Всего за 80 руб. Купить полную версию
В момент этих размышлений Людмилу злость взяла. Крахмалю видите ли белье ему. Лучше бы член сразу накрахмалить, и чтоб стоял как в шахте ствол. А то в этой шахте все попростужают себе, рекорды все дают, а не мужского, не отцовского рекорда дать не могут. Накрутила себе, как следует и стала у Леонида в санаторий отпрашиваться.
Как и ожидалось, муж не возражал. А запал злости пришлось вылить на очередное крахмаление и опять же белья. Характер действительно от Зои Никитичны непростой ей достался.
Через десять дней, сделав через знакомую медсестру курортную карту, Людмила оказалась в вожделенном санатории. Чисто, чинно, прогулки, столовая четыре раза в сутки, а вечером танцы. У Людмилы соседка по номеру оказалась женщиной на возрасте, прошедшей крым-рым. Как вечер начапур и туда, на танцы. И в какое бы позднее время не вернулась, давала соседке полный отчет, невзирая на нарочитую Людмилину зевоту. Кто с кем танцевал, какие у нее самой поклонники, которых несметное количество, так бы с Людмилой и поделилась бы. Люда отнекивалась, тем более, что вновь приобретенная подруга называла ее Люсьена и Людмила этого совестилась.
На танцы она не ходила, но про свою затею помнила. И вот, это случилось, как и положено совсем неожиданно. На территории санатория квартировало неприличное количество кошек. Обслуга санаторская вся, как один была из близлежащей деревни, все как одна добрейшие тетеньки. Они и подкармливали со столовских отходов любую живность на территории, включая распьянющего сантехника. Отдыхающие тоже любили подкормить живность, ну не сантехника, конечно, а милых толстеньких кошечек. Все-таки это было занятие. Кроме того, в процессе кормотворчества можно было пообщаться. Так и Людмила оказалась среди любителей животных.
На танцы она не ходила, но про свою затею помнила. И вот, это случилось, как и положено совсем неожиданно. На территории санатория квартировало неприличное количество кошек. Обслуга санаторская вся, как один была из близлежащей деревни, все как одна добрейшие тетеньки. Они и подкармливали со столовских отходов любую живность на территории, включая распьянющего сантехника. Отдыхающие тоже любили подкормить живность, ну не сантехника, конечно, а милых толстеньких кошечек. Все-таки это было занятие. Кроме того, в процессе кормотворчества можно было пообщаться. Так и Людмила оказалась среди любителей животных.
Кроме котиков на площадке оказалась соседка. Она издали заметила горчичное с чернобуркою Людмилино пальто и подбежала с совершенно ненатуральными радостями. Тут же познакомила со многими своими знакомцами, среди которых оказался довольно приятный полковник. Почему-то он был именно в форме, а не в штатском.
Чтобы с женщинами знакомиться было проще
Для самой себя неожиданно злобно подумала Люда.
Да и для целей моих староват
Она очень невежливо прекратила беседу со всей этой светско-санаторской публикой и поспешила обратно в номер.
Но вдруг, тут же рядом с променадом, увидела сидящего на скамейке симпатичного молодого мужчину. Он курил и, казалось, не замечал не только Людмилу, но и вообще весь санаторий, вместе взятый с кошечками, с променадом, с соседкой и полковником.
Женщина осторожно присела на край скамейки, но это не вывело парня из задумчивости. Людмила была очень-очень скромна, но время санаторское убегало, растраченное на пустые переговоры с соседкой, кормление кошечек и одинокие прогулки. Поэтому она спросила:
Долго ли еще до ужина?
Мужчина ответил, не скрывая своего удивления, поскольку до ужина оставалось пять часов.
Со стороны променада раздавался громкий смех обольщения, с такими повизгивания, что Людмиле стало жалко оставшегося там пожилого вояку. Но видимо энергия этого обольщения передалась и ей , и она вновь обратилась к задумчивому человеку с глупейшим интересом:
Как вам тут?
Теперь он не удивился, а понимающе улыбаясь отвечал. Собственно, все вопросы, задаваемые на территории санатория, имели свое подводное значение, и улыбкой он дал понять, что оценил заинтересованность такой приятной женщины. Людмила вздохнула с облегчением, как будто выполнила сложное задание, и еще похвалила себя заново сшитое пальто с чернобуркой. Правда, вспомнила тут же с тихим уколом в области сердца, что чернобурку Леонид на Новый год подарил. Новый знакомый среагирует на такую красоту. Она улыбнулась молодому мужчине и встала со скамейки.
Всего доброго!
И величественно стала удаляться по дорожке (говорить «Всего доброго!» она научилась у соседки по дому, и ей казалось это очень благородно).
Людмила шла по прелестной расчищенной от снега дорожке, среди высоченных праздничных сосен, щурилась от солнца и была очень довольна собой. Тут она вспомнила, как ходили московские манекенщицы на, устроенном в Доме культуры их поселка показе мод, и постаралась придать своей походке те же волнующие изгибы. Она не сомневалась, что мужчина смотрит ей вслед. Конечно, и вот сзади раздался скрип чьих-то шагов, а Людмила и не сомневалась чьих.
И все-таки, не умея играть и лукавить, Люда развернулась к преследователю с самой своей доброжелательной улыбкой, говорящей о настоящей дружбе между мужчиной и женщиной, потому что она довольно перепугалась своей смелости. Доброжелательная улыбка досталась, увы, настырному полковнику. После одаривания такой улыбкой, пришлось Людмиле познакомится со старичком.