Всего за 160 руб. Купить полную версию
Чтобы у всех этих америкашек повылазило! неожиданно сказал рассеянный к словам Кропоткин, Надоели они со своей брехнёй! Люди из полиэтиленовых бутылок! Они и на свет появляются в полиэтиленовых бутылках!
Чёрт с ним, с этим «Галлимаром». Что нам в нём пользы? От дохлой лошади и то больше пользы! Ту хоть ободрать можно! присоединился к Кропоткину римский диктатор, актёр и неудавшийся тиран, Что мне делать с плохим настроением? Не могу я здесь больше, шеф! Угнетают меня эти бесконечные жулики и проходимцы! Эти тяжкие для жизни города! Всё надоело! Смиренье покрыло Кротость, и у них родилась дочь по имени Душевная Плесень! Напьюсь! Скверное вино «Северное Сияние» отвратит меня от закисших христианских добродетелей. У меня есть книжка мемуаров генерала Маннергейма! Можно выкрасть в библиотеке мемуары Эриха фон Манштейна. Тоже стоящая вещь! Буду читать! Буду шить сарафаны, мать их, из ситца! Христиан почти не трону, так, для проформы передушу тысяч десять! Христиане могут пока спать и исповедываться спокойно!
Штейн! Манштейн! Тянет тебя на всякое старьё, бурчал Кропоткин, поглядывая на Нерона с тревогой, От его линии уже ничего не осталось, кроме дюжины сгнивших надолбов и нескольких кукушкиных гнёзд на ёлках! А ты всё Маннергейм да Маннергейм! Почитай лучше Плутарха, мать его! Душа отдыхает, когда читаешь Плутарха! Ничего не понятно, но какая музыка! Узнаешь много из сельского хозяйства! Мёд души!
Да! Плутарх! мечтательно произнёс Нерон, Плутарх! Бастард из бастардов! Мама любила его поучительные басни! Однажды свёкор, пыжась под сосною, набрёл на водолаза ввечору и стал его охаживать плюсною Ладно! Загадка на засыпку! На лыжах катается, на «п» называется? Что это? обратился к потолку Нерон.
Педофил?
Нет! Не угадал! Три балла!
Президент?
Теплее!
Вторая загадка! Пьяный с ракеткой болтается, на «б» везде называется?
Биде? Угадал?
Как бы не так!
Буржуй?
Загадка третья! На засыпку! Везде употребляется, на «х» называется?
Ладно, хватит? Ты меня достал своими безумными загадками, сфинкс! Употреби свой энтузиазм на что-нибудь полезное! Займись, к примеру, охотой на китов! Гарпун наточи! А теперь последнюю загадку задам я
Ну!
Что плохо пахнет, делая белей любую ткань и платье королей?
Краска?
Сам ты краска!
Сперма, что ли?
Сам ты сперма! Хлорка!
А-а! Глупы твои загадки, Сфинкс!
В Германии тридцатых годов все показывали свои худшие стороны и немцы, и ануреи, и славяне! меланхолически заметил Нерон.
Философ! Включу тебя в «Книгу рекордов Пениса». Откуда там оказались славяне? Их там было не так уж и много!
Не надо! Ви ест мо хлеб! Ви пит мо пив! Факин френд! Сколько книг вокруг меня, затемняющих мои мозги, толкающих меня к пустопорожней тарабарщине. Сколько людей, близких мне по крови, обмануты и приведены в замешательство и уже сами готовы обманывать других. Уму непостижимо.
Внезапно со стороны открытого окна донеслись крики. Кропоткин высунулся и стал смотреть на происходящее внизу.
Что там? спросил Гитболан.
Что это? поддакнул Нерон.
Праздник Первой борозды! Старинный обряд дефлорации. Я собирался писать по этой теме диссертацию в Сорбонне
Война помешала?
Дураки-анархисты помешали! раздражился Нерон, Козлы-народовольцы, свиньи-революционеры, разнюхиватели жареного, потрошители краденого, соискатели порченого! Гнилоеды! Любители петь мерзкими голосами! Внебрачные дети двойного стандарта! Вдовы истины! Антихристы и подонки! Страна погибла от подтасовки и тихой измены!
Кропоткин расчувствовался.
А что это там творится на бульваре Первого Поцелуя? Мальчики какие-то! Кровавые! В глазах!
Опять ср порознь выстроились за президентской добавкой! В белых рубашечках, с барабанчиками лояльность демонстрируют! Тьфу, гниль! Выборы на носу, вот они и суетятся, массовку создают! Консенсус! Консенсус! Научились-таки умные слова произносить! Твари! Выползки!
Ср порось? Оригинально! А не прекратить ли нам эти хождения в народ? Как ты думаешь, Нерон? Эти ребята мне не очень нравятся! Зомби какие-то! Песенки дурацкие. Пустые глаза. Майки с портретами какого-то крошки Цахеса Яппи, мать их в ёп!
Айн момент! Я угадываю ваши мысли, шеф! Вы не против, если в этом историческом городе появятся ещё сорок новых скульптур работы божественного Альдо Дрестини?
Не против!
Считаю до трёх! Айн! Цвай! Драй! Фюр! Фикст! Зиг! Зебен! Фак!
Крики тотчас стихли, и вокруг внезапно замерших активистов стала собираться толпа. Недвижные и холодные мраморные люди застыли в разных позах, одни, повернув голову к своему начальнику, другие наклонившись. Толпа сначала подумала, что это шутка продвинутой молодёжи, а потом всё поняла и без слов разбежалась. Жизни в застывших фигурах не было никакой. В лицах застыло выражение невиданной муки. Фигуры же были изваяны настолько совершенно, что зрителю не могло не закрадываться сомнение в том, что это дело рук человеческих, а не потусторонних сил. Даже плевок, вылетевший изо рта демократа-курильщика и тот был запечатлён в мраморе.
Нерон и Кропоткин схватились за руки и пустились в пляс.
Я Папанин! Я Маманин! А я маленьки такой!