Всего за 480 руб. Купить полную версию
Таким образом, предметом судебной этики охватывается деятельность судей, прокуроров, защитников, следователей и дознавателей.
Г.Ф. Горский считал, что судебная этика должна включать в себя также этику исправительной деятельности, этику воспитателей исправительных учреждений. Здесь возможно снова согласиться с В.В. Леоненко, что «безусловно, деятельность работников исправительных учреждений связана с осуществлением некоторых конечных задач правосудия. Однако, если учесть, что эта деятельность строго регламентируется исправительным правом, что реализация общеморальных требований в воспитательной работе с правонарушителями имеет свою специфику, то исправительная этика с полным правом может рассматриваться как самостоятельный вид профессиональной юридической этики».36
Некоторыми учеными процессуалистами в предмет судебной этики включается и деятельность судебного эксперта. Например, Ю.Д. Лившиц и А.В. Кудрявцева отмечают: «Работа любого эксперта всегда теснейшим образом связана с деятельностью судебно-следственных органов…Деятельность судебных экспертов регламентируется теми же законодательными актами, что и деятельность судей, прокуроров, следователей, адвокатов: уголовно-процессуальными и гражданскопроцессуальными кодексами. Отступление от требований закона и нравственности равно недопустимо как со стороны следователя, судьи, так и со стороны судебного эксперта. Заключения эксперта во многом определяют дальнейший ход уголовного и гражданского дела, влияют на судьбы людей. Поэтому все участники процесса должны быть убеждены не только в высокой профессиональной квалификации эксперта, но и в его моральной стойкости. Малейшее сомнение в безупречности нравственного облика эксперта делает его заключение сомнительным, не имеющим доказательственное значение».37
Хотелось бы отметить, что не следует считать судебную этику прерогативой лишь уголовного судопроизводства, она охватывает и гражданское и арбитражное судопроизводство.
Представляется невозможным согласиться c тем, что содержание судебной этики сводиться к общеморальным нормам, применяемым в специфических условиях осуществления правосудия. В сфере судопроизводства существуют правила, которые характерны только для него и не являются общеморальными (например, институт свидетельского иммунитета). Это не означает, что общую мораль необходимо противопоставлять профессиональной. Одно не исключает другого, и не означает, что, допустим, следователь не должен соблюдать каких-то общеустановленных правил. Деятельность в сфере уголовного судопроизводства характеризуется повышенной ответственностью лица ее осуществляющего, и поэтому помимо общих норм нравственности, должны соблюдаться и специфические требования.
Таким образом можно дать следующие определения судебной этики:
1) в широком смысле – это наука, предметом изучения которой являются следующие элементы: нравственные требования, предъявляемые к лицам, профессиональным участникам судопроизводства; нравственные принципы, которыми они должны руководствовать при осуществлении своих профессиональных обязанностей; нравственные начала правовых (прежде всего процессуальных) норм, регулирующих их деятельность.
2) в узком смысле – это совокупность общеморальных и специфических норм, правил, идеалов, которым должна соответствовать служебная и внеслужебная деятельность профессиональных участников уголовного, гражданского и арбитражного судопроизводства.
1.4 Нравственные начала уголовного судопроизводства: история развития, значение
Ст. 2 Конституции РФ провозглашает права и свободы личности высшей ценностью государства, закрепив, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства. Таким образом, вся российская правовая система получила новое приоритетное направление, призванное обеспечить, прежде всего, защиту прав граждан в ходе реализации различных правоотношений. Если Российская Федерация претендует на звание правового и демократического государства, то в связи с этим грядут новые проблемы социально-нравственного характера, которые требуют своего практического разрешения. Проф. А. П. Гуськова по этому поводу пишет: «Построение правового демократического государства в нашей стране и решение связанных с этим задач обновления всех сфер жизнедеятельности общества настоятельно выдвигают в числе кардинальных проблем проблему использования нравственно-правовых средств при реализации прав человека»38.
Для обеспечения прав и свобод человека и гражданина необходима совокупность множества условий, и прежде всего, соблюдение субъектами, наделенными властными полномочиями, норм закона. Особенно необходимо обратить внимание на уголовно-процессуальные отношения, поскольку именно в результате осуществления процессуальной деятельности участниками уголовного судопроизводства возможны существенные ограничения прав и свобод. Как подчеркивает А. П. Гуськова, совокупностью права и морали необходимо обеспечить должное поведение субъектов уголовно-процессуальных отношений, т. к. «Во-первых, орган государства – конкретно должностные лица: судья, прокурор, следователь, дознаватель – наделены властными полномочиями и при наличии указанных в законе юридических фактов применяют в отношении граждан процессуальное принуждение. Во-вторых, эти решения имеют обязательную силу и касаются личности любого участника процесса, кто бы не участвовал в рамках уголовно-процессуальных отношений, и в первую очередь личности обвиняемого. В-третьих, исключительно в рамках указанных отношений реализуются процессуальные права и других участников процесса, которые к тому же несут и определенные обязанности. И, наконец, в-четвертых, именно эти отношения предопределяют ход уголовно-процессуальной деятельности по возбуждению, расследованию, судебному разбирательству и разрешению уголовных дел».39
Мораль в области уголовного судопроизводства играет роль дополнительной гарантии четкого, точного и неуклонного выполнения правовых норм. В этом проявляется ее гарантирующая роль, или, иначе, функция моральной гарантии, дополняющей гарантии правовые. Соединение требований права и морали должно препятствовать проявлению предвзятости, тенденциозного подхода при проведении дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства, волокиты, черствости, безразличия к судьбе людей, формальному отношению к их обращениям, жалобам.40
Нравственность, т.е. совокупность нравственных норм, требований и принципов, которые основаны на представлениях о добре и зле, правом и не правом, справедливом и несправедливом и которыми люди руководствуются в своем повседневном поведении, в сфере уголовного процесса проявляется через три ее основных элемента, связанных с расследованием преступлений и разрешением уголовных дел по существу: 1) нравственное сознание; 2) нравственную деятельность; 3) нравственные отношения.
Нравственное сознание, которое в философском понимании представляет собой субъективную сторону нравственности, побуждает участников уголовного процесса к выбору таких поступков, которые в обществе признаются нравственными. Одним из видов нравственного сознания, имеющих для уголовнопроцессуальной деятельности особое значение, является чувство долга, которое, выступая одновременно как моральное и правовое требование, служит важнейшим регулятором в уголовно-процессуальных отношениях. В сфере расследования преступлений чувство долга применительно к большинству участников уголовного процесса связывается с правовой категорией процессуальной обязанности, выполнение которой обеспечивается мерами юридической ответственности, вплоть до уголовной, в случае ее неисполнения или недобросовестного исполнения. Однако названные правообеспечивающие формы рассматриваемого вида нравственного сознания неприменимы к лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, поскольку нельзя признать морально оправданным возложение на него обязанности (долга) доказывать свою невиновность. Нравственное сознание в данном случае необходимо связывать с такими категориями, как совесть, раскаяние и самоосуждение, которые следует стимулировать, развивать и поощрять. Этим целям отвечают, в частности, юридические положения о закреплении деятельного раскаяния в качестве основания освобождения от уголовной ответственности.