Всего за 419 руб. Купить полную версию
Оно наклонило голову, как бы прислушиваясь к себе: в нем что-то поплескивало, булькало, переливалось.
– Все в порядке. Огорчилось, – деловито сказало Облако и, дернув себя за ухо, поднялось кверху.
Кап! Кап!.. На нос девочке шлепнулась тяжелая капля. Вторая упала на лоб.
– Что это? – неуверенно спросила Лоскутик.
Кап! Кап! Кап!..
В воздухе повисли серебряные нити. Капли застучали по плечам, по лицу. Платье девочки намокло. Лоскутик протянула руки, сложила ладошки ковшиком. Набрала воды.
– Спасибо тебе, Облако! – закричала Лоскутик, подняв кверху лицо. Вода полилась ей в рот. Лоскутик засмеялась от счастья.
Запахло мокрой землей. Между грядок заблестели лужи. По лужам запрыгали первые пузыри.
– Вода с неба!
– Не за деньги!
– Сюда!
– Скорей!
Через забор перемахнуло с десяток мальчишек. Они с визгом заскакали по лужам, ртами ловя струи воды.
Кто-то схватил Лоскутика за руку. Она поглядела. Это был мальчишка, каких и не бывает на свете: весь черный – лицо, волосы, штаны, куртка. На голове у него сидел голубь, тоже весь черный. Мальчишка прыгал, но голубь не слетал с головы и только бил крыльями и перебирал лапками, чтобы удержаться.
Мальчишка потянул Лоскутика за руку. И Лоскутик, сама не зная как, завопила громче всех и тоже запрыгала по лужам.
– Это дождь! Не бойся! – крикнула она. – А на лужах такие круглые – это пузыри!
Лужи были разноцветные – красные, синие, фиолетовые: кто-то из мальчишек нечаянно раздавил ногой коробку красок, купленную в лавке Мельхиора. И по лужам прыгали разноцветные пузыри.
– Вот это день рождения по-нашему! – послышалось откуда-то сверху. – Мы зовем его дождь-рождение!
Глава 9
Белое кружевное платье
– Кто разрешил? Кто позволил? – послышался злобный голос.
Сквозь капли дождя Лоскутик разглядела капитана королевской стражи и двух солдат с пиками. Они бежали по мокрому полю, с трудом выдирая из грязи тяжелые сапоги.
– Кто разрешил дождь? Это государственное преступление! Прекратить! Немедленно прекратить! – задыхаясь, орал капитан королевской стражи.
– А может, это тебя прекратить? – загремело сверху.
И тотчас тяжелые капли забарабанили по голове и плечам капитана королевской стражи. Он хотел что-то крикнуть, но струи дождя заткнули ему рот, залили глаза. Капитан втянул голову в плечи, согнулся, закрывая лицо руками.
Мокрые мальчишки с хохотом разбежались кто куда. Лоскутик перескочила через забор.
– Лети сюда! Скорей! – крикнула она Облаку.
Облако перевалило через забор, полетело рядом.
– Держите вот это! Белое! Круглое! – закричал, отфыркиваясь, капитан королевской стражи.
Лоскутик и Облако свернули в переулок.
Облако стало совсем маленьким. Оно хрипло дышало. Летело рывками, опускаясь все ниже и ниже, почти волочилось по земле.
Сзади их нагонял топот подкованных сапог.
– Превращайся скорее! – крикнула Лоскутик Облаку. – Ну хоть в кого-нибудь!
– Так не могу, – простонало Облако, – мне надо подумать, сосредоточиться.
Топот приближался.
Лоскутик обернулась. Облако отстало шагов на десять. Лоскутик бросилась к нему, подняла с земли. Подбежала к забору, села на землю, дрожащими руками принялась мять Облако. Вылепила маленькую головку с гребешком, пару прижатых к телу крыльев. Хвост вылепить не успела.
Из-за угла вынырнули капитан стражников и солдаты. Лоскутик быстро накрыла Облако фартуком.
– Эй, оборвашка, что ты там прячешь под фартуком? – крикнул капитан королевской стражи.
Один из солдат кончиком пики приподнял край фартука.
– Это… это курица моей бабушки… – пролепетала Лоскутик.
– Хм… – пробормотал солдат, – странная курица…
– Если такова курица, то какова же сама бабушка? – покачал головой второй солдат.
– Хватит болтать! – прикрикнул на них капитан. – Отвечай, нищенка, не видела ли ты тут чего?
– А чего? – спросила Лоскутик, глупо моргая глазами.
– Ну, такого… – попробовал объяснить капитан, делая руками в воздухе какие-то непонятные круги. – Вот такого, понимаешь?
