Терентiй Травнiкъ - Альфа Вита. Духовная поэзия стр 4.

Вечереет Повечерие звучит,
Льется в переулках тихим светом
И лампадкой масляной горит,
Светлячком мерцая незаметным.

В окнах храма свечные сполохи,
Вдоль домов сиреневая тень.
И дрожат на колокольне вздохи,
Завершая уходящий день.

Скрипнет дверь, в прихрамовую темень
Кто-то одинокий проскользнет.
И прохожий запоздалой тенью
С перекрестьем не спеша пройдет.

И только мальчик на мосту
Большими, как печаль, глазами
Смотрел, как в вечере тонул
Обычный день и как кругами

В закатной глади вместе с ним
Зеваки молча расходились.
И в главках русских чипполин
Вечерним золотом искрились

Не уложившиеся в стих
Те, кто назвался безразмерным.
О, если б знали, сколько их 
Не просто оглашенных  верных!

То в небо можно не смотреть,
Где видишь, что повсюду небо.
А не какая-то там треть! 
Треть, о которой прежде ведал!

Так вечер медленно менял
Тона, тональности, оттенки
Дня, уходящего в развал.
Всё стало вдруг в один момент им,

Всё стало с тёмным в синеву 
И ты, и я, и между нами
И мост, и мальчик на мосту
С большими, как печаль, глазами

Шли на запад с востока солдаты,
Сколько зим уж прошло, сколько лет.
В прошлом веке, точней, в сорок пятом,
Появилась Победа на свет.
На дорогах войны миротворцы
Преломляли тела, как могли,
И стекала винозная кровь
В омедненную гильзу земли.
В дар несли золотые медали,
Порох ладана, смирну от слез.
И сияла звезда над Рейхстагом,
И встречал их Воскресший Христос.
Ветераны, несущие раны
От креста Второй мировой,
Ветром мира для мира вы стали
И остались в нем Вечной Весной.

По Владимирской дороге, утопая в грязи,
Мужичок шел убогий со крестом на груди,
Отбивая поклоны и молитву творя
За детей, что в остроге умирают, любя.

А вокруг только прах, что оставила нам
Та старуха немая, что идет по пятам,
Всех равняя с травою под косою слепою,
И рожденный цветок будет скошенным в срок.

Эй ты, лапотник русский, дворянин с топором,
С беспредельной душою да заштопанным ртом
Под Смоленском ограблен, под Рязанью убит
И в проваленной яме под крестом пьяный спит.

А за белой стеною идет яблочный торг,
Там меняют кресты на билет в светлый морг,
Там ты можешь узнать, сколько стоит душа,
Литр водки  две «Кати», а душа  ни шиша.

Ну а в городе стольном раскупается люд,
И застой стал застольным: похмеляются, пьют,
Ну а руки хоть в перстнях, под камнями кровь,
Каждый день здесь Христос распинается вновь.

И оглохший звонарь, превратившись в язык,
Своим телом о бронзу, как о вражеский штык,
В колокольном вопле решил умереть,
Чтоб озябшую Русь своей смертью согреть.

От рук зависит  крест ты или нет.
Такое право руки возымели 
Соделывать крест птицею небес.
А ты  всё столб,
остолбеневший в теле.
По стойке смирно ходишь и лежишь,
Обвисли руки, как поникли ветви.
Взмахни крылами, возжелай, расслышь,
Вернись на крест,
Очнись,
Проснись,
Воскресни!
И допиши совсем другой куплет
К рождённой  в славе
человека  песне.

Кидайте в небо белых голубей
Своих открытий, радостей, свершений,
Своих доброт, терпений и прощений 
Кидайте в небо белых голубей.
Кидайте в небо белых голубей,
Играйте белоснежностью летящей 
Всем тем, что в вас хранится настоящим,
Очищенным от плевела страстей.
Кидайте в небо белых голубей 
Надежды вашей, жертвенности пылкой
И бескорыстной трепетной любви 
Кидайте в небо белых голубей.
Начните кистью, дорисуйте скрипкой,
Пусть в голубом купаются они.
Смотрите!  Солнце, голуби и небо,
Белеет парус в небе голубом.
Ещё немного  и коснется света,
И впустит его истина в свой дом.

Кидайте в небо белых голубей
Своих открытий, радостей, свершений,
Своих доброт, терпений и прощений 
Кидайте в небо белых голубей.
Кидайте в небо белых голубей,
Играйте белоснежностью летящей 
Всем тем, что в вас хранится настоящим,
Очищенным от плевела страстей.
Кидайте в небо белых голубей 
Надежды вашей, жертвенности пылкой
И бескорыстной трепетной любви 
Кидайте в небо белых голубей.
Начните кистью, дорисуйте скрипкой,
Пусть в голубом купаются они.
Смотрите!  Солнце, голуби и небо,
Белеет парус в небе голубом.
Ещё немного  и коснется света,
И впустит его истина в свой дом.

Вокруг меня одна Россия 
На тыщи вёрст! На тыщи вёрст 
Туманы сине-голубые
Да бездорожий перехлёст.
Закатной медью пламенеют
То ль свечи, то ли купола.
И звоногласным повечерьем
Поют хвалу Творцу церква.
Вокруг меня одна Россия 
Не та, что будет,  та, что есть.
Что время!.. Ты и впрямь бессильно
Перед несущими свой крест!..

Обычно так: встаёт над полем,
Неспешно разводя туман,
Рассвет, благословляя волю,
Разжав полуночный капкан.
И сине-васильковой птицей
На доли солнце обогнав,
Взлетает воля по крупицам,
Рассеяв утро. Купола,
Завидев солнца край, невольно
Искрят, и сельский малый храм,
Вдохнув на полную раздолья,
Разносит звон по сторонам.
И следом, солнечнопрогретым,
Со звонницы во все края
Летит волною вольной лето,
Благовествуя и даря.
И слышится повсюду пенье.
Знакомым словом ектинья
Взывает к Вышнему прошеньем,
И вторит русская земля:
Помилуй мя
Помилуй мя!