Всего за 200 руб. Купить полную версию
Алевтина на мои шалости никак не реагирует, или делает вид, что это её никак не смущает.
Теперь в Загсе всё прошло чин-по-чину: короткое казённое напутствие, росписи, тугие шлепки печатей в паспортах, и мой друг уже женатый человек. Мужчина.
В тайне я, конечно, завидовал товарищу: вот он уже нашёл свою женщину, ну, девушку, а мне одни какие-то профуры попадаются, или такие, которыё в жёны, по моим тогдашним понятиям, никак не годятся. Скушные какие-то, поговорить не о чём. Вялые, как рыбы на песке. Целый месяц встречаться будешь, пока целоваться разрешат. А губы всё узелком да узелком! Серость. Будни, одним словом! А у Валька праздники теперь каждый день. Везёт же людям!
После Загса мы вчетвером отметились в студенческой столовой, предусмотрительно прихватив большую бутылку портвейна сошла за компот.
Алла, поморщившись на такое угощение, всё же свой стакан, немного поразмыслив, выцедила.
Похлебали борща, пожевали по котлете и разошлись.
После обеда я, по обещанию бригадиру, должен «как штык», быть на рабочем месте. Пошёл, но на полпути завернул к себе в общежитие, расстроенный до невозможности.
Ничего, без меня страна обойдётся!
Проснулся я поздним вечером, осенённый лучшими чувствами к молодожёнам: «Пойду, давай! сказал я сам себе. Поздравлю»
Вспомнил, что без цветов идти нельзя.
По дороге в скверике, где цвели сплошным ковром пионы, оглядываясь по сторонам, воровато накосил большим садовым ножом, который для острастки всегда носил с собой, целый ворох прохладных, бутонистых, как розы, цветов, и, нырнув в кустарник, выскочил подальше от сквера, чтобы моё наглое воровство никто не заподозрил.
Себя успокаивал тем, что скверик ничей, да и осень уже. Всё равно эти цветы-цветики скоро завянут, а тут такой подарок молодым!
В студенческом общежитии вахтёрша, уважительно посмотрев на мой объёмистый букет, назвала комнату, в которой теперь на полном основании поселились молодожёны. Им заботливый профком выделил отдельную комнату живите и размножайтесь! Только учитесь нормально. На периферии семейные учителя, ох, как нужны!
Толкнул дверь не заперта.
На узкой железной кровати, из-за тесноты, наверное, лежала, как под прессом, два в одном с советом и любовью, скороспелая брачная пара.
Охапку цветов я вывалил им прямо на одеяло, извиняясь за неожиданное появление.
Валёк, отпрянув от своей возлюбленной, спокойно потянулся за куревом, а Зинаида, растерявшись, даже не успела прикрыть ослепительные в своей наготе маленькие, цвета спелых яблок, девичьи крепкие грудки.
И меня чуть с ног не сшибли её острые соски. Так выглядят еле раскрывшиеся бутончики пионов в момент первоцветья.
С вином надо в гости ходить назидательно изрёк мой друг. А закуска, она вот она! он показал на стол, где по красной мякоти чернел крупными зёрнами располовиненый арбуз.
Я, было, повернул к двери может, где и достану бутылку? Дежурный магазин на вокзале ещё не закрылся.
Ку-да?! остановил меня Валёк. Плохо о друзьях думаешь вальяжно потянувшись, он вытащил из-под подушки тяжёлый «огнетушитель» вермута местного разлива. Раз пришёл, значит, пить будем. А-то моя супруга, он показал глазами на белый кокон одеяла, из которого лукаво посмеивалась смазливая головка его молодой жены, она ни в какую вина не хочет. Нельзя говорит. А с тобой мы друзья. Хочешь, Алку позову? Алевтина! крикнул он, ударяя кулаком в лёгкую переборку соседней комнаты. Иди сюда! У нас гости!
Ой! вошла, поправляя причёску. Алевтина И вы тут? почему то на «вы» обратилась она ко мне. Я, девушка честная, но выпить за компанию могу, нарочито жеманничая, присела она к столу.
Вермут, несмотря на свой отвратительный вкус, положительно отразился на наших взаимоотношениях и с Алевтиной.
Спал я в её комнате, под дружное сопение соседок.
Легли мы поздно, и соседи с явным откровением похрапывали между паузами. Ихнее непротивление моему появлению нам с Аллой было, как говорится, в руку. За что девочкам низкий поклон и запоздалое «спасибо» от меня теперешнего. Науку я тогда прошёл хорошую О чём под старость никогда не пожалеешь.
5
Вынужденная «болезнь» живота лишила меня полностью премиальных, да ещё пришлось писать объяснительную начальнику участка.
Дело в том, что моему другу пришло в голову на второй день после женитьбы устроить обязательное свадебное путешествие в деревню к своей бабушке, где он последние два года проживал, когда был исключён из школы за недостойное поведение: устроил драку с учителем физкультуры, который, страхуя прыжки через «коня» откровенно лапал девочек.
Правда, потом ему не повезло и в нашей школе.
Валёк к родителям со своей женой не поехал: «Нудные они! Мой героический порыв не поймут. Ну, их!»
Мне, как самому близкому его товарищу, пришлось разделить с ним это путешествие.
«А! Не в деньгах счастье! махнул я рукой, соглашаясь с другом на поездку, и не прогадал.
Хотя «путешествием», двухчасовую тряску по просёлочным дорогам на попутках, назвать трудно, но со мной рядом, то и дело ойкая и хватаясь за меня, ехала и Алевтина. Так что и у меня намечалось тоже, что-то вроде « медовой недели».