Всего за 94.9 руб. Купить полную версию
Слава тебе господи, одно местечко выжала.
«Ну, это хорошо! думает мужик. Одна полоса, значит, покончена».
На другой день опять пошла Арина в поле, выжала местечко и проспала до вечера; и на третий день то же самое, и на четвертый то же самое; так всю неделю и проволочила.
Пора, думает мужик, за снопами в поле ехать.
Приезжает а рожь стоит вся нежатая; кое-где, кое-где выжато местечками, да и то такими, что только человеку улечься. Стал жену искать и видит: лежит она на одном местечке да так-то храпит!
Мужик сейчас домой, захватил ножницы, воротился на жниву, остриг свою бабу наголо; сделал все это и воротился на деревню.
Вот Арина спала, спала, да, наконец, и проснулась; хватилась рукой за голову и говорит сама себе:
Чтой-то попритчилось! Кажись, я Арина, а голова не моя! Пойду домой: коли собака залает, так я, значит, не Арина.
Пришла на деревню прямо к своей избе и спрашивает под окошком:
Что, ваша Арина дома?
Муж смекнул и говорит ей:
Дома!
Тут вылезла из-под ворот собака, не признала хозяйки и бросилась на нее словно на чужую; так за полы и хватает. Арина бегом да бегом, как бы только живой от своего дома уйти!
И пошла она бродить по полю. Мужик сжалился, простил ее, и с той поры стала Арина жать бесхитростно.
Летучий корабль
Жили-были старик да старуха. У них было три сына два старших умниками слыли, а младшего все дурачком звали. Старших старуха любила одевала чисто, кормила вкусно. А младший в дырявой рубашке ходил, черную корку жевал.
Ему, дурачку, все равно: он ничего не смыслит, ничего не понимает!
Вот однажды дошла до той деревни весть: кто построит царю такой корабль, чтоб и по морям ходил и под облаками летал, за того царь свою дочку выдаст.
Решили старшие братья счастья попытать.
Отпустите нас, батюшка и матушка! Авось который-нибудь из нас царским зятем станет!
Снарядила мать старших сыновей, напекла им в дорогу пирогов белых, нажарила-наварила курятины да гусятины:
Ступайте, сыночки!
Отправились братья в лес, стали деревья рубить да пилить. Много нарубили-напилили. А что дальше делать не знают. Стали они спорить да браниться, того и гляди, друг дружке в волосы вцепятся.
Подошел тут к ним старичок и спрашивает:
Из-за чего у вас, молодцы, спор да брань? Может, и я вам какое слово на пользу скажу?
Накинулись оба брата на старичка слушать его не стали, нехорошими словами обругали и прочь прогнали. Ушел старичок. Поругались еще братья, съели все свои припасы, что им мать дала, и возвратились домой ни с чем
Как пришли они, начал проситься младший:
Отпустите теперь меня!
Стали мать и отец отговаривать его да удерживать:
Куда тебе, дурню, тебя волки по дороге съедят!
А дурень знай свое твердит:
Отпустите пойду, и не отпустите пойду!
Видят мать и отец никак с ним не сладишь. Дали ему на дорогу краюху черного сухого хлеба и выпроводили вон из дому.
Взял дурень с собой топор и отправился в лес. Ходил-ходил по лесу и высмотрел высокую сосну: верхушкой в облака эта сосна упирается, обхватить ее впору только троим.
Срубил он сосну, стал ее от сучьев очищать. Подошел к нему старичок.
Здравствуй, говорит, дитятко!
Здравствуй, дедушка!
Что это, дитятко, ты делаешь, на что такое большое дерево срубил?
А вот, дедушка, царь обещал выдать свою дочку за того, кто ему летучий корабль построит, я и строю.
А разве ты сможешь такой корабль смастерить? Это дело мудреное, пожалуй, и не сладишь.
Мудреное не мудреное, а попытаться надо: глядишь, и слажу! Вот и ты кстати пришел: старые люди бывалые, сведущие. Может, ты мне что и присоветуешь.
Старичок говорит:
Ну, коли просишь совет тебе подать, слушай: возьми-ка ты свой топор и отеши эту сосну с боков: вот этак!
И показал, как надо обтесывать.
Послушался дурень старичка обтесал сосну так, как он показывал. Обтесывает он, диву дается: топор так сам и ходит, так и ходит!
Теперь, говорит старичок, обделывай сосну с концов: вот так и вот этак!