Всего за 109 руб. Купить полную версию
Ясмина опустилась на стул на кухне. Что только что произошло? Судя по всему, ей удалось убедить Раэма не убивать Феликса и Антона, и этот факт почему-то привел его в дикую ярость. Или она просто как дурочка попалась на разыгрываемый спектакль? Может, никто и не собирался идти дальше разговоров, и всё это было затеяно, что бы она испугалась и была более сговорчивой? Но зачем это, и кому нужно? Если Раэм хотел просто переспать с ней, так она и так уже растаяла, растеклась у его ног сладкой лужей, стоило ему только обнять её покрепче. И что за дикая реакция у неё на этого мужчину. Ведь любой разумный человек при взгляде на этого яростного мощного мужика, наверное, испытал бы желание отойти подальше. Да, он, несомненно, красив, но красота его жестокая, устрашающая в своем совершенстве, такая, которой хочется любоваться лишь издали. А вместо этого её тело в его присутствии просто изнывает от возбуждения. Нет, конечно, она в общепринятом смысле вовсе не образец идеальной верной супруги. Но то, что с некоторых пор происходило между ней и Антоном, и то, как к этому относился Феликс, касалось только их троих. Но даже отношения с Антоном развивались постепенно, она никогда ТАК на него не реагировала. Антон был чем-то приятным, не обременительным в смысле отношений и дающим так необходимую разрядку её телу. А когда к ней прикасался Раэм, было похоже, что у неё закипает кровь именно от ощущения узнавания этих прикосновений. Словно её тело стремится к нему, как к давно знакомому, по чему оно истосковалось. Даже внутренние мышцы сжимались так, как будто помнили, как он должен там ощущаться. Этому не было никаких разумных объяснений, кроме одного - видимо, действительно в её прошлой жизни они были очень близки.
Конечно, безумные упоминания о драконах и других мирах очень смущали Ясмину. Оставалось надеяться, что этот самый переход в другой мир, что должен был состояться завтра, не будет заключаться в том, что её распнут на алтаре и всадят в сердце нож, чтобы этот самый переход и устроить.
Хлопнула входная дверь, и вскоре появился Раэм. Его лицо больше не искажал гнев. Видимо, он ходил проветриться, чтобы не прибить её ненароком. Раэм сел напротив и уставился на неё своими темными глазами. Ясмина чувствовала себя ужасно некомфортно под этим сканирующим взглядом.
- Не хочешь меня о чём-нибудь спросить? - наконец раздался его низкий бархатистый голос.
Ясмина пожала плечами.
- Ты говорил о переходе в другой мир. Это будет больно?
- Вообще-то ты не должна чувствовать боли. Хотя меня беспокоит, что твоя драконница очень слаба и не сможет оказать тебе помощи при переходе. Но тебе не о чем волноваться - моей магии хватит на нас обоих.
Ну, да, магии, конечно. Чего ж тут непонятного?
- А как это будет, вы станете читать заклинанья и танцевать с бубном, отрежете голову черному петуху, или что там ещё?
Красивая бровь Раэма поползла вверх. Потом уголок рта дернулся, и на его губах на краткий миг родилась мимолетная улыбка. Ясмина следила, как завороженная, за этим кратким всполохом тепла, мелькнувшим на его жестком лице.
- Танцевать с бубном? Пожалуй, нет, любимая. Для меня это несколько экстремально. Просто для нас откроют дверь с той стороны, и мы в неё войдем.
- Я прям разочарована. Просто дверь? Так прозаично? Никакого мистического антуража, никаких спецэффектов, - поджала губы Ясмина.
- Ну, прости, что разочаровываю. Магия не терпит лишнего шума, знаешь ли. Но обещаю, что когда мы попадем на Дараисс, я покажу тебе много разных чудес.
- Ну что ж, раз мне не избежать, по твоим словам, путешествия в твой мир, то ловлю тебя на слове.
Раэм нахмурился от её слов.
- Не стоит воспринимать это как путешествие, любимая. Мы возвращаемся домой. Навсегда. Сюда ты больше не вернёшься. Дараисс наш дом. Ты и так слишком долго отсутствовала.
- А когда я окажусь там, ну, в смысле дома, что я там буду делать? Чем я раньше занималась? Ну, кроме того, что согревала твою постель – это-то ты мне уже неоднократно доступно объяснил.
Красивый рот Раэма опять изогнулся в подобии улыбки. Ясмине стало до ужаса интересно, каким станет его лицо, если он вдруг улыбнется по-настоящему? У неё, наверное, сердце остановится. Все же он потрясающе красив.
- Мне нравится, что ты больше не паникуешь и не кричишь, говоря о нашей совместной постели.
- А смысл рефлексировать? Изменить прямо сейчас я ничего не могу. Так что лучше буду наблюдать и думать. Ведь из любой ситуации всегда есть выход.
Настроение у Раэма вдруг резко испортилось. Брови сошлись, и глаза сощурились и превратились в две горящие черным пламенем щелки.
- Если ты надеешься, что сможешь снова убежать от меня, то очень сильно ошибаешься. Я не идиот и учусь на своих ошибках, - прорычал он. - Поэтому выброси из головы все мысли о побеге, он невозможен. Просто привыкай к мысли, что твоя жизнь снова принадлежит мне.
- Почему ты все время злишься и рычишь на меня? Это пугает меня до жути!
- Да неужто? Что-то не похоже, если ты продолжаешь спорить со мной.
- А ты бы предпочел, чтобы я упала перед тобой на колени, как этот твой Кириш?
Лицо Раэма вдруг исказила судорога чистого вожделения.
- Нет, любимая. Я бы предпочел видеть тебя на коленях передо мной обнаженной, в спальне, - и его откровенно возбужденный взгляд совершенно недвусмысленно остановился на её губах.
- Ты просто потрясающе нахален! Тебе об этом не говорили? - разозлилась Ясмина, против воли загораясь под этим наглым взглядом.
- Кто бы мне мог об этом сказать, Кариба? Я повелитель, и все вокруг склоняют передо мной головы и говорят только приятные моему слуху вещи. Но тебе всегда было позволено говорить мне все, что угодно. Хотя больше мне нравилось слышать сладкие стоны из твоих уст, - этот мужчина был просто невыносим!