Большевики обманывали народ, а он им поверил. Поверил потому, что при царе натерпелся горя и нужды, и теперь ухватился за сказку большевиков, суливших ему счастье и радости. Народ пошел за ними в обещанный рай, называемый коммунизмом. И когда собственными глазами увидел этот рай, когда на себе самом испытал счастливую жизнь в этом раю, тогда убедился, что его жестоко обманули: при большевиках осталось все то, что его давило и угнетало раньше, что теперь все это угнетает и давит еще сильнее, что большевистский режим хуже, тяжелее, невыносимее старого режима. При большевиках над всякой личностью возможно насилие, потому что где большевики, там и насилия, самые грубые, самые безобразные. Не только лишают свободы, мучают, издеваются над людьми, избивают почти на каждом шагу, убивают стариков, взрослых людей, насилуют женщин Да, русский народ вынослив и терпелив. Вынесет все, что Господь ни пошлет! Но всякому терпению бывает конец. Терпел народ татарщину, а в конце концов свергнул. Терпел крепостное право, но не раз поднимал восстания, пока не освободился. Свергнет народ старый режим, свергнет и новый, большевистский!
Большевики обманывали народ, а он им поверил. Поверил потому, что при царе натерпелся горя и нужды, и теперь ухватился за сказку большевиков, суливших ему счастье и радости. Народ пошел за ними в обещанный рай, называемый коммунизмом. И когда собственными глазами увидел этот рай, когда на себе самом испытал счастливую жизнь в этом раю, тогда убедился, что его жестоко обманули: при большевиках осталось все то, что его давило и угнетало раньше, что теперь все это угнетает и давит еще сильнее, что большевистский режим хуже, тяжелее, невыносимее старого режима. При большевиках над всякой личностью возможно насилие, потому что где большевики, там и насилия, самые грубые, самые безобразные. Не только лишают свободы, мучают, издеваются над людьми, избивают почти на каждом шагу, убивают стариков, взрослых людей, насилуют женщин Да, русский народ вынослив и терпелив. Вынесет все, что Господь ни пошлет! Но всякому терпению бывает конец. Терпел народ татарщину, а в конце концов свергнул. Терпел крепостное право, но не раз поднимал восстания, пока не освободился. Свергнет народ старый режим, свергнет и новый, большевистский!
Эти алешкинские слова, вложенные им в уста Плужникова, сейчас звучат своевременно, как никогда. Новые большевики оккупировали Россию, новые марголины, шлихтеры и гольдины измываются опять над русским крестьянством. И снова они думают, что пришли навечно.
Когда Алешкин, закончив роман, переправил его за границу в журнал русской эмиграции «Континент», редактор журнала, известный писатель Владимир Максимов был потрясен. Он бросился в парижские библиотеки искать книги Петра Алешкина. Их там, конечно, не было.
Максимов сразу увидел глубину и масштабность романа, почувствовал за блестяще выписанными картинами, нередко жестокими, болевой накал социально-нравственных исканий художника, высоту его устремлений. Один старый вьетнамский поэт сказал: «Рисуя ветку, нужно слышать, как свистит ветер». Алешкин это слышал.
Вглядывание Алешкиным в прошлое, стремление установить свою духовную родословную, вывести ее из отодвинутой вдаль череды поколений тамбовских мужиков совпало к тому же с общим пробудившимся интересом к истории. А здесь была изложена не какая-то частная история, это была летопись знаменитого антоновского восстания. Правдивая летопись. А правда, как известно, есть высшая ценность, добываемая искусством.
Н.А.Бердяев в книге «Русская идея» утверждал, что русский народ нельзя назвать народом культуры по преимуществу, как народы Западной Европы: он народ откровений и вдохновений, не знает меры и легко впадает в крайности. Может быть, и так, но роман Алешкина дополняет: это народ высокой выстраданной идеи.
Еще раз сталкивает жизнь Егора и Мишку. Мишка попадает к антоновцам в плен, и Егор ведет его расстреливать. Но узнает, что Настенька замужем за Мишкой, и ждет ребенка. Он отпускает Мишку.
После жестокого боя с пришедшей на Тамбовщину армией Тухачевского, раненый Егор попадает в плен. Теперь уже Мишка спасает его, выдав за красноармейца.
Заканчивается повествование гибелью Антонова.
Роман необычен по жанру, по стилю, по проблематике, по охвату и сцеплению сцен, событий, главных и эпизодических персонажей. Он требует от читателя не только внимательного чтения, но и большой культуры, сосредоточенности ума и души, способности мыслить о России, ее прошлом, настоящем и будущем, о связи повседневности с событиями масштабными, социально-историческими.
Писатель кропотливо работал над романом. Сама тема требовала высочайшей ответственности. Писал и переписывал эпизоды, создавал и убирал характеры. Зачастую уже не понимал, хорошо это или плохо написано. Думая о судьбе русского крестьянства, он не замыкался в рамках сугубо деревенских и даже сугубо социальных проблем, он мыслил философски, исторически.
Задачи формы как таковой для Алешкина не существует. Он просто живет жизнью своих героев, описывает в образах их внутренние ощущения, и тогда сами герои делают то, что им нужно сделать по их характерам. Он ищет и находит переплетения фабулы, развязки действия во внутренней сущности описываемых лиц, дает волю героям поступать так, как только они одни могут и должны поступить в том положении, в которое он их ставит или они попадают по своему же нраву, по склонностям.