– Какого «такого»? – Лоскутик заморгала еще чаще.
– Ну, этакого… – вконец взбесился капитан.
– Какого «этакого»? – Лоскутик посмотрела на капитана, открыв рот.
– Э, да что с ней связываться! – махнул рукой капитан. – Глупа как пробка, ничего не понимает.
Капитан и солдаты протопали мимо.
Лоскутик перевела дух. Посмотрела на Облако. Облако лежало грустное, присмиревшее.
– Ты кто? – недоверчиво спросило Облако, глядя на девочку туманным взглядом.
– Как это кто? – удивилась Лоскутик.
– А, помню, ты была такая зеленая, развесистая и росла на опушке… – пробормотало Облако.
– Да ты что? – уже с испугом сказала Лоскутик.
– Ага, ты ловила комаров на болоте…
– Да нет же!
– А… Ты говорила «тик-так!» и показывала время на городской башне.
– Какое «время»? Что с тобой?
– Я тебя не знаю, – печально сказало Облако. – Я все забыло. Ну, я полетело! Пока.
– Постой! Я дала тебе напиться… – робко напомнила Лоскутик.
– Что-то такое было, – задумчиво протянуло Облако. – Напиться… напиться… Видишь ли, у меня в голове вода, а я ее всю вылило. Я выплакало всю свою память. Все, что помнило. Ну, прощай!
– Да подожди! – с отчаянием воскликнула Лоскутик. – Еще у меня сегодня день рождения. А ты говорило: дождь-рождение.
– Да, да, припоминаю, что-то такое было… – Облако немного посветлело.
– А потом ты превратилось в двенадцать собак.
– Да, да, это я помню…
– И мы пошли…
– Стой! Молчи! Вспомнило! Мы пошли в лавку к Мельхиору…
– Да!
– Ты – Лоскутик!
– А, вот ты где! Попалась, голубушка!
По улице шла Барбацуца. Из ее единственного глаза от ярости просто сыпались искры. Она только что побывала во дворце и узнала, что король вовсе и не хочет манной каши, а главный повар и не думал посылать за ней голубей.
Облако тут же свернулось клубком, шмыгнуло Лоскутику под локоть и там затаилось.
Барбацуца приближалась медленно, не спеша, и это было страшнее всего. Тень упала на девочку. Лоскутик прижалась спиной к забору.
– Где была? Признавайся, – спросила Барбацуца тихо и сипло.
– Платье покупала! – подсказало Облако, слабо шевельнувшись под мышкой.
– Платье покупала… – помертвев, повторила Лоскутик.
– Врешь! Если ты покупала платье, то у тебя должно быть платье! Где оно? Покажи!
Барбацуца занесла над головой Лоскутика сжатые кулаки. Лоскутик невольно вытянула вперед руки, чтобы защитить голову от удара, и вдруг на ее руках, легко развернувшись, повисло белоснежное кружевное платье.
Ветер раздул кружевной подол, зашевелил бантами и оборками. Кружево было такое тонкое, что, казалось, вот-вот растает на глазах. Даю голову на отсечение, что ни одна принцесса на свете не отказалась бы от такого платья!
– Ты купила себе это платье? Нищенка! Кружевное? Замарашка! С бантами? Побирушка! Белое? Самое непрактичное! – Барбацуца от возмущения с трудом находила слова. Она уже протянула руки, чтобы схватить платье, но кто-то опередил ее.
Ее опередила маленькая, жалкая дворняжка. Что это была за ничтожная тварь! Во-первых, у нее было всего лишь три ноги, да и то больше похожие на кривые паучьи лапки. Хвоста и ушей не было и в помине. Она была так худа, что все ребра, проткнув кожу, вылезли наружу. Но все это не помешало собачонке быть очень проворной.
Она высоко подпрыгнула и ловко цапнула за подол прекрасное кружевное платье. Затем, часто перебирая своими тремя лапками, бросилась наутек.
Кружевное платье волочилось по пыльной дороге.
– Ах, проклятая! – крикнула Барбацуца и бросилась за мерзкой собачонкой.
Казалось, она вот-вот ухватит платье за рукав. Но собачонка отчаянно тявкнула, поддала ходу, перемахнула через канаву, пролезла в щель под забором и скрылась.
Глава 10
Удивительное происшествие на закате
«Ни за что не проснусь, – подумал художник Вермильон и тут же понял, что больше он не заснет. – Ну, хорошо, пусть я не засну. Но уж глаза открыть меня никто не заставит».
Он знал, что он увидит. Битые стекла на полу, сломанные рамы, разодранные в клочья портреты.