Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Александр в нетерпении соскочил с собственного трона, поднесенного ему персами, убившими своего последнего царя, Артаксеркса, и потащил слабо упиравшегося бактрийца к столу к яствам, а прежде всего, к кубкам. Сам Македонец в последнее время тоже не гнушался алкоголя в полной уверенности, что закаленному организму громовержца, за тысячелетия привыкшего к сногсшибающей огневке, слабенькое персидское вино ничем не повредит. Потом после нескольких чар «За знакомство», «За здоровье!», и, конечно же, после третьей: «За женщин!», повелитель мира потребовал этих самых женщин, то есть девиц, нетронутых даже мужскими взглядами.
Зумрад! громко возвестил Оксиарт начало волнующего действа, моя старшая и любимая дочь
Александр как раз цедил из золотого кубка местную мальвазию, когда в проеме шатра появилась «красавица», застывшая в весьма эротичной позе. Это она сама она так думала. А Македонец, сначала подавившийся вином, а потом выплюнувший и благородный напиток, и остатки ароматного кебаба, который и запивал вином, и возглас ужаса, который объял его при видении самого себя в одной постели с этим страшилищем, схватился, как утопающий за соломинку, за анекдот.
Те несколько минут, которые он якобы откашливался от кусочка кебаба, попавшего не в то горло, он стремительно листал в памяти страницы Книги и, наконец, нашел нужную:
Ну что ты переживаешь, что грудь у тебя первого размера?! Зато вон Ноги сорок четвертого!
Что такое сорок четвертый размер ноги, Александр не знал, но предполагал, что он примерно соответствовал «кокетливо» выставленной вперед ножке старшей дочери бактрийского владыки. У нее вообще все было длинным и ноги, и нос, немного свернутый набок, и руки, которые нервно (наверное, тоже «эротично»? ) теребили пестрое платье где-то в районе колен бактрийки.
Нет!!! Александру даже не пришлось исторгать из груди крика; отец все понял сам, тоже, очевидно, безмолвно погрустив: «Ну, вот! И на этот раз не удалось вручить товар купцу!».
Невольницы, на которых взгляды и Александра Великого, и не такого великого во всех смыслах Ваксувадавра, немного отдохнули перед очередным испытанием, шустро заменили и заплеванные скатерти, и изрядно подъеденные блюда и подпитые кувшины. А бактриец во второй раз хлопнул в ладоши, приглашая вторую дочь, Зульпу. Александр, предусмотрительно проглотив недожеванный кусок уже из второй перемены блюд, опустил на столик бокал, чтобы не залить свежую скатерть.
Впрочем, заявил он задумчиво, с этой возлечь я бы согласился хотя бы ради эксперимента. Смогла бы эта, несомненно, тоже очень любимая дочь Оксиарта, заменить четырех наложниц покорностью и неутомимостью? Весом Зульпа, наверное, их всех вместе даже превзошла.
Это Александр еще раз подчеркнул свой вывод насчет «любимой» нелюбимую дочь бактриец вряд ли стал бы так кормить точнее, откармливать. Девушка действительно оказалась энергичной; протиснулась в широкий проем, с которого стражи снаружи предусмотрительно откинули полог, так шустро, что шатер содрогнулся и едва не упал, «похоронив» под своим тяжелым покрытием вполне сдружившихся правителей.
Ваши штангисты триста килограммов поднимают?
Конечно.
А можете сделать меня штангистом?
Вам зачем?
Моя невеста хочет, чтоб я ее в загс на руках внес.
Громовержец не знал, что означает таинственное слово «штангист», а тем более «загс», но становиться им определенно не пожелал. Хотя
Если не появится кто-нибудь посимпатичней, я, пожалуй, решусь на «эксперимент», развеселился Македонец, качая, впрочем, головой.
Красавица на триста кило (а может, и побольше) обиженно надула губки, и протиснулась наружу, задев боками сразу оба края проема и заставив пирующих опять опасливо посмотреть на задрожавший купол шатра.
Парочку очередных дочерей громовержец пропустил, не удостоив их анекдотами. Очередная красотка, заскочившая на ковер перед столиком шустро, как горная козочка, чем-то и была похожа на это животное. Александр опять испачкал скатерть теперь пролив вино мимо рта в раздумьи. Наконец до него дошло ноги! Девичьи ножки, вывернутые так, что красавице было нелегко выступать павой только скакать!
Девушка, а почему у вас ноги такие кривые?
А это чтобы ты уши не натер!
Великие боги! потрясенный Зевс обратился к самому себе и многочисленной родне, девица определенно знает этот анекдот. Вон как нахально подмигивает, да ножкой копытцем по ковру постукивает
«Копытцами» сейчас выступали какие-то золоченые кауши, обувь местных красавиц. Они безжалостно топтали бесценный хорасанский ковер и были на удивление малы словно в них действительно прятались не нежные девичьи ступни, а грозное костистое оружие, которым так удобно наставлять на путь истинный непокорных мужей.
Искандер Двурогий так звали Александра местные певцы потрогал покрытую светлыми волнистыми волосами голову, убедился, что козлиные рога там не выросли, и отчаянно замотал ею.
Ваксувадавр даже крякнул от огорчения. Этот вариант как понял Зевс он тоже предлагал претендентам на его наследство уже не в первый раз. Злиться и насылать на лысую голову бактрийца громы и молнии олимпиец не стал; даже похвалил в душе заботливого отца. А потом добавил в его бокал местного вина, искренне огорчаясь, что в его руках сейчас обычный, хоть и золотой, кувшин, а не волшебный сосуд, который тысячи лет грели его руки.