Всего за 249.9 руб. Купить полную версию
Тогда ведь выбрасывалось все то, что нынче продают в антикварных магазинах, жестяные коробки из-под конфет, утюги, зонтики, веера, альбомы. Людям казалось, что это просто старый хлам, а я был тут как тут подбирал, чистил, реставрировал. В то время можно даже было найти на помойке гарнитур из карельской березы. Все выбрасывали или жгли, потому что в русском человеке спрятана страшная генетическая сила разрушения. Мы всегда готовы сломать храм, а потом, даст Бог, отстроить его заново. Большевики многое испортили, но вы вспомните, сколько усадеб было сожжено крестьянами еще в царское время только потому, что все это было чужое, чуждое Вместо того чтоб хотя бы украсть и иметь, жгли книги, дырявили картины, рубили мебель
Мне было пятнадцать лет, когда обо мне сняли документальные фильмы для болгарского телевидения о странном мальчике, который собирает старинные вещи в Москве. Все считали удивительным, что я хожу по Москве в цилиндре, перчатках и с тросточкой, собираю старинные фотографии, вышивки, бисерные кошельки, мебель из карельской березы.
Впоследствии мое увлечение развилось в большую страсть. Меня спонсировали родители, которые были очень щедры к моей страсти. В советскую эпоху папа дважды дарил мне по пять тысяч рублей, что составляло сумму двух дач. Я мог покупать все, что хотел, и потратил все деньги на антиквариат. Собрал все чеки и предоставил отцу отчет. Он был рад! Так зародилась моя коллекция.