Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Напротив двери, в дальнем углу, стоял большой письменный стол, заваленный бумагами. Шкафы, стол, два стула вот, собственно, и все убранство кабинета смотрителя. Еще журнальный столик, на котором стоял электрический чайник и поднос с посудой.
«Не густо!» подумал Антонидис, оглядевшись. «По крайней мере, действительно прохладней. И намного. Неудивительно, что он в теплом свитере. Если сидеть здесь часами, так и простудиться недолго. Горячего кофе бы сейчас в самый раз!»
Прошу вас, присаживайтесь, предложил хозяин кабинета, словно услышав его мысли. Я сейчас поставлю воду для кофе.
Он долил в чайник воды из кувшина, стоявшего на подносе, и щелкнул выключателем. Чайник негромко зашумел.
Благодарю вас, кивнул Антонидис, плотно усаживаясь на деревянный скрипучий стул. Итак, вернемся к вашему сегодняшнему утру. Расскажите, пожалуйста, все по порядку.
Смотритель присел на краешек другого стула, рядом с чайником. Выслушав полицейского, он кивнул и несколько растерянно развел руками.
Собственно, и рассказывать-то особо нечего. Я уже все рассказал вашему коллеге Понимаете, я сплю мало, ложусь поздно, просыпаюсь на рассвете. Какой сон у стариков? Одно название! Дионисиади снял очки и, подслеповато щурясь, стал их протирать белой бумажной салфеткой. Лицо его приняло усталое и беспомощное выражение, на переносице ясно отпечатался красный след от металлической дужки. Руки смотрителя подрагивали. Вот и вчера допоздна работал с документами: готовил отчет о работе исследовательской группы, что трудилась у нас в замке с весны. Собирал материалы, систематизировал, подшивал, вставлял описания, нумеровал иллюстрации. Вот за этим самым столом Я, видите ли, по образованию историк, специалист по Латинской Империи Впрочем, вам это, наверно, не очень интересно, добавил он, вернув очки на переносицу и взглянув на внимательно слушавшего его полицейского. Так вот, лег спать, когда было уже больше часа ночи. Это в соседнем помещении, за стеной. Там у меня старый диван и небольшой электрокамин, ночами бывает совсем промозгло Проснулся, как всегда, в пять утра. Умылся, заварил кофе. В половине шестого вышел подышать воздухом. Эту привычку я приобрел давно, еще когда у меня была собака Прибилась, знаете, беспородная такая, старая, как и я. Сначала я думал, что будет в тягость, а потом даже обрадовался. Все не так одиноко! В замок ее правда не пускал, сколотил ей будку за пределами двора. Пять лет будет, как умерла, а привычка утренних прогулок у меня осталась. Я обхожу замок вокруг, проверяю, все ли в порядке. Хотя, что с ним может случиться! Иногда прогуливаюсь по ближайшим окрестностям, разминаю старые косточки Я гуляю около двадцати минут, потом завтракаю и снова за работу.
Чайник, шумно булькая, вскипел и, щелкнув, отключился. Старик вздохнул, встал и начал возиться с кофе.
Чайник, шумно булькая, вскипел и, щелкнув, отключился. Старик вздохнул, встал и начал возиться с кофе.
Что было дальше? украдкой взглянув на часы, задал вопрос старший инспектор.
Дальше? вполоборота повернувшись к нему, повторил смотритель, раскладывая кофе по стаканам. Вы простите, у меня только растворимый, вам сколько ложечек? Две? Три? Замечательно. Вот, прошу! Сахар кладите по вкусу!
Дионисиади вручил Антонидису его кружку с дымящимся напитком, поставил перед ним на стол белую керамическую плошку с отколотой ручкой, которая была до половины наполнена желтоватыми кусочками колотого виноградного сахара. Старший инспектор поискал глазами щипчиков не было, тогда он аккуратно пальцами взял два небольших шероховатых на ощупь кристалла, опустил их в кружку и тщательно размешал, стараясь не звенеть ложечкой.
Усевшись на стул с кружкой в руках, смотритель сделал несколько дробных глотков, словно боясь обжечься, дернув острым кадыком на морщинистой шее, и произнес:
Дальше было просто ужасно. Я возвращался в главное здание, вошел с дороги во двор. Я не сразу его увидел, проклятая близорукость! Зрение стало подводить: пришлось много работать с книгами и старыми записями Я практически прошел мимо, погруженный в свои мысли. Заметил его только в самый последний момент. Я Я был совершенно к этому не готов, понимаете? Совершенно! Растерялся, как ребенок. Правда, посмотрел на часы, было без пяти минут шесть, почему-то решил, что это будет важно.
Безусловно, очень важно, кивком подбодрил его полицейский. Продолжайте! Что было дальше?
Дальше я вбежал в кабинет, взял вот в этом телефонном справочнике, старик ткнул пальцем в небольшой томик желтых страниц, на обложке которого значилось «Телефонный справочник Кикладских островов», лежащий на столе, номер полицейского участка и позвонил. Ваш сержант снял трубку. Как мог, я объяснил ему в чем суть, он приказал оставаться на месте до его приезда и дальнейших указаний полиции. Вот, собственно, и все.
Какое-то время они оба молчали. Старший инспектор пил кофе, мучительно пытаясь понять, что именно ему не нравится в рассказе смотрителя. Допив, он поставил кружку на стол.
Другими словами, Дионисиади, вы ничего не видели и не слышали?