Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Поутру, Телемах просит Менелая рассказать всё, что он знает об его отце, потом жалуется на обнаглевших женихов Пенелопы. Менелай в гневе пророчит, Одиссей, вернувшись, поубивает их всех; рассказывает про свою встречу с дочерью морского бога, Эйдофеей, которая, выспросив у Менелая причину его скорби, учит его, как справиться с её отцом, морским богом, царём морских зверей Протеем, которому ведомо всё. Менелай с помощью товарищей ловит Протея, который превращается в разных чудовищ, чтобы напугать их; смирив старца, узнаёт от него о гибели Аякса Оилида, прогневавшего Посейдона, об убийстве брата Агамемнона, который пал жертвой предательства супруги Клитемнестры и племянника Эгиста, совратившего её.
Когда Агамемнон, спасаясь от бури, причаливает к области брата Атрея, Фиеста, где живёт уже сын Фиеста, Эгист, тот, прелюбодействуя с Клитемнестрой, выставляет дозорного, заплатив ему два таланта золота, пусть он вовремя предупредит о возвращении Агамемнона. Дозорный предупреждает Эгиста, тот устраивает засаду, убивая Агамемнона со всеми его спутниками. Потом Протей рассказывает Менелаю о судьбе царя Одиссея, которого много лет держит у себя богиня-нимфа Калипсо. Также старец предсказывает Менелаю не смерть, но бессмертие на Елисейских полях, так как он является зятем самого Дия. Менелай собирает сыну своего друга Одиссея богатые подарки.
В Итаке женихи Пенелопы неожиданно узнают от Ноемона Фронида, давшего корабль Телемаху, Телемах отбыл на корабле в Пилос и Спарту; женихи очень встревожены этим. Жених Антиной предлагает устроить засаду на корабле между Итакой и Замом, и убить Телемаха, встретив его на обратном пути.
Вестник Медонт приносит весть о заговоре женихов на убийство Телемаха Пенелопе, отчего та совершенно убита горем. Нянька Евриклея успокаивает её, а богиня Афина, которой Пенелопа молится, насылает на неё лёгкий Сон, в котором обещает Пенелопе, явившись к ней в образе сестры Ифтимы, сын её вернётся невредимым. Женихи снаряжают корабль и отправляются в засаду.
Стольный град Лакедемон, холмами объятый, увидев,
В дом царя Менелая, покрытого славой, пришли.
Пир богатый давал многочисленным сродникам, дивно
Свадьбу сына и дочери празднуя в царстве земли.
К сыну там Ахиллеса воителя дочь посылали, {5}
Уж давно с ним в троянской земле договор заключив,
Выдавать за него, и теперь боги их сочетали;
Молодую невесту, ей дав колесниц и коней,
К мирмидонцам, где царствует светлый жених, снаряжали.
В Спарте дочку Алектора выбрал невесткой своей, {10}
Сыну, крепкому силой, прижитому с девой рабыней
В поздний час, Мегапенту. Елене не стали детей,
Боги с пор даровать, как родилась, подобна богине
Афродите прекрасной, златой, Гермиона, их дочь.
Так пируя в богато украшенных царских гостиных, {15}
И родня, и друзья Менелая гуляя всю ночь,
Веселились тогда; под формингу певец вдохновенный
Песни пел перед ними, и два скомороха, точь-в-точь
Соглашая с формингой прыжки, посреди их вертелись.
Телемах благородный, и Нестора славный сам сын, {20}
Прибыв к царскому дому, на двор из коляски хотели
Выйти; встретил их прежде других Этеон. Он один
Спутник верный царя Менелая, великого свата,
С вестью этой по дому пошёл, чтоб узнал господин.
Близ к нему подошедши, он бросил и слово крылато: {25}
«Менелай, благородный питомец богов, гостя два,
Иноземца, из племени Дия, детьми что богато.
Что прикажешь? Распрячь ли их быстрых коней? Отказать
Им, чтоб те у других для себя угощенья искали?»
Отвечал Менелай русокудрый, прогневан сперва: {30}
«Этеон Боэфид, ты всегда малоумен едва ли
Был, теперь же бессмысленный вздор говоришь, как малыш;
Сами мы, испытав гостелюбие в странствии дальнем,
Напоследок покоимся дома, и Зевс дарит тишь,
Нашим бедам конец. Отпрягайте коней их; героев {35}
Странных двух на семейственный пир наш сейчас пригласишь»,
Так сказал. Убежал тот из зала скорей, за собою
Зовёт многих из царских проворных рабов, повелев
Упряжь с быстрых коней, орошённую потом, пристроить,
К яслям в царской конюшне голодных коней ставить в хлев; {40}
В ясли полбы насыпать, замешанной с ячменем белым;
И к сверкавшей стене колесницу потом опереть.
Гости были в божественный дом введены; очумели
Дому милого богу царя-базилевса. Все дни
Лучезарно, как на небе светлое Солнце, иль месяц, {45}
Было в доме царя Менелая, чья слава звенит.
И глаза, наконец, удовольствовав сладостным зреньем,
Стали в гладких купальнях водой омываться они;
Омывали, натёрли рабыни их чистым елеем,
В тонких платьях, облекшись в косматые мантии, тут {50}
С Менелаем Атридом на пышные кресла воссели.
Поднесла на лохани серебряной, рук сполоснуть
Им студёной воды золотой рукомойник рабыня;
И потом пододвинула стол; на него всё кладут,
Домовитая ключница с разным съестным, из корзины {55}
Выдаёт им охотно; на блюдах, подняв высоко,
Поднесла на лохани серебряной, рук сполоснуть
Им студёной воды золотой рукомойник рабыня;
И потом пододвинула стол; на него всё кладут,
Домовитая ключница с разным съестным, из корзины {55}
Выдаёт им охотно; на блюдах, подняв высоко,
Мяса разного кравчий принёс, и его предложил им,