Всего за 4.95 руб. Купить полную версию
Правда, свиньи тоже яблоки охотно едят. Но свиньи испокон веков по яблоням не лазили и летать не умели.
И решил Иван-царевич всю ночь на дереве провести. И еще он большой сачок с собой взял для куриной ловли.
Ночь пришла, влез он на дерево и замер.
Сидеть неудобно, ветки его режут, листья щекочут, а он не шелохнется. Так полночи просидел.
И дождался. Послышался свист и звон серебряный. Свет по саду разлился, и чудо-птица прилетела. Перья золотые, глаза как восточный хрусталь.
Приготовился он, хотел ее сачком зацепить… Да ноги и руки у него затекли — не пошевелить. Как каменные. Сачком он только по воздуху провел. Сам с дерева упал. Едва успел он второй рукой птицу за хвост ухватить.
Закричала птица благим матом, как двести испуганных куриц одновременно, и скрылась в ночном небе. Одно только перо у него в руках и осталось. Зато перо красоты невиданной. Всеми цветами переливается. Читать при его свете можно, если ты грамотный.
Едва во дворце рассвело, Иван-царевич к батюшке отправился.
— Вот, смотри, батюшка, какую я птицу чуть не поймал. Сама с вершок. А света дает мешок.
И перо отцу показывает. Братья ему не верят. Данила говорит:
— Да разве ж это свет от него, от пера этого? Это свет от солнца идет. А на солнце и куриное перо светится.
— Это перо павлинье, — говорит старший Петр. — У нас их на базаре турки по десять штук на рубль продают.
— А давайте зайдем в чулан, — молвит Иван-царевич. — Там все и увидим.
Забрались царь и царевичи в чулан всей семьей. И вправду, невиданный свет от пера идет. Даже читать при таком свете можно. Если кто читать обучен. Но братья и тут нашли что сказать.
— Эх, везет дураку! — говорит Петр. — Да если бы такая птица в мое дежурство прилетела, я бы ее не упустил.
— А я бы и пару таких поймал, — хвалился Данила. — Только вот не нам, а дуракам счастье.
Царь-папа их одернул:
— Нечего на брата дуться, коли птицу прозевали. Вот я еще узнаю, что вы там ночью в саду делали. Не иначе как дрыхли всю ночь. А сейчас из себя героев корчите.
Он вставил это перо в оправу золоченую и поставил в своем кабинете как самую дорогую вещь. И все время ею любовался, особенно по вечерам, когда перо светиться начинало.
Но вот пришло время, царь Выслав-Берендей опять своих детей беспокоит. Вызвал он к себе Петра и Данилу и говорит:
— Дети мои любезные! Вот вам задание. Поезжайте вы во все четыре стороны и привезите мне эту птицу живую! Кто мне эту птицу привезет, тому при жизни полцарства своего отдам.
Им бы дуракам обрадоваться да скорее в путь. А они на Ивана-царевича злобу затаили. Ведь им хорошо жилось. Все у них было. Тут тебе и кухня вкусная, и народ интересный при кухне, бабенки разные. И кони у них хорошие, добрые. И сокола охотничьи.
Так нет, теперь надевай доспехи военные, садись на коня боевого костлявого и скачи неизвестно куда, ешь неизвестно что (картошку вареную без масла), спи неизвестно где (в чистом поле без одеяла) и без птицы этой дребезжащей к царю-папе не возвращайся (отец тебя неспособным сочтет и ни за что тебе трон не отдаст).
Но делать нечего, взяли они у отца благословение и поехали двое отыскивать жар-птицу. А как быть? Время было старинное, тяжелое для детей. Что родители повелят, то и будешь делать. А не то враз без вкусной еды и без крыши над головой останешься. Вытолкает тебя любимый царь-папа взашей из дворца, и пойдешь ты в соседнее царство бедствовать да улицы подметать. Да, было ВРЕМЯ в энто ВРЕМЯ!
Но если эти двое ехать не хотели, то Иван-царевич сам стал напрашиваться:
— Пусти меня, царь-батюшка-родитель, своего счастья попытать. Дай мне твое благословение.
А царь-батюшка-родитель не соглашался. Он так молвил:
— Нет уж. Ты еще молод и к дальнему пути непривычен.