Всего за 159 руб. Купить полную версию
Огромные ворота закрыты тяжелыми резными дверями. Их металлическая ковка блестит на солнце. По бокам несут службу воины в каких-то хламидах синего цвета. Издалека сложно разглядеть детали, да и в моей ситуации это совершенно не нужно. Их головы спрятаны под широкополыми шляпами. Вдоль строя гарцует всадник на черном коне. Сразу видно: серьезные товарищи.
По периметру площади рядами стоят люди. Я вижу в основном бедняков, одетых в темные бесформенные робы, но изредка мелькают и яркие наряды. Знати тоже интересно посмотреть, как будут сжигать ведьму. Зевак сдерживают стражники в длиннополых рубахах. Их крепкие торсы перетягивают крест-накрест кожаные ремни.
И что натворила эта несчастная девушка. Кстати, а куда она исчезла? Я же занимаю теперь ее тело. Или она от страха испарилась? Ладно, разберёмся как-нибудь.
Я трогаю жерди клетки, крепкие, ничего не скажешь. Из толпы вырывается женщина и бросается к повозке.
Лиана, нет! Лиана! Люди, сжальтесь!
К ней тут же бросаются стражники, посланные высоким стариком, похожим на Карпова. «Ну, погоди, мерзкий гад! Я тебе ещё покажу!» думаю я, хотя, что покажу, когда и как, совершенно не представляю.
Опускаю глаза и рассматриваю себя. Вернее, это уже не я. Тоненькие ручки и ножки, бледная кожа, покрытая золотистым пушком, россыпь веснушек. Вот зараза! Кажется, эта девушка рыжая! Подношу к глазам прядь волос: точно!
Мне жалко эту несчастную жертву (вот только неизвестно, может, как раз счастливую, раз сумела меня из другого мира выдернуть и вместо себя в клетку сунуть), но принимать на себя ее судьбу не собираюсь. Пусть Лиана живет своей жизнью, а я буду жить своей. Даже помирюсь с профессором, слово даю!
Я бросаю мимолетный взгляд на небо и прошепчу себе под нос:
«Господи, если это ты мне устроил веселое испытание, то умоляю, заканчивай со своими играми скорей. Мне домой надо. У бабули сердце слабое, боюсь, заболеет».
Реакции никакой, глухо! «Вселенная спит, положив на лапу с клещами звезд огромное ухо», сказал бы великий Маяковский. Но я нисколько не он, поэтому только вздыхаю, глядя на ясное, без единого облачка небо.
«И как эти люди хотят получить дождь с помощью жертвоприношения, не понимаю?» думаю я, но закончить размышления не успеваю: меня так же, как и в первый раз, вытаскивают из клетки и тянут к кострищу.
Я не сопротивляюсь, не хочу получать удары палкой, а вот поворковать со стражниками можно. Чем черт не шутит! Вдруг смилостивятся и отпустят.
Мальчики, а что я сделала? слезным голосом бедной овечки спрашиваю я.
Парни, которые уже прислонили меня к столбу и приготовились обматывать веревками, застывают и растерянно переглядываются.
Молчи, Лиана! вдруг шепчет один, совсем еще мальчик, лет пятнадцати.
Ты меня знаешь? я резко поворачиваюсь к нему, задеваю небольшую жердь, и она с грохотом сваливается с помоста.
Ко мне бросаются еще двое.
У-у-у, ведьма! рычит один и даже поднимает руку для удара.
Ну, почему сразу ведьма! Я же вас не обзываю. Просто хочу понять, что я сделала не так. Вот смотрите, разве эти маленькие ручки могут кого-то обидеть?
Я протягиваю ладони, но стражники бледнеют и шарахаются в стороны.
Доложи его священству, шипит тот, кого я назвала толстоморденьким. У него и вправду лицо круглое, как луна. Колдовать собирается.
«Черт, немного переборщила. Пугливые какие!»
Страшно, говорит тихо второй. Вдруг порчу нашлет.
Ну, что вы! Какую порчу! Я же ничего не умею, даже пальцем вас не трону. Делайте мирно свою работу, мальчики, делайте. Если, как вы говорите, я ведьма, то почему не могу вызвать дождь? Вот топну ногой, и вас зальет водой.
Стражники озадаченно смотрят на меня. Кажется, в их дремучие головы даже не приходила такая мысль.
Молчи, Лиана, толкает меня в бок юнец.
А зачем молчать, если вы все равно готовитесь меня сжечь? Какой смысл?
Вам, ведьмам веры нет, осторожно приближается круглолицый, поднимает веревку, но боится меня коснуться.
Что ж, и это можно назвать успехом в достигнутом перемирии. Просить помощи у толпы я больше не буду, к старику, чертовски похожему на профессора Карпова, тоже обращаться не стану: бесполезно. Нужно искать новый путь спасения.
И проведение словно слышит мою просьбу: звуки труб оглашают прибытие кого-то важного, и мгновенно стихает возбужденная толпа. Ворота в стене со скрипом раскрываются, в пролёте показывается всадник в белых одеждах на белом коне.
Он картинно останавливается, будто ждет, когда его окружат воины в хламидах, а потом направляет коня к помосту. Красавец скакун танцует по мостовой, словно приглашает зрителей полюбоваться собой.
На кол-е-е-е-ни, разносится крик глашатаев. Склонить головы перед его величеством.
«Ах, вот это кто! Ничего такой, крепенький, с любопытством оглядываю я короля, который направляет коня неспешным шагом вдоль рядов. Вот он и сможет меня освободить!»
Но разглядеть правителя в деталях не удается. Его белый плащ с золотым подбоем широкими складками покрывает круп лошади. А застегнуто это одеяние на драгоценную пряжку, которая отражает яркие лучи солнца. Рассмотреть лицо правителя за этим сиянием невозможно. Но по горделивой осанке понимаю, что он молод, и все.