Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Есть, конечно, и другая возможность: останки мальчика из общей могилы «реставраторы» разобрали на запчасти к другим скелетам. Всё равно все они были не в комплекте. И до сих пор не хватает примерно половины костей.
Но череп подростка 1215 лет мужского пола, по совершенно обоснованным соображениям официальных гробокопателей, был в общей могиле неуместен. Ему полагалось быть в другом месте.
Но и в другом месте, оказывается, тоже его не было. Не было там останков «Алексея», «сожженного» отдельно вместе с Демидовой (Марией? Анастасией?). А если он был все-таки в общей могиле, то тогда все заявления и клятвы «царицы доказательств» не стоят и тех советских 15 копеек чеканки 30-х годов, лежавших в ямке вместе с 70 граммами чьих-то косточек. Не говорю уже о том, что от показаний судмедэксперта никто отмахнуться (в данном случае, как минимум) не может. Абрамов С. С. был тогда фигурой среди судмедэкспертов весьма авторитетной5. Добавлю: тому, что Рябов вытащил из могильника именно череп «Алексея», мальчика, есть еще одно доказательство, весьма серьезное.
Те, кто убрал череп мальчика из общего могильника, не заметили, что из него выпали два зуба. Их в могильнике заметили, официально находка была задокументирована. Однако, объяснить, как зубы сюда попали, никто не может до сих пор. Особенно обеспокоился тогда по этому поводу судмедэксперт профессор В. Л. Попов он был членом немцовской комиссии. И профессор активно настаивал на молекулярно-генетической экспертизе зубов подростка. Кончилось дело тем, что зубы забрал генетик П. Л. Иванов, член той же комиссии. И они исчезли! Без следа. Как и череп.
П. Л. Иванов потом оправдывался: дескать, он якобы все-таки исследовал злосчастные зубы. Но ни к чему не пришёл. И все они будто бы оказались истрачены для анализа. Безрезультатного. Почему-то.
Он не мог истратить оба зуба совсем без толку, говорил мне Вячеслав Леонидович.
Значит?.. спросил я многозначительно.
Значит многозначительно развел руками профессор.
Все-таки думаю, что анализ П. Иванов провёл материала было больше, чем достаточно. И он убедился, что генетический профиль подростка из могильника указывает: тот мальчик к роду Романовых отношения не имеет. Потому и скрыл.
И это не единственное неприятное для официальных гробокопателей обстоятельство. Одно из многих. О других речь впереди.
Каждый негр Николай Романов
МОЯ ВОЗМУЩЁННАЯ ПРАВАЯ РУКА отказывается что-нибудь писать дальше, если не будут разоблачены ходячие заблуждения о том, что же всё-таки есть молекулярно-генетическая экспертиза на самом деле.
Самое главное: наша новая (после первой «царицы» признания преступника, как определил еще А. Я. Вышинский) «царица доказательств», то есть молекулярно-генетическая экспертиза, не может, просто не в состоянии утверждать или подтверждать что-либо положительное! Не дано ей такое право. Запомните, пожалуйста, уважаемый читатель.
Она не может сказать: «Да! Это, бесспорно, он и только он! Николай Александрович Романов, например. Или она Александра Федоровна, или Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, или ещё кто там!» Новой «царице доказательств» дано лишь одно право с полной определенностью, категорично сказать только одно: «Нет!»
Относительно всех других случаев и возможностей эксперт, проведший молекулярно-генетическую экспертизу, может только осторожно высказаться таким образом: «Не исключено, что объект Х может с такой-то долей вероятности иметь родственное отношение к объекту Y». И на том всё. То есть, экспертиза исключает или не исключает. Дальше пусть работают другие эксперты, следователи и судьи.
Так что если вам кто-либо скажет: «Генетики окончательно и бесспорно установили, что «скелет 4 принадлежит Николаю Второму Романову, а горстка косточек весом 70 граммов останки Марии и Алексея», то знайте, что перед вами либо круглый невежда, либо мошенник и лжец. Можете плюнуть ему в физиономию.
С САМОГО НАЧАЛА «романовского бума», больше 10 лет генетической стороной дела занимался московский специалист Павел Леонидович Иванов. Он проделал несколько десятков экспертиз екатеринбургских костей из Поросёнкова Лога. И все эти экспертизы от первой до последней были «бесспорными и окончательными». Да вот он сам рассказывал на ТВ в программе Александра Гордона «Код идентичности» (09. 10. 2002 г.) И «самый окончательный» результат, полученный П. Ивановым совместно с английским коллегой П. Джиллом тогда у него составлял 98,5 процента уникальности генетического кода скелета 4. Это значит, что 1,5 процента населения могут иметь точно такой же генетический профиль. Статистика выведена применительно к населению Англии, что уже само по себе некорректно с научной точки зрения. Надо было оперировать данными по России. Но в этом случае процент возможных совпадений только повысился бы. Впрочем, геномного банка данных в России до сих пор не существует. Поэтому в дальнейшем все «окончательные» экспертизы П. Иванова и нынче подключившегося к делу профессора Е. Рогаева выводились применительно к населению США или Канады, где, похоже, Романовы не жили и не правили.