Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
— Нюша, — сказал мальчик, — у вас тихо на улице?
Девочка кивнула головой, с любопытством посмотрела на Колю и Лену и сказала, шепелявя:
— Шейчаш ничего не шлышно.
— Надо их провести, Нюша. Пусть до вечера у Вовки в подвале посидят. А вечером я за ними приду.
Нюша кивнула головой. Не тратя лишних слов, мальчик нырнул в лаз и, дрыгнув босыми ногами, исчез. Девочка завалила отверстие хворостом и сказала:
— Шлушайте, только вы не отштавайте, — и вышла во двор.
Коля и Лена пошли за нею. Они миновали маленький дворик, пересекли неширокую улицу и, пройдя ещё один двор, вышли на огород. Здесь была уже окраина города. Дома стояли реже, и за домами, за дощатыми уборными и помойными ямами на аккуратных грядках жители посадили картофель, лук, капусту и огурцы.
Нюша шла впереди уверенно и быстро, так что Лена и Коля едва поспевали за нею. Она перелезала через ограды, скашивала углы, протискивалась в отверстия подгнивших заборов. Иногда она оглядывалась и, убедившись, что Коля и Лена не отстают, вновь устремлялась дальше.
Люди почти не попадались им. Только один раз они увидели женщину, работавшую на грядках, да ещё какие-то две девочки окликнули Нюшу и спросили, не придёт ли она к ним играть, но Нюша коротко ответила:
— Жанята.
И девочки отстали.
Наконец, перебравшись через высокий тын, они оказались на крошечном дворике. Петух и две курицы рылись в мусорной куче, тощая кошка спрыгнула с крыши сарая и убежала. Сюда выходила задняя стена одноэтажного кирпичного дома. Нюша огляделась. Вокруг никого не было. Только петух горделиво шагал по мусору, только куры неторопливо поклевывали траву. Нюша наклонилась и подняла доски, прикрывавшие небольшое окошечко.
— Лежьте, — сказала она, — там шпокойно. Пошидите пока, а пошле Лёша придёт.
Коля полез первым. Подвал оказался неглубоким. Под окном был поставлен ящик, чтобы удобнее было вылезать и влезать. Коля окликнул Лену, иона скользнула ему на руки. Сразу же в окно просунулась Нюшина голова.
— Ну? — спросила Нюша.
— Все в порядке, — ответил Коля.
Голова исчезла, и сразу послышался шум задвигаемых досок.
Когда глаза привыкли к полутьме, Коля увидел каменный пол и каменные стены, пыльную, со ржавыми петлями дверь, которая, наверное, давно уже не открывалась, кучу соломы в углу, несколько ящиков, наваленных у стены.
— Мы здесь славно устроимся, Ленка! — сказал Коля. — Ты, наверное, поспать хочешь?
— Хочу. — Лена села на ящик. — У меня очень ноги болят.
Коля энергично уминал солому, устраивая для Лены постель.
— Ты ляг, закрой глаза и подумай о чём-нибудь приятном. Вспомни деда, дом, наше озеро…
— А мы не можем пойти домой? — спросила Лена.
— Домой?.. Вот сейчас я тебе и подушку устрою. Будет у тебя настоящая постель. А когда ты ляжешь, укрою соломой. Солома хорошая, сухая, немного, конечно, пыльная, но пыль потом и стряхнуть недолго.
— Коля, а почему мы не можем идти домой? — опять спросила Лена.
— Домой? — Коля подошёл к Лене и сел рядом с ней на ящик. — Домой нам нельзя. Нет у нас с тобой дома.
Лена молчала. Она опустила голову, и Коля не видел её лица. Он обнял её за плечи.
— Ты сейчас очень устала, — ласково сказал он, — ляг и поспи. Я не могу сказать сейчас, почему нас преследуют, но только нам нужно спасаться, нам нужно прятаться, нам нужно бежать. Но это, Леночка, не всегда так будет. Скоро все будет по-другому. Все будет очень хорошо, замечательно хорошо. Так хорошо, как никогда ещё не было! Ты пока меня ни о чём не спрашивай. Ладно?
— Ладно, — сказала Лена невесело. — Я лягу.
Она легла, Коля укрыл её соломой и сам сел рядом. Она почти сразу уснула и задышала спокойно и ровно.
За окном тихо кудахтали куры. Далеко где-то прошли люди. Голоса их еле доносились, и слов разобрать было невозможно.