Всего за 104.9 руб. Купить полную версию
Однажды, когда сам император в кругу своих близких сановников обсуждал дела и изыскивал меры к истреблению христиан, Георгий произнес страстную речь в защиту христианской веры. Помолившись, полный решимости, он обратился к императору и всему собранию с такими словами:
– Доколе тебе, о царь, и вам, князья и советники, поставленные для законного управления народом, чтобы судить по правде, воздвигать гонение на христиан?! Вы достигли крайней степени неистовства, издавая беззаконные определения и бесчеловечные законы против невинных, никого не обидевших, добродетельных христиан. Вы хотите мучениями и преследованиями заставить согласиться с вашим безумием тех людей, которые просвещены познанием истинного Бога и научились быть благочестивыми. Не обольщайтесь ложью и обманом! Идолы ваши не боги, нет – говорю вам! – не боги. Иисус Христос есть единый, истинный Бог, Един Он – Господь во славе Бога Отца. Им все сотворено, и Духом Его Святым все содержится. Итак, или сами вы познайте истину и научитесь благочестию, или же, по крайней мере, не смущайте своим безумием познавших истинного Бога и в правоте служащих истинному Богу.
Все собрание, как громом, было поражено этою неожиданной смелой и восторженною речью святого Георгия. Все устремили свои изумленные взоры на императора, ожидая, что он скажет. Раздраженный и крайне смущенный, Диоклетиан некоторое время молчал, как бы не зная, что сказать, затем знаком руки подозвал к себе своего друга Магнеция и приказал ему возразить на речь Георгия.
– Кто побудил тебя на такой дерзкий поступок? – спросил Георгия Магнеций.
– Истина, – спокойно и с достоинством ответил Георгий.
– Какая истина? – продолжал спрашивать Магнеций.
– Истина сия есть Христос, вами гонимый, – ответил святой.
– Так ты и сам христианин?! – удивленно спросил Магнеций.
– Да, я раб Христа, Бога моего и, на Него уповая, добровольно предстал пред вами, чтобы засвидетельствовать истину. Я – христианин, и желание свидетельствовать о Христе – Единой Истине – побудило меня сделать это, – закончил Георгий.
Диоклетиан был страшно раздосадован словами Георгия. Однако, не подавая вида, он с притворной лаской обратился к Георгию:
– Доселе я с радостью удивлялся твоим отменным качествам. Еще в юном возрасте ты отличным знанием воинского дела и своей личной храбростью сделался достойным больших наград. И, не обращая внимания на твой возраст, я наградил тебя почетным званием и дал тебе высокий сан в моем воинстве. Даже и теперь, когда ты так дерзко и не на пользу себе говоришь, я люблю тебя за твой ум, за твое мужество. Как отец, советую тебе, для твоей же пользы: не лишай себя воинской славы, не предавай свою молодость своею безрассудной непокорностью на мучение, принеси жертву нашим богам и за то получишь от нас еще большие почести.
Но не смутили и нисколько не соблазнили святого Георгия эти слова и обещания царя.
– О если бы ты сам, государь, познал через меня истинного Бога, – кротко заметил Георгий императору, – Он удостоил бы тебя лучшего Царства – бессмертного, так как то царство, которым ты теперь владеешь и управляешь, наслаждаясь своей властью, есть царство непостоянное, временное. И все, что в нем, все его блага и утешения слишком кратковременны и не могут принести человеку никакой истинной пользы. Поэтому никакие обещания земной славы не в силах уменьшить моей любви к Богу истинному и вечному, и никакие муки не устрашат меня и не поколеблют моей веры.
После этих слов Диоклетиан не в силах был долее сдерживать свой гнев и с раздражением приказал находившимся тут же воинам схватить Георгия и заключить в темницу. Приказание было немедленно исполнено, но при этом на глазах язычников совершилось нечто поразительное: как только один из воинов, исполняя повеление царя, копьем коснулся тела святого Георгия, железное копье тут же согнулось, как мягкий прут, а мученик громко восславил Господа Бога.
В темнице отнеслись к Георгию с величайшею жестокостью: положили его на землю, на его ноги надели тесные и тяжелые колодки, а на грудь навалили тяжелый камень, и в таком положении святой мученик должен был провести всю ночь. Терпя эти ужасные мучения, святой Георгий не высказал ни одного слова жалобы или сетования, а беспрестанно благодарил и прославлял Бога.