Прошу вас, месье Клермон, сдержанно произнес Смолев. Рады приветствовать вас на вилле «Афродита». Моя управляющая Софи вас проводит за стол.
Услышав знакомые голоса из длинной галереи, Алекс спустился по лестнице навстречу друзьям. Виктор Манн и Тереза были нарядно одеты к ужину. Рядом с ними стоял высокий и нескладный грек, сильно сутулясь, словно стесняясь своего роста от этого он походил на худой вопросительный знак. Мужчины обменялись рукопожатиями.
Саша, познакомься, произнес Манн. Профессор Спиро Фасулаки. Искусствовед, эксперт по импрессионистам и постимпрессионистам. Хотя провалиться мне на этом самом месте, если я отличу одних от других. Ох уж эти мне кабинетные ученые: хлебом их не корми, дай все классифицировать!.. Ты меня слушаешь? Саша, ау?
Она сейчас выйдет, Алекс, понимающе улыбнулась Тереза, укоризненно покачав мужу головой и потянув его за руку в сторону верхней террасы. Мы пойдем наверх, не переживайте. Ждем вас за столом!
Да, да, конечно, спасибо! невпопад ответил Алекс. Его взгляд был прикован к дальней двери на галерее. К двери номера первого. Он не успел встретить ее с парома, хлопоты на вилле помешали. Стефанию встретили Манны.
Дальняя дверь распахнулась, и из номера вышла Стефания Моро, испанка с французскими корнями. Увидев Алекса, девушка радостно улыбнулась и направилась к нему своей упругой и танцующей походкой, которая всегда его так восхищала. Она была в длинном греческом платье-тунике цвета шафран, которое ей очень шло. Подойдя к нему очень близко, почти вплотную, она поцеловала его в щеку и тихонько произнесла по-испански:
Hola! Gracias por las flores! Que son hermosas!1
Hola! эхом отозвался Алекс, взяв ее руки в свои и с нежностью глядя в ее смеющиеся зелено-карие глаза. Hola querida! Te extrano, no fueras tan larga!2
Solo cinco dias!3 тихонько рассмеялась она, встряхивая густыми черными волосами.
Es una eternidad!4 покачал он головой.
Не язык музыка! произнес по-английски довольным басом Виктор Манн, выглянув из-за угла. Слушал бы и слушал! Только есть очень хочется, а без вас, милая Стефани, они ведь не начнут!
Да, да, конечно, смущенно перешла на английский Стефани. Давайте же поторопимся!
И все четверо поспешили по лестнице наверх, туда, где Рыжая Соня уже начала волноваться из-за отсутствия Алекса и остальных гостей.
На террасе официанты бодро разносили вино и горячие закуски. Алекс, усадив Маннов и Стефанию, встал во главе стола и, звякнув ложечкой о бокал, попросил внимания у собравшихся.
Дорогие друзья! произнес он по-русски. За его спиной стояла Рыжая Соня и переводила его слова на английский. Я рад приветствовать вас всех на вилле «Афродита»! Желаю вам насладиться отдыхом и чудесной греческой кухней! Приятного аппетита!
Гости, уже разгоряченные вином с виноградника Спанидисов одного из лучших на острове дружно захлопали в ладоши. Вскоре гостей начали обходить официанты с большими подносами в руках и предлагать каждому на выбор понравившееся блюдо. Гости оценили все: и баранину на вертеле, и запеканку, и спагетти с омарами. Внимательно наблюдавшему за гостями, Смолеву было видно, как француженки, закатывая глаза от удовольствия, наслаждались мусакой и запеченной дорадой, молодой художник Гастон от них не отставал.
Солидный швейцарский галерист отдал должное пасте с омарами и баранине на вертеле. «Мутный», как окрестила его Катерина, адвокат Клермон сосредоточился на сувлаки и печеных овощах на гриле, запивая мясо большим количеством домашнего вина. Даже желчный американец, распробовав белое вино из долины, порозовел, лицо его разгладилось, и он уже в который раз просил официанта наделить его очередной двойной порцией тушеного в вине петуха росто и сладкого печеного картофеля с розмарином, поглощая еду с видимым удовольствием.
Солидный швейцарский галерист отдал должное пасте с омарами и баранине на вертеле. «Мутный», как окрестила его Катерина, адвокат Клермон сосредоточился на сувлаки и печеных овощах на гриле, запивая мясо большим количеством домашнего вина. Даже желчный американец, распробовав белое вино из долины, порозовел, лицо его разгладилось, и он уже в который раз просил официанта наделить его очередной двойной порцией тушеного в вине петуха росто и сладкого печеного картофеля с розмарином, поглощая еду с видимым удовольствием.
Манны, как всегда, ели и пробовали все с большим аппетитом, Стефания предпочитала рыбу и овощи на гриле, а забавный профессор-искусствовед из Афинского университета, который, сев за стол, стал еще больше напоминать вопросительный знак, с радостью поедал картофельную запеканку с ягнятиной. Самым счастливым выглядел, конечно, Джеймс Бэрроу. Его «персональное» блюдо с креветками на гриле было гигантских размеров.
Каждый нашел себе блюдо по вкусу, Петрос мог быть доволен!
Кого нет? обеспокоенно шепнул Алекс Рыжей Соне, сидевшей справа от него. Я вижу три пустых места за столом.
Я заметила, босс! Нет Шульца, немецкого журналиста, кивнула Соня, сверившись с записями в маленьком блокнотике с тисненой кожаной обложкой. И двоих греков из восьмого номера. Греки ушли еще с утра, так и не возвращались, а Шульца я видела около двух часов назад, он куда-то очень торопился. Я предупредила его насчет ужина, но он, по-моему, был так погружен в свои мысли, что меня не услышал. А настаивать я постеснялась.