Всего за 349 руб. Купить полную версию
Как решать эту проблему пока не придумал. Теперь было понятно, что просто начистить морду наёмнику нельзя, его даже пальцем тронуть нельзя. Поэтому пока пришлось племяшку приютить у себя.
Привела девушку во дворец её мать родственница Градислава. Та была какой-то сестрой мужчины, только вот он не помнил какой степени родства. Поселение, откуда родом был мужчина, состояло из одних только родственников. Началось всё с хутора в один дом. Потом отец помог младшим сыновьям отстроить дома и те с семьями поселились по соседству. В доме отца остался лишь старший сын наследник. Так и повелось. Старший сын остаётся в доме отца, младшие строятся и селятся рядом. Постепенно хутор становился всё больше и больше. Так и дорос до целого поселения, теперь уже почти города. И все были друг другу родственника разной степени родства.
Имени кузины Градислав не помнил, а может и не знал никогда. Да и как племяшку зовут забыл. Сестра говорила, но у него из головы вылетело. Думал пристроит девку на службу и забудет о её существовании. Кто ж знал, что вот так выйдет придётся защищать родственница всё ж таки.
Племяшка ходила в младших помощницах. Если нужна была помощь на кухне помогала на кухне. Нужно было помочь убраться в комнатах помогала с уборкой. Воду принести значит за водой шла. Продукты в кладовой разложить, значит шла и помогала там. Вместе с ней было ещё несколько таких работников в основном все ещё подростки. Градиславу казалось, что племяшка старше, чем выглядит, особенно когда он перехватывал её пытливый не детский взгляд, но она тогда тут же делала невинное, если не сказать придурковатое лицо и глаза прятала.
В младших помощниках в основном ходили дети лет четырнадцати, чуть старше или чуть младше. Продолжалось это пока они не начинали проявлять себя в каком-то деле. Вот тогда их определяли уже в помощники конкретному мастеру: либо повару при кухне, либо садовнику или скорняку, ткачу или обувщику. Если ж никак себя не проявлял, то так и оставался при дворце слугой на расхват. Дети старались прибиться к какому-нибудь мастеру тогда и профессии можно было обучиться, и из дворца в конце концов уйти. Да не просто уйти, а ещё и уметь на хлеб себе заработать. Если же стать хорошим мастером, то будет и почёт, и уважение, а с ними и заработок приличный. Значит и дом можно будет построить, и семью завести.
Дети попадали в услужение, во дворец ли или просто в какой богатый дом, когда семья прокормить ребёнка не могла. Старшие успевали вырасти, может даже наследство получить. Младших ещё поднять надо было, хотя бы ходить выучить, а вот средние дети оказывались лишними ртами. Их-то чаще всего в услужение и пристраивали, по существу, почти что в рабство отдавали. Хорошо если везло с хозяином, тогда это рабством не назовёшь. Но были и такие хозяева, где было не сладко.
Самым лучшим, конечно, было попасть во дворец. Здесь кусок хлеба всегда находился на лишний рот, как и работа. Тут рук лишних не бывало. Вот так и вышло, что детей-подростков во дворце было около двадцати. Хоть они и стремились обрести профессию, но всё равно оставались ещё пока детьми, а значит при случае умудрялись сбежать из дворца, то яблоки в саду воровать, то на реку купаться, то по грибы-ягоды в ближайший лес, а то и просто где-нибудь в лесу на полянке завалиться болтать и дурачиться.
Самым лучшим, конечно, было попасть во дворец. Здесь кусок хлеба всегда находился на лишний рот, как и работа. Тут рук лишних не бывало. Вот так и вышло, что детей-подростков во дворце было около двадцати. Хоть они и стремились обрести профессию, но всё равно оставались ещё пока детьми, а значит при случае умудрялись сбежать из дворца, то яблоки в саду воровать, то на реку купаться, то по грибы-ягоды в ближайший лес, а то и просто где-нибудь в лесу на полянке завалиться болтать и дурачиться.
Взбучку за отсутствие они могли получить только в том случае, если в замке случался аврал, срочно нужны были дополнительные руки, а их-то и не было. Вот тогда и нагоняй могли получить от управительницы-ключницы, а то и битыми быть. Хотя последнее случалось редко. Взбучка это да. Битьё же в редких случаях, если уж кто-то сильно провинился.
«Девки у меня уже с месяц не было, думал Градислав, вот и приснилась эта околесица».
Он все никак не мог отойти ото сна. Во дворце были девки, которые не прочь переночевать с воином, кто-то в надежде на продолжение романа, кто-то в надежде на серьёзные отношения, а кому-то важно было просто иметь покровителя, чтобы никто больше не лез. Вообще в замке царили свободные нравы. Были и такие девицы, что не особо разбирались с кем, когда и где. Таких было не много, и большинство обитателей замка всё-таки их порицали, и при этом мужчины были охочи и до таких барышень. Градислав пока тоже чаще общался именно с подобными, о сколько-нибудь серьёзных отношениях не думал.
У самого барона тоже постоянно было три-четыре наложницы, а то и больше. Жениться он по каким-то причинам не хотел. Наследников тоже не требовал, да и не получалось их. Наложницы же в конце концов надоедали барону и тогда девушку отправляли восвояси, обычно позволяя забрать с собой все свои вещи, подарки барона и даже какое-то небольшое состояние. Довольно часто барон, верней его поверенный, находил бывшей наложнице мужа. В замке же появлялась новая избранница, которая некоторое время занимала всё внимание барона. Редко-редко, когда кто-то из наложниц оставался в замке, в качестве подруги кого-нибудь из подчинённых барона. В этом случае её долгом было не попадаться на глаза владыке замка.