Всего за 479 руб. Купить полную версию
«Извините», говорит он, отворачиваясь.
На парковке женщина со своей дочерью рассказывают, что в Порт-Артуре так и не простили Дженис за критику в адрес города и штата и до сих пор с неприязнью относятся к ее образу жизни, голосу и рок-н-роллу. В этот момент до меня доходит: ведь это же Библейский пояс Техаса, и прошедшие двадцать лет никак не изменили предрассудки горожан в отношении Дженис. Как будто бы все достижения контркультуры 1960-х с их прорывом в области гражданских прав, ниспровержением Джонсона и Никсона[8], окончанием войны во Вьетнаме, сексуальной революцией, улучшением положения женщин и сексуальных меньшинств попросту никогда не происходили. Меня переполняет странное чувство. Кажется, что вселенная подошла к пределам городской черты Порт-Артура и резко остановилась.
В понедельник в компании одноклассника Дженис по имени Клифф Ходжис я отправился в среднюю школу, где она училась первые два года. Теперь школа поменяла свой статус на неполную среднюю; стоящие перед ней милые девочки флиртуют с нами, желая узнать все о моем новом пятилитровом кабриолете Mustang GT. Намекают на то, что не против прокатиться. Это компания дерзких прекрасных маленьких лолит, стоящих на пороге взрослой жизни, прямо как Дженис в их возрасте. Внутри красивого краснокирпичного здания в колониальном стиле у меня происходит перепалка с сотрудницей школы, которая беспощадно критикует Дженис. Неожиданно заведение кажется мне уродливым и зловещим точно таким оно казалось и Дженис, и я ухожу оттуда. В 1959-м средняя школа переехала в новый кампус на шоссе Твин Сити. Туда я и направляюсь.
Средняя школа Томаса Джефферсона представляет собой огромное строение 1950-х годов из стекла и стали типичная архитектура эпохи Эйзенхауэра. Рядом с главным корпусом стоят две круглые постройки из бетона, вмещающие спортивный и актовый залы; их часто называют «Титьки-близнецы»[9]. В кабинете директора несколько сотрудников приветствуют меня и приносят копии ежегодных фотоальбомов. Все фотографии Дженис вырезаны из них, однако одно ее фото в рамке висит на стене коридора в ряду снимков известных выпускников школы. Среди них Раушенберг (выпуск-1944), Джимми Джонсон, тренер Dallas Cowboys[10]; Аллан Шиверс, губернатор Техаса с 1949 по 1957 год; актер Дж. У. Бейли, сыгравший в «Полицейской академии».
Юноша, мать которого ходила в школу вместе с Дженис, говорит, что сегодня порядки в ней такие же суровые, как и в те времена. «Я гей, признаётся он, и несколько парней сказали, что убьют меня, если я только покажусь перед школой. Я собираюсь бросить ее и самостоятельно сдать тест на аттестат зрелости».
После ланча я иду в музыкальный магазин в торговом центре, чтобы купить все записи Дженис. Его владелец, Тед Примо, указывает на забетонированную площадку прямо перед магазином: «Она постоянно зависала там, говорит он. Дети приходили туда во время ланча и ели в маленьком ресторанчике во дворе. Потом она шла сюда разглядывать пластинки».
Тед рассказывает мне о выставке в библиотеке Гейтс в Университете Ламар, посвященной Дженис Джоплин, и на следующий день я звоню президенту вуза Сэму Монро. Он настаивает, что на самом деле Дженис не была несчастлива в Порт-Артуре, а все ее нападки на Техас были необходимы лишь для того, чтобы утвердиться в образе бунтарки. «Посмотрите на ее выпускные альбомы на выставке, говорит он. Количество памятных надписей от друзей в них свидетельствует, что у нее была своя группа поддержки».
Выставка находится в импозантном классическом здании из белого камня, стоящем через дорогу. Библиотекарь Джанин достает выпускной альбом под названием «Желтая куртка»[11] из стеклянного ящика, и я начинаю читать послания, которые оставили друзья Дженис около тридцати лет назад. Записка от Тарри Оуэнса, «Эсквайра», была пугающей: по его мнению, Дженис проживет дольше, если будет злой; он напоминает ей о веселье в классе «старой ведьмы Данн». Ди Ди написал, что, несмотря на свою неоднозначную репутацию, Дженис оказалась «окей». Карлин хвастается тем, какими потрясающими были два парня по имени Джим и Кеннет, и жалеет, что Дженис не удалось повеселиться с ними. Брент (Бадди) Берни поздравил Дженис с тем, что она исправилась. Кто-то, подписавшийся «Тузом», сообщил ей, что она помешана на парнях, а следовало бы держать себя в руках.
У Дженис однозначно была своя группа поддержки, но почему-то только одна надпись кажется мне сделанной счастливым человеком. «Ты самое красивое школьное барахло, написал светловолосый короткостриженый крепыш Билли МакДаффи, и просто самая милая девушка». Он не шутил. Несколько недель спустя я встречусь с ним в Гринвилле, Техас, и он расскажет, как носил Дженис на плечах через костры на вечеринках встреч выпускников. После они переезжали Береговой канал, чтобы попасть на остров Плэже, где парковались и целовались.
«Почему у вас нет улицы в честь Дженис Джоплин? спрашиваю я элегантную женщину в офисе мэра. У вас есть шоссе Мартина Лютера Кинга-мл., а он даже не жил здесь».
«А нас никто и не спрашивал», с невозмутимой вежливостью отвечает Ивонн Саверлин. Из окон офиса открывается панорамный вид на нефтеперерабатывающий завод Texaco, острова залива, район Сабин Пасс и болота Луизианы. Мэра Мэри Эллен Саммертин сегодня нет, и я беру интервью у ее ассистентки Ивонн, которая рассказывает: «Что касается шоссе Мартина Лютера Кинга-мл. пять членов городского совета черные. Пойдемте, я познакомлю вас». Мы проходим в офис Корнелиуса (Курта) Богани, афроамериканца, которому я задаю тот же вопрос, добавляя: «Ваша средняя школа названа в честь Томаса Джефферсона, который родился в Вирджинии. Разве никто не понимает, что Дженис единственная знаменитость из Порт-Артура?»