Да пожалуйста! Швед приложил руку к груди. Исследуйте что хотите! Главное, если по основной работе что понадобится, чтобы выполнялось.
Это само собой разумеется. И второе: кто будет заниматься кадрами в моем отделе?
А раньше кто этим занимался? решил уточнить Швед.
Формально штатный кадровик Дозора Дарья Пална Шацких. Реально я и мой заместитель Рустам Зарипов.
Ничего не имею против, чтобы все так и обстояло в дальнейшем.
Увы, Дарья Пална предпочла перебраться в Испанию, но это, я полагаю, не важно: кто-то ведь будет назначен на ее место.
Совершенно верно.
И третий вопрос, Дмитрий. Вы уже разговаривали с Завулоном?
Да, признался Швед. Сегодня вечером.
И Бермас немного помялся. Он сказал что-нибудь по поводу вашей кандидатуры во главе киевского Дозора? Простите, но я должен это знать.
Я понимаю, Аркадий Семенович. Повторяю, я с радостью уступил бы эту должность кому-нибудь более опытному. Однако все вокруг почему-то советуют работать и не заморачиваться. Вот и Завулон тоже посоветовал работать. Обещал помочь с установкой защиты на новый офис. Ну и вообще сказал: мол, если я столкнусь с чем-нибудь, что мне окажется не по зубам, он вмешается. Вроде и все.
Бермаса это, видимо, удовлетворило, потому что он покивал и несколько раз повторил:
Прекрасно, прекрасно Н-да. Действительно, прекрасно. Если и Завулон
Они как раз поднялись из перехода к дороге. У бордюра поджидал белый фургончик с затейливой надписью на боку: «Елоквенцiя».
Надпись была выполнена на украинском, от которого Швед в морях успел отвыкнуть.
Ефим и Симонов уже поднимались следом. Тело погибшего и лишенного жизненной силы парня парило рядом с Ефимом примерно на уровне коленей. Симонов на всякий случай придерживал его сзади за носок ботинка, для чего ему пришлось слегка нагнуться вперед.
Завидев процессию, водитель выскочил из фургончика и метнулся к задней двери, открывать. К удивлению Шведа, водитель был Темным Иным оборотнем. Швед полагал, что Ефим в очередной раз захомутал первую попавшуюся машину.
Доброй ночи, поздоровался водитель. Как его, Семеныч, просто на пол или подстелить чего?
Да что ему сделается? На пол клади.
И то правда, хмыкнул водитель. Холод ему теперь до лампочки
Ефим с Симоновым погрузили тело и направились к боковой дверце. Водитель захлопнул задние и полез за руль. Рядом с ним впереди пассажирское сиденье было двойное, поэтому Швед пропустил вперед Бермаса, а сам уселся с краю.
На Подол, Витя, велел Аркадий Семенович.
Что, и правда Дозор оживает? весело спросил водитель. Давно пора!
Оживает, Витя, оживает, благодушно подтвердил Бермас. Вот можешь с новым шефом познакомиться.
Шофер наклонился вперед, к лобовому стеклу, и с любопытством глянул на Шведа.
Мое почтение! хохотнул он, прикладывая ладонь к виску. Транспортом опять Смерека будет командовать?
Поглядим, проворчал Швед. Не все сразу. Дайте хоть осмотреться, я только приехал!
Забавно, но лаборатории Дневного Дозора располагались по соседству с домом, где жил Дима Рублев. Швед знал, что в этом здании какая-то больница, но понятия не имел, что именно тут Дневной Дозор арендует под лаборатории часть первого и второго этажей с отдельным входом. Вроде и велик Киев, ан все едино самые невероятные пересечения случаются.
Швед быстро содрал наклеенные узорчатые ленты с входных дверей. А вот на видимые только в Сумраке печати Инквизиции ушло минут десять спасибо, Аркадий Семенович подсобил, поскольку хорошо знал, как эти печати правильно снимать. В одиночку Швед точно возился бы до утра и уж точно не догадался бы оставить собственную метку заранее разрешения на съем печатей он не брал, но Аркадий Семенович объяснил, что разрешение можно оформить и задним числом, раз уж у Шведа имеются все полномочия. Ну а раз имеются надо пользоваться.
Вот и воспользовались.
Первым делом Аркадий Семенович клацнул рубильником в электрощите, и в холле зажегся свет.
Заносите! скомандовал он Ефиму и Симонову. Во-он в ту дверь! И на стол.
Сам же Бермас пошел отпирать свой кабинет на второй этаж. Швед отправился с ним.
Кабинет был небольшой и уютный, возможно, из-за того, что все свободное пространство на стенах было отдано под книжные полки, и все они были забиты под завязку. У Шведа с детства было много книг, поэтому обилие книжных полок было привычным и сразу навевало мысли о доме, да и уютным казалось по той же причине. Правда, у Шведа на полках обретались в основном приключения с фантастикой и в основном на русском, а тут все больше специализированные издания на доброй дюжине языков.
Вот и воспользовались.
Первым делом Аркадий Семенович клацнул рубильником в электрощите, и в холле зажегся свет.
Заносите! скомандовал он Ефиму и Симонову. Во-он в ту дверь! И на стол.
Сам же Бермас пошел отпирать свой кабинет на второй этаж. Швед отправился с ним.
Кабинет был небольшой и уютный, возможно, из-за того, что все свободное пространство на стенах было отдано под книжные полки, и все они были забиты под завязку. У Шведа с детства было много книг, поэтому обилие книжных полок было привычным и сразу навевало мысли о доме, да и уютным казалось по той же причине. Правда, у Шведа на полках обретались в основном приключения с фантастикой и в основном на русском, а тут все больше специализированные издания на доброй дюжине языков.