Всего за 159 руб. Купить полную версию
Эх, Натаха, Натаха! Явно не туда смотрела.
Мы договариваемся назавтра вместе сходить к той луже и провести эксперимент.
Лекция профессора назначена по расписанию на раннее утро. Мне всю ночь снилось, что я стою, привязанная к столбу, а стражники поджигают под ногами хворост. И вот уже дым тянется к небу, огонь маленькими всполохами разбегается по сухим веткам и начинает приближаться ко мне. Ещё секунда, и вспыхнет лёгкая туника.
А-а-а
Я просыпаюсь с ужасом и ощупываю себя. Облегчение волной прокатывается по телу. Слава богу! Я дома, в своей постели, а рядом, на тумбочке, верещит будильник.
По дороге в университет я немного прихожу в себя. Нужно спросить у профессора, был ли он вчера на той площади. Карпов идёт по коридору размашистым шагом, приближается ко мне, но смотрит в сторону. Все понятно: хочет меня наказать. И плевать! Нам не детей крестить!
День проходит без приключений, но мысль, расспросить Карпова, сверлит виски, думать больше ни о чем не могу. Я все-таки дожидаюсь его возле деканата и бросаюсь навстречу.
Игорь Дмитриевич, я вас вчера видела на площади.
На какой?
Там, где готовились сжигать ведьму.
Карпов смотрит озадаченно, так и кажется, что сейчас покрутит пальцем у виска.
Барышня э-э-э Скорость, это новый способ протеста?
О чем вы?
Разыгрывать преподавателя безумными шутками. Где-то ведётся съемка?
Он подозрительно оглядывается.
Но какая съемка? теряюсь я. Я серьезно.
Идите, барышня Скорость, своей дорогой! Иначе
Что будет, когда наступит это «иначе», я не жду. Киваю на прощание и бегу к Инне, которая ждёт меня у выхода.
И чего ты добиваешься? набрасывается она. Хочешь, чтобы тебя из универа выкинули?
Не хочу, но я должна разобраться.
Карпов, знаешь, какой вредный! Он же теперь тебе жизнь испортит.
От нравоучений Инны становится вообще плохо. Придётся принять, что вчерашнее приключение было всего лишь игрой моего воображения.
Пойдем к луже. Если и там ничего не сработает, тогда я пойму, что это глюки, и отправлюсь прямиком в психушку.
Лужу я нахожу не сразу. Таких, как она, великое множество. Мы внимательно разглядываем асфальт, словно потеряли драгоценность, но все ямки и бороздки кажутся одинаковыми.
Мимо проезжает иномарка и вдруг тормозит возле нас. Рука, украшенная дорогими часами, открывает дверь.
Девушки, не хотите прокатиться?
Я ошарашенно смотрю на часы. Черт! Той же марки, что и вчерашние. День Сурка или новый глюк?
Поезжайте, дядя, своей дорогой! отвечает за меня Инна.
Лужа, шепчу я помертвевшими губами.
Что лужа?
Нет ее.
Так, может, не причина не в ней?
Как же. Место тоже, иномарка такая же, а лужи нет.
Это ни о чем не говорит. Мужики на тачке могут каждый день в это время на обед ездить, вот и совпало. Вспоминай, что еще было.
Красная лента.
Приехали! Инна всплескивает руками. А она откуда взялась?
Леший знает. Просто спустилась с неба и прямо мне на ногу. И в другом мире тоже она была.
Как интересно! Слушай, ты говорила, что тебя хотели сжечь на костре как ведьму так?
Ну
А вдруг та девушка Лиана действительно ведьма? Почувствовала опасность и быстренько сделала переклад.
А Боже! А это что такое?
Так ведьмы от себя беду отводят. Заговаривают какую-нибудь вещь и выбрасывают. Тот, кто поднимает, на себя берет судьбу.
Но я не поднимала, она сама
И вдруг мимо носа мелькает красный цвет: лента опускается мне на плечо.
Видишь! с омерзением смотрю на зловещую полоску и уже заношу над ней руку, чтобы смахнуть ее.
Не смей! кричит Инна.
Поздно.
Рефлексы срабатывают быстрее предупреждения подруги, и широкий, оживлённый проспект исчезает: опять сижу в клетке, и меня везут мимо зрителей к постаменту.
Глава 4
Но в этот раз я более спокойно принимаю ситуацию, даже интересно становится. Если смогла вернуться домой один раз, смогу и в другой, главное, не прикасаться ни к каким красным лентам.
«Так, Наташа, соберись! уговариваю себя. Это всего лишь сон, фантазия. Во сне люди даже умирают, а утром смеются над своими страхами».
Но на всякий случай решаю провести рекогносцировку на местности, как говорит мой дед бывший офицер-разведчик. Нужно подготовить пути к отступлению. Спасение утопающих дело рук самих утопающих, и в этом я убедилась в прошлый раз.
Теперь я уже внимательно оглядываюсь вокруг. Передо мной квадратная площадь, покрытая булыжниками. Копыта лошадки, впряжённой в повозку, звонко цокают по камням. Вдоль узкой улочки располагаются лавки, какие-то лотки и развалы со всякой всячиной. За ними высятся дома первый этаж каменный, второй деревянный, опоясанный длинной галереей. Эти кишкообразные балконы тоже полны людей. Я даже чувствую беспокойство за их жизни. Кажется, малейшее движение, и неустойчивое сооружение рухнет на землю.
Дальняя сторона площади высокая каменная стена. Она уходит в бока и скрывается из глаз в густой зелени.
Сразу понятно, что за ней находится какой-то важный объект, потому что в стене я вижу узкие окна, их раньше их называли бойницами. Наверху на равных промежутках торчат столбики. Возле каждого стоит лучник в боевой готовности. Я насчитываю десять человек.
Сразу понятно, что за ней находится какой-то важный объект, потому что в стене я вижу узкие окна, их раньше их называли бойницами. Наверху на равных промежутках торчат столбики. Возле каждого стоит лучник в боевой готовности. Я насчитываю десять человек.