие Мускаунти", состоящий из воды "Скуунк" и клюквенного сока.