Давайте, за встречу
Солдату штрафную!
Артур осмотрелся Какие-то незнакомые люди. Для чего они здесь собрались?
Уйдем отсюда, шепнул он Вике.
Они вышли на улицу. В морозном воздухе кружились снежинки.
По какому поводу гулянье? спросил Артур.
У моей знакомой ты ее не знаешь парень вернулся. Они тоже два года не виделись Надо было отметить событие. У нее никак: комнатка маленькая в коммуналке и мама больная. Вот я их и пустила.
А где он служил?
Он не служил, он сидел
Вот как? Артур остановился. Не боишься, что когда вернешься, одни стены останутся?
Он же не вор. Вика улыбнулась. Просто не повезло. Случайно сбил человека, на машине.
Они медленно шли по заснеженному тротуару. Вика держала его под руку.
Как долго я тебя ждала смущаясь, сказала она и прижалась щекой к его плечу.
Ничего ответил Артур. Зато теперь мы всегда будем вместе.
Долго гуляли они по тихим вечерним улицам. Целовались, говорили о чем-то, снова целовались. И во всем городе не было никого счастливее их
А потом наступил Новый год. Встречать его решили на квартире у Вики. Она жила одна, без родителей. Воспитывала ее бабушка, которая имела свой угол и в дела взрослой внучки не вмешивалась.
Утром, тридцать первого, Артур съездил за город, привез большую пушистую елку. Когда деревце оттаяло и расправило скованные снегом и льдом ветки, Вика достала из шкафа коробку с елочными украшениями.
Вдыхая запах свежей хвои, Артур развешивал стеклянные игрушки и украдкой посматривал на Вику. Она стояла возле разрисованного морозными узорами окна и, задумавшись, смотрела на улицу. Внезапно солнечный луч пробился сквозь тучи. Комната вмиг стала нежно-розовой. Слабый отсвет упал на ее лицо. В этом волшебном сиянии Вика показалась ему божественно-прекрасной. Черты ее были настолько совершенны, что у Артура перехватило дыхание.
День прошел в предпраздничных хлопотах. Дважды Сибирцев ходил в магазин, чистил картошку, открывал всевозможные банки. Потом подошли Викины подруги и оставили его без работы. Ближе к полуночи стали собираться гости: в основном молодые пары, еще не связанные узами супружества. Все здесь знали друг друга, поэтому легко общались между собой.
Вика встречала гостей в длинном черном платье с блестками.
Ударили куранты В разных концах стола захлопало пробками шампанское. Под визг и крики разлили пенящийся напиток в бокалы, выпили стоя.
С Новым годом! сказал Артур, чокаясь с Викой.
С новым счастьем! ответила она и улыбнулась. В ее зрачках отражались огоньки елочных гирлянд.
По мере того, как на столе уменьшалось количество закуски, разговоры становились все более оживленными. Кому-то захотелось танцевать. Включили музыку, задвигали стульями.
Внимание! выкрикнул дипломированный массовик-затейник Грачев, уже изрядно подогретый спиртным. Объявляем конкурс на самую красивую пару. Все танцуют, а жюри определяет победителей. Поехали!..
Кружась под звуки протяжной мелодии, Артур обнимал Вику. Он чувствовал себя уверенным и сильным.
Привстав на носки, Вика чуть слышно шепнула ему на ухо:
Я люблю тебя.
Артур крепко прижал ее к себе и, ткнувшись губами в мягкие локоны волос, так же тихо ответил;
Единственная моя Любимая.
Танец кончился. Грачев объявил:
Единогласным решением судей, то бишь жюри, самой красивой парой признаны
Он сделал многозначительную паузу.
Артур и Вика!
Раздались аплодисменты.
А как насчет приза? крикнул кто-то.
Грачев задумался. Потом сбегал на кухню и вернулся с двумя большими яблоками.
Это тебе А это тебе.
Веселье продолжалось до самого утра. Лишь после того, как один молодой человек объявил себя наследником Чингисхана, другой стал лаять по-собачьи, а девушка по имени Люся едва не выпрыгнула с балкона, гости начали потихоньку расходиться.
«Как давно это было, подумал Сибирцев, поворачиваясь на жесткой вагонной полке. И куда все исчезло?»
На вокзале команду встречал знакомый представитель спорткомитета. Артур увидел его с подножки вагона и помахал рукой.
Тот подошел возбужденный, раскрасневшийся от мороза, в распахнутом полушубке. Поздоровавшись с Сибирцевым, озорно улыбнулся ребятам:
Ну что, орлы, драться будем?
А то, как же! в тон ему ответил тяжеловес Ковалевский. За тем и приехали