Всего за 399 руб. Купить полную версию
Выше я привел фрагмент из Сикорского, где говорится об «одержимых лидерах», у которых гордыня и самоуверенность зашкаливают, у которых способность лгать и убивать реализуется в масштабах государств и даже всего мира. Это, например, Наполеон и Гитлер. Недаром второго называли «бесноватым». Более точным его определением было бы «бесоподобный».
Работа Сикорского «Незримая борьба» писалась сразу же после окончания Второй мировой войны. Духовно зрячие люди, как Игорь Иванович, в полной мере увидели бесоподобность не только Гитлера, но и многих других политиков. В том числе тех, которые не убивали напрямую, но своей ложью и дьявольской хитростью подталкивали фюрера к убийствам миллионов и миллионов людей. Они несут не меньшую ответственность за развязывание войны и ее трагические результаты. Это, например, те политики, которые в 1938 году участвовали в Мюнхенском сговоре. В ночь с 29 на 30 сентября 1938 года рейхсканцлером Германии Адольфом Гитлером, премьер-министром Великобритании Невиллом Чемберленом, премьер-министром Франции Эдуардом Даладье и премьер-министром Италии Бенито Муссолини на встрече в Мюнхене было подписано соглашение, которое дало «зеленый свет» аннексиям Третьим рейхом территорий других государств и в конечном счете подталкивало бесноватого фюрера к нападению на СССР. На Нюрнбергском процессе никто даже не вспомнил упомянутых партнеров Гитлера. А ведь они по-своему также были бесноватыми и бесоподобными. Более того, единственный из мюнхенской четвертки оставшийся живым после войны Эдуард Даладье вновь стал активно участвовать в жизни государства (член парламента, мэр Авиньона и др.).
И это, вероятно, удручало Игоря Сикорского. Он понимал, что глубинные причины самой разрушительной в истории человечества войны не были вскрыты. Он предсказывал, что одичание человечества, прикрываемое «достижениями» науки и техники, продолжится. Следовательно, может произойти еще более страшная, Третья мировая война, которая либо вернет человечество в состояние первобытного общества, либо вообще поставит точку на его земной истории.
Игорь Иванович приводит поучительный анекдот про дикаря. Когда у того спросили: «Что такое зло?» он ответил: «Зло это если кто-то украдет мою жену и скот». На вопрос: «Что такое добро?» дикарь ответил: «Добро это если я украду чью-то жену и скот». И делает неутешительный вывод: «Эта философия неизвестного дикаря была, вероятно, неверно процитирована и изменена, но принципы, столь ярко в ней выделенные, к сожалению, становятся образцом для руководства нашей цивилизацией». Вот уже многие годы политическая элита Соединенных Штатов Америки выступает в роли подобного дикаря. Америка, грабя и ставя под жесткий контроль другие страны, по мнению Вашингтона, проявляет себя как «империя добра». В то же время те страны, которые даже не грабят Америку, а лишь пытаются сопротивляться ее империалистической политике, однозначно находятся на стороне «зла». Ту же Россию Вашингтон без зазрения совести называет «империей зла».
В заключение для тех, кто сомневается в духовно-нравственной деградации человечества, автор «Незримой борьбы» приводит примеры из более глубокой истории, которые контрастируют с ХХ веком. Так, в Древнем Египте наблюдалась удивительная стабильность, при многих фараонах вообще не было войн и народных волнений. Игорь Иванович ссылается на известного профессора египтологии Невшательского университета Гюстава Жеквье, приводя цитату из работы последнего:
«Трудно понять, как фараоны Древнего царства могли поддерживать столь стабильное состояние государства, поддерживать свой престиж и выполнять столь важную работу без поддержки армии. Это замечательная демонстрация превосходства мудрого, честного управления и высокой моральности существующей власти».
А вот еще более конкретный пример того, что в эпоху фараонов Египет находился на более высоком уровне цивилизованности, чем современный мир XXXXI веков: древнеегипетский фараон приказал вырезать на своем надгробии такую надпись, повествующую о величайшем его деянии: «Во время моего правления пешие солдаты и всадники жили мирно в своих домах. Луки и стрелы хранились на оружейных складах, ими не пользовались».
Да и Средние века, когда в Европе установился «золотой век христианства», цивилизованность общества была на несравненно бóльшей высоте, чем сегодня. Игорь Иванович напоминает о движениях христианских церквей на стыке XXI веков, которые получили название «Божий мир» (Pax Dei) и «Божие перемирие» (Treuga Dei). После краха империи Каролингов в IX веке Франция выродилась во множество маленьких графств и лордов, в которых местные правители и рыцари часто сражались друг с другом за власть. Церковь пыталась цивилизовать феодальные структуры общества ненасильственными средствами. Движение «Божий мир» предусматривало недопущение войн. А если войны все-таки начинались, они должны иметь свои нравственные и политические ограничения, правила. И тут вступало в силу «Божье перемирие». Оно запрещало боевые действия по воскресеньям и общехристианским праздникам. Да, следует признать, что далеко не всегда усилия церквей в рамках «Божьего мира» и «Божьего перемирия» увенчивались успехом. Но попытки предпринимались постоянно, и прецеденты создавались. Если сравнивать их с событиями, которые произошли спустя десять веков двумя мировыми войнами, то следует признать, что одичание некогда христианских народов достигло невероятной степени